Чтение онлайн

Покататься на санках им тоже не удалось, потому что и в Снежногорье никто не отдыхал и не веселился, только шли занятия школы космонавтов. Комендант Ушаня тоже был при деле — его назначили командиром тринадцатого ракетного отряда.

— Ну разве это не безобразие, к чему нас вынуждают тупоносики? — загрустила тетя Цирпа. — Ну разве нельзя жить тихо-мирно, как до сих пор?

— Да уж, как до сих пор — это несравненно лучше, чем теперь, — согласился генерал Стирайло. — Но чтоб можно было опять веселиться, надо ликвидировать тупоносиков. Иначе никак.

— Так почему же вы этого не делаете? — искренне удивилась тетя Цирпа.

— Действительно, почему? — опять согласился генерал. — Может потому, что мы не воинственны? Мы вовсе не желаем ни на кого нападать, никому угрожать. Другое дело, если нам угрожают…

В Рисовании с гораздо большим удовольствием рисовали бы не военные ракеты, а прогулочные, но раз уж есть угроза нападения, приходится вооружаться.

И вот шаг за шагом жизнь в Рисовании стала приобретать все больше военных черт. Прекратились прогулки и увеселительные поездки в Луллуметса, в Снежногорье и другие уголки. Все места отдыха просто закрыли. Благодаря усиленной работе остроносиков за короткий срок вся Рисования серьезно подготовилась к нападению тупоносиков. Нормальная мирная жизнь кончилась. Никто не мог спокойно есть и спокойно спать, потому что все как один были страстными патриотами Рисовании и ее столицы Кукарекии и единственным желанием каждого было раз и навсегда покончить с тупоносиками.

Они получили бы изрядную головомойку, если бы после Циркового Материка сунулись в Кукарекию. Но вот что странно, тупоносиков все не было и не было.

— Так дальше продолжаться не может. Долго мы будем позволять тупоносикам держать нас в страхе? — грохотал бас генерала Стирайло на совещании, которое состоялось на следующий день на ракетодроме. — Мы должны установить, что они затевают. А вдруг они безнаказанно перечеркивают Цирковой Материк, пока мы тут совещаемся? Этого нельзя допустить! Им следует крепко дать по рукам. Может, они того и ждут, что мы весь свой пыл остудим в ожидании их нападения? Вот тогда они и придумают свою очередную пакость. Нет! Мы должны посмотреть, чем они заняты. У нас достаточно сил, чтобы стереть с лица бумаги их ракетодром в Книжных Завалах, откуда они совершают свои налеты.

— Правильно! Мы должны доказать, что не боимся их! — раздавались голоса. Доводы генерала Стирайло никого не оставили равнодушными.

— Выгоним их из логова!

— Да, но прежде надо действительно установить, что они затевают, — ухватился за предложение генерала Стирайло Пинн. — Мы хотим жить в мире.

Ожидание, неизвестность — с этим никак не мог примириться деятельный характер Пинна.

— Пусть только попробуют напасть, мы им покажем! Никогда больше не сунутся своими тупыми рылами, своими кривыми каляками-маляками.

— Мы рождены побеждать! — выкрикнул из своей смотровой стеклянной башни сержант Тирр. — А ну-ка полетели на их ракетодром!

Тут же в сжатые сроки были сформированы ракетные отряды для полета. Экипажи были усилены стирательными резинками — самой активной силой по ликвидации ущерба от тупоносиков. Вскоре на ракетодроме был построен мощный сводный отряд.

— Старт! — скомандовал сержант Тирр, назначенный командующим ракетными войсками Рисовании. Дядюшка Крилло командовал левым флангом, Пинн — правым.

Все население Кукарекии собралось на ракетодроме, чтобы проводить свои ракеты в путь. Долго-долго махали им вслед разноцветные шапки и платочки. Тот, кто внимательно пригляделся, увидел бы и большой розовый платок тети Цирпы, а рядом с ней — обычно веселую, а сейчас присмиревшую девочку Сири, которая махала вслед ракетам рукой.

И без длинных рассуждений ясно, что вся Кукарекия переживала за своих посланцев.

Известий о ракетной атаке тупоносиков и об их поражении в бою с доблестными ракетными войсками Рисовании не было ни в этот, ни на следующий день. Забегая вперед, можно сказать, что таких известий не поступало в Кукарекию вообще…

Так ободрял экипажи ракет сержант Тирр.

Все детали предстоящей операции были уже обсуждены. Первым под кровать Каарела, где в Книжном Завале, переместившемся сюда со Стола, разместился ракетодром тупоносиков, должен был ворваться отряд под командованием Пинна — он помнил дорогу еще со времени поисков Циркового Материка. Задачей отряда было установить, по-прежнему ли так воинственны тупоносики, собираются ли сразиться с кукарековской ратью или отказались от преступных планов и навсегда решили оставить в покое Рисованию и Цирковой Материк. Силы под командованием сержанта Тирра и дядюшки Крилло должны были быть наготове.

Хорошо это или плохо, но сражение так и не состоялось.

Когда ракеты под командованием Пинна влетели под кровать, оттуда не послышалось ни грохота, ни скрежета, ни воплей и мольбы о пощаде. Ничего. Тишина. Отряд Пинна вылетел из-под кровати в том же порядке, не нарушив строя.

— Там нет и следа тупоносиков, — доложил Пинн в микрофон. — И Книжных Завалов там нет. Там вообще ничего нет! Чистота и порядок!

Это известие привело даже видавшего виды сержанта Тирра в замешательство. Так что же случилось? Враг проведал об их планах, перебазировался и строит новые козни? Или произошло нечто вовсе непредвиденное?

Кто может об этом знать? Кто расскажет?

— Может быть, наш добрый знакомец Мишка внесет ясность, — посоветовал дядюшка Крилло из своей ракеты. — Смотрите, вон он сидит на кровати Каарела с видом всезнайки.

— Из каждого отряда по ракете на приземление, — скомандовал сержант Тирр, и вскоре перед Мишкой уже стояли на мохнатом одеяле сержант Тирр, дядюшка Крилло и Пинн.

— Можете спокойно возвращаться домой в свою Кукарекию, — сказал им добрый Мишка в ответ на недоуменные вопросы про тупоносиков. — Военные ракеты можете перерисовать в прогулочные или рейсовые, и вообще живите мирно и весело. Вам некого больше бояться.

Его пуговки-глазки искрились неподдельным дружелюбием. Несмотря на расспросы, Мишка не стал объяснять, куда девались тупоносики и их ракетная база. Он только твердил, что Рисования может теперь жить спокойно — отныне ей не угрожает ни малейшая опасность.

Нашим друзьям ничего не оставалось, как только вернуться в ракеты. Несмотря на хорошие известия, они немного сердились на Мишку за то, что он уж больно секретничает и не желает толком объяснить, что к чему.

Не успели они погрузиться в ракеты, как увидели, что с другого конца Квартирляндии к ним несется верный пес-санитар по имени Гав.

— Ну что, опять этот Мишка важничает? — спросил он, прижав свои плюшевые уши. — Я бы и сам все уладил, — добавил он ревниво, — если бы не опоздал самую малость. Самую малость! А то бы все-все сделал, уж поверьте мне!

— А что именно? — уточнил сержант Тирр.

И Гав по порядку рассказал обо всем, что случилось за это время в Квартирляндии, ежеминутно перебивая себя заверениями, что если бы не Мишка, то уж он, Гав, обязательно сделал бы все лучшим образом, если бы не… проспал.