Чтение онлайн

Барвинка хитро посмотрела на нее правым глазом.

– А что, если он сам не будет знать?

Все замолчали. Кнопочка подняла стакан и долго рассматривала подругу сквозь желтый яблочный сок.

– Ты предлагаешь… – сказала она наконец.

– Вот именно! Только смотрите. – Барвинка оглянулась по сторонам. – Если об этом узнают… конец всему вегетарианству.

– Да еще и побьют, – поежилась Кнопочка. Яблочный сок при этом выплеснулся ей на коленки.

– Неужели побьют? – прошептала Бабаяга.

– Охотник Патрон так за волосы оттаскает. Своих не узнаешь.

Яблочный сок кончился. В черном небе мигали звезды. Кнопочке почему-то казалось, что их в два раза больше, чем нужно. Малышки долго так сидели на веранде, и каждая раздумывала над предложением Барвинки. И сама Барвинка раздумывала над своим предложением. Она уже немного протрезвела и думала теперь гораздо лучше. А Бабаяга вдруг почувствовала, что не улавливает больше запах заварного крема и эклеров с улицы Ландышей. Она вздохнула.

Барвинка жестом подозвала обеих малышек поближе. Вегетарианки придвинулись головами к Барвинке и друг к дружке. Оглядевшись по сторонам, Барвинка понизила голос до шепота и посвятила подруг в свой план. Нужно, чтобы у них в «Патиссоне» был свой человек. А кто это может быть? Дело-то очень опасное и поэтому очень секретное. Кроме них троих, никому нельзя доверить. Нужен кто-то, кого повар Кастрюля возьмет к себе на работу поваром.

– Зачем? – спросила Бабаяга.

Барвинка еще раз огляделась по сторонам, наклонилась к самому Бабаягиному уху и прошептала:

– Будет готовить плохое мясо. Бабаяга задумалась.

– Я думаю, – сказала она наконец. – Я думаю, что эта работа как раз подходит для Кнопочки. Она у нас самая рассудительная и… и… организаторная.

– Организованная, – поправила Кнопочка. – Только Кастрюля меня к себе ни за что не возьмет. Он знает, что я готовить не умею.

– Придумала! – воскликнула иностранка. – Барвинка, она же такая энергичная, она вегетарьянизм придумала. Если она будет поварёнком у Катсрюли, там всё мясо сразу будет плохое!

Барвинка покачала головой.

– Кастрюля не такой дурак. Он же знает, что я борюсь против мясоедов. Наоборот, он меня сразу заподозрит, и тогда уж ничего не исправишь.

– Тогда… кто же?… – пролепетала Бабаяга. – Я? Малышки кивнули.

– На тебя одна надежда.

– Но я… нет-нет-нет… я же не могу. Как я туда пойду?

– Очень просто! Во-первых, Кастрюля с тобой не знаком. Придешь и скажешь, что ищешь работу поваром. А если попросит продемонстрировать поварское искусство – приготовишь ему свою кашмуху…

– Точно! – согласилась Кнопочка. – Кастрюля ведь гурман. Он, как только хашмуку отведает – сразу ее возьмет.

– Да и к тому же… ты только посмотри на нее…

– Что? – не поняла иностранка. – У меня что-то не так?

– Вот именно, что у тебя ВСЁ так. Даже очень так. Кастрюля тебя как только увидит – сразу растает. Будет делать, что ты скажешь.

– Но… я так стеснясюсь…

– Ты и Мальберта стесняси… тьфу! стеснялась. И Пёрышкина. А теперь смотри, как они нам помогли. И Кастрюля поможет.

– Но… а что я должна буду делать?

– Составим план. Нельзя сразу сильно пересолить все мясные блюда – это быстро раскроется. Надо постепенно…

– Точно! Составим план, – поддержала Кнопочка. На губах ее играла задорная улыбка.

– Но ведь это же… обманство. Разве хорошо обманывать и врать? – спросила Бабаяга.

– Обманство, – передразнила Барвинка. – А что, по-твоему, лучше: обманство или убивство?

– Убивство? Это, что ли, когда убивают?

Малышки кивнули.

– Ну, конечно же, убивать лучше, – сказала Бабаяга.

– Что??

– То есть, тьпфу! Я хотела сказать, обмануть лучше.

– Ну, то-то. Вот ты и будешь обманывать для того, чтобы перестали убивать. Понятно?

– По… понятно. Я попробую… а если поймают?

– Тогда ты пострадаешь за правое дело.

– Попадешь, как кур в ощип, – сказала Барвинка.

– Куда-куда? – переспросила Бабаяга.

– В ощип.

– А что это?

– Это такая поговорка. Куриц ведь перед тем, как приготовить, ощипывают. Ну… отрывают у них перья. Нельзя же с перьями варить или, там, жарить… вот и говорят: попал ты, как кур в ощип – значит, плохи твои дела.

Кнопочка закрыла лицо руками.

– Какой ужас! Надо эту поговорку срочно отменить.

Тут раздался звонок в дверь. Барвинка пошла открывать. Принесли пиццу. На веранду пришла одна из четырех кошек, которые жили у Барвинки дома. Бабаяга боязливо забилась в угол, но Барвинка сказала:

– Не бойся! Она же совсем ручная!

Кошка положила свою огромную морду на стол и хотела уже было полакомиться хашмукой, но Барвинка взяла ее обеими руками за уши и притянула к себе:

– Это что еще за дела? Кто тебе позволил на стол лезть? Я тебе и так дам! Она положила кошке на отдельной тарелочке хашмуку и поставила на пол.

– Вон там и ешь!

А сама, погрузив пальцы в глубокую кошкину шерсть, принялась чесать ей бок. Кошка замурлыкала. Из сада впрыгнула в окно еще одна кошка – и прямо на стол, который едва на сломался под ее огромным весом. На пол упала бутылка из-под сока, но не разбилась.

– Сколько их ни учи – всё бесполезно! – пожаловалась Барвинка.

– А кошки не поддаются дрессировке, – сказала Кнопочка. – Вот собаки – да, а кошки – нет.

Еще две кошки проникли на веранду, и стало так тесно, что малышки сочли за лучшее перебраться в салон, закрыв за собой дверь. Барвинка успела прихватить одну коробку с пиццей. Никого не стесняясь, кошки принялись за хашмуку и вторую пиццу, хватая их лапами прямо со стола и громко мурлыча.

– Не понимаю, как ты это терпишь, – сказала Кнопочка. – Я бы их давно уже на улицу выставила.

– Тебе не понять, ты не любишь животных так, как я, – отвечала Барвинка.

Наевшись хашмуки, а потом и пиццы, всё еще не до конца протрезвевшие от яблочного сока Барвинка с Кнопочкой завалились спать. Так часто бывает, если малышка долго сидит голодная, а потом до отвала наестся каким-нибудь очень вкусным блюдом. Силы покидают ее, и она не может даже дотащиться до кровати. Пришлось Бабаяге нести их по очереди – сначала Кнопочку, а потом Барвинку – на широкий диван, стоявший в другом конце столовой. Укрыв подруг пледом, иностранка выключила свет и тоже прилегла на кушетку возле окна. Но спать не хотелось.