Приключения Никтошки (сборник)
Шрифт:
– Не хотим это слушать! – кричали вегетарианцы.
– Уходи, Бумагин!
– Он просто морочит голову!
– Водит нас за нос!
Глава двадцать шестая с половинкой
ВОЛШЕБНАЯ СИЛА ИСКУССТВА
Надо признаться, многие считали Бумагомаракина страшным занудой. Если писатель, например, слышал, что кто-то неправильно говорит, он прикапывался к нему и долго не отставал. Бумагомаракин часто бывал у своего друга, поэта Пёрышкина, жившего, как мы помним, в коммунальной квартире на улице Маргариток. А жильцы этой квартиры только и делали, что неправильно говорили. Например, Сошка вечно кричала:
– Кто вылил в раковину моё кофе?
И Бумагомаракин, сидевший в комнате поэта, подскакивал на стуле:
– Мой! Мой кофе, а не моё! – злился он.
– Да ладно, – успокаивал Пёрышкин. – Подумаешь? Мой, моё…
– А вот и не подумаешь! – стучал писатель по столу своей шариковой ручкой. – Вот и не подумаешь! Тот, кто коверкает слова – совершает страшное преступление! Он разрушает наш славный и мощный малянский язык! Его надо беречь! Наш язык – это сокровище! Это богатство, которое у нас есть! Это просто клад!
– О! – поразился Пёрышкин, услыхав про клад. – Это интересная мысль! Ты не возражаешь, дружище, если я ее использую в одной из своих поэм?
Бумагомаракин в ответ только пожал плечами. А особенно его злило, когда говорили мусоропровод вместо мусоропровод. На лестничной клетке писатель часто натыкался на Вилика или Плювакина, обязанностью которых было выбрасывать мусор. Сошка, Бигудинка и другие малышки страшно боялись мусоропровода.
– Во-первых, потому что он такой страшный, а во-вторых, потому что он очень агрессивно пахнет, – говорили они.
– Когда он распахивает свой страшный рот, мне кажется, что я сейчас упаду в обморок! – жаловалась Швабринка.
– А я боюсь – вдруг он меня как-нибудь засосет? – шептала Вытиринка. Так что выбрасывать мусор могли только самые храбрые. Да и вообще, мусоропровод в их доме почти всегда не работал.
– Вот, мусоропровод опять засорился, – жаловался Плювакин поднимающемуся по лестнице Бумагомаракину. (Лифт-то в доме тоже вечно ломался, так что приходилось идти вверх пешком).
– Не мусоропровод, а мусоропровод! – топал ногами писатель. – Неужели так трудно запомнить?!
А у поэта Пёрышкина в это время как раз был, как говорится, творческий застой. Стихи не шли. Рифма не рифмовалась. Целый день в голове крутились одни и те же две строчки:
Из поэта лезет пакля,Ее склёвывает цапля.И ничего другое в голову не лезло.
– Какая цапля? Какая пакля?! – злился Пёрышкин. Им овладело плохое настроение.
И тут поэт услышал доносившиеся из коридора крики своего приятеля:
– Мусоропровод, дубина! Мусоропровод!
Надо же! Плохое настроение как рукой сняло…
– Не расстраивайся так, старина! – подскочил к Бумагомаракину поэт, принимая у того пальто с енотовым воротником. – Что-нибудь обязательно придумаем! Ты еще не знаешь удивительную силу стихов.
– При чем тут стихи? – отмахивался писатель. – Тут общий уровень интеллекта крайне низок!
Но Пёрышкин уже больше не слушал ворчуна, а сел и написал стихотворение, которое начиналось так:
Мусоропровод раскрыл свой рот,Мусор просит мусоропровод.И чудовищу в угодуДал я пищу мусоропроводу.Дальше шло:
Мусоропровод захлопнул рот.Слопал мусор мусоропровод.И страшилище сказало:Благодарно вам я стало,Только дали вы мне мало…Засыпай давай, народ,Мусор в мусоропровод!Всё пойдет трубе на пользу —Ты, дружок, мне притащиНедоеденную кашу,Недохлёбанные щи,Понадкусанную пиццу,Недожаренную птицу…И подлей помоев в рот —От сухомятки устал живот.Мусоропровод разинул рот:Жажда мучит мусоропровод.И в утробу сумасбродуЛью помоешную воду…– и так далее, чуть ли не целая поэма, и всё про мусоропровод и про мусор. Поэма восхваляла удивительное изобретение солнцеградских инженеров, благодаря которому не нужно было бегать на улицу, чтобы выбросить мусор, а можно было это делать прямо из дома. Мусоропровод только возмущался, что ему дают так мало мусора. Ведь, по расчетам инженеров, он мог его принять в десятки раз больше:
Я глубок, как небосвод, —Молвит мусоропровод. —Простираюсь – шутка ли? —Прямо к центру я земли!Мне, голубчики, на ужинСвежий мусор очень нужен.Мои недра пищу ждут,А ее мне не несут!Были там и слегка пугающие слова:
Новый мусор поджидая,Сразу вас предупреждаю:Тот, кто мало принесет,Сам за мусор мне сойдёт.Как свиную колбасуЕго внутрь засосу!Но в целом стихотвореньице получилось премиленькое. Музыкант Рояль потом сочинил к нему музычку, и песня про мусоропровод стала в городе очень популярна. Особенно после того, как сняли соответствующий клип со знаменитой певицей Жанной Арбузовой. А один из цветоградских журналистов метко окрестил песенку «Мусорным шлягером». Слово «мусоропровод» повторяется в ней большое число раз, всегда, разумеется, с правильным ударением. Надо ли говорить, что распевая «Мусорный шлягер», цветоградцы научились наконец произносить это слово как надо!
На всякий случай – если кто-нибудь из читательниц или читателей умеет петь по нотам – то вот несколько тактов этой песни, а остальное уже импровизация:
– Вот видишь? – говорил потом поэт другу. – Искусство – оно всё может!
– Да, теперь я вижу, – отвечал Бумагомаракин. – Сколько сил потрачено, а добился ты того, что правильно ставят ударение лишь в одном слове! А сколько еще таких слов…
Но поэт отвечал ему на это рифмами:
Хоть двадцать тонн стихов дадим, а если надо – сорок!И удареньями мы всех продолбим очень скоро!Глава двадцать шестая с половиной и еще четвертью
БЕЗЫМЯННАЯ
Но вернемся к нашим мясным делам. Коротышки на площади приуныли. Бумагомаракин разговорился, и толком нельзя было понять, к чему он клонит. К тому же писатель ловко уворачивался от помидоров и котлет. Но внезапно к нему сзади подкатился повар Кастрюля и, пихнув его под локоть, выхватил у писателя микрофон. Кастрюля был очень взволнован, и ему очень хотелось сказать.