Чтение онлайн

Да, человек не машина, и это очевидное обстоятельство требует заботы о таких несвойственных автоматам вещах, как здоровье, эмоциональное состояние и работоспособность...

Данные "Опроса", по-видимому, позволят улучшать эти параметры. Что же касается совершенствования системы отбора и подготовки экипажей, то, полагаю, что и нынешняя "работает" вполне надежно. Хотя, правда, случаются и неожиданности в группе космических партнеров. Представьте: среди кандидатов в члены экипажа есть естественный лидер - человек, чьи знания, опыт, наконец, жизненная активность делают его естественным лидером малого коллектива. Все в порядке, если назначается командиром экипажа именно он. Но возможна ведь и другая ситуация, и тогда стремление командира быть единственным авторитетом может вызвать трения в отношениях.

Результаты анализа ситуации "командир - лидер" на материале уже состоявшихся полетов хорошо известны психологам.

Вернувшись на Землю, мы с Берталаном обязаны рассказать Государственной комиссии о том, какие, на наш взгляд, взаимоотношения связывают "Днепров", как там вместе работается, какой их настрой. Не сговариваясь, мы единодушны: никаких проблем совместимости, рабочий тонус у ребят по-прежнему высокий.

А ведь если учесть те особые обстоятельства, в которых сформировался нынешний экипаж, космический дуэт мог бы и не получиться. Всего месяц оставался до старта на "Салют", когда заменивший Валентина Лебедева Валерий Рюмин стал напарником Попова. Они разные люди - Валерий и Леонид, даже по своему профессиональному опыту. У Рюмина это третий полет, в том числе 175-суточный, у Попова - первый. Тем не менее Государственная комиссия, учтя высокую оценку "марафонской" деятельности Валерия на орбите, его деловые и человеческие качества, пошла на риск и не ошиблась. Лучшее подтверждение богатейшие результаты экспедиции, полное выполнение обширной программы полета; все это вряд ли было бы возможно без хорошего морального климата на борту, в котором даже такой заядлый курильщик, как Рюмин, мог легко обойтись без единой сигареты.

Подходит к концу еще один, предпоследний, день нашей работы с гостеприимными Валерой и Леней. Ребята заполняют столбцы ежедневного отчета: о том, как мы себя чувствовали, сколько раз и чем питались, сколько выпили воды. Это еще одно не очень приятное задание врачей, по таким косвенным данным они оценят нашу медицинскую форму.

Рюмин ворчит, надоела эта писанина, у нас намечались сегодня более приятные дела, например составить на завтра суточный рацион питания. Здесь хоть фантазию можно проявить - благо на станции изрядный запас и выбор продуктов.

Отрываем от ленты радиоавтомата кусок "со свежей" радиограммой: ясно, корректируют программу на завтра. Подплываем к стенке станции, где растянута простыня ежедневного плана, расписываем его по часам и минутам цветным карандашом, чтобы было нагляднее... Хотя и без этого знаем, что завтра предстоит напряженнейший день...

ГЛАВА X

И СНОВА В ДОРОГУ...

Наш мозг - Центр управления полетом.
– Добрые ангелы космонавтов.
– Как уравновесить то, что пока не весит? Оказия с двигателем.
– Есть тяга!
– К расстыковке готовы...

Земля: Как дела у "Орионов"?

"Орион-1": Находимся в спускаемом аппарате "Союза-35". Готовимся к проведению теста СОУД. Сейчас включим интегратор... Берци! Осталось десять секунд... Включаем!

Земля: Как изменились параметры?

"Орион-1": Незначительно. По-моему, на одну десятую упало давление горючего.

Земля: ...И окислителя. Это нормально.

"Орион-1": Принято... Дайте, пожалуйста, нам в 14. 25 сверку времени!

Земля: Принято.

"Орион-1": В 13. 50 мы включили газоанализатор.

Земля: Принято. Двадцать секунд... десять!.. Сверка времени! 14.25.00.

"Орион -1": Часы отстают на полсекунды.

Земля: "Орион-2"! Включай ручную ориентацию!

"Орион - 2": Включил ручную ориентацию.

"Орион -1": Двигатель не включился.

Земля: А блокировки сняты у тебя?

"Орион-1": Конечно.

Земля: А ручная ориентация была включена?

"Орион-1": Была включена ручная ориентация, а как же! Транспарант горел.

"Днепр-2": Что-то новое...

Из радиопереговоров Центра управления с экипажем орбитального научного комплекса "Салют-6" - "Союз-35" - "Союз-36".

...Второе июня, понедельник. Мы поднимаемся, как обычно, в 8 часов по московскому времени. И почему это на Земле понедельник называют тяжелым днем? Наверное, потому, что ему предшествует отдых - воскресенье. А у нас выходной был разве что по календарю - нормальный рабочий день, такой же, как и другие. Поэтому и понедельник не кажется нам тяжелым. Как всегда, с утра осмотр станции, завтрак, сеанс связи. Надо бы поговорить насчет фотографирования:

– Земля, Земля! Я - "Орион". Разрешите нам сфотографировать расстыковку со станцией перед спуском.

Следует уклончивый ответ: пленки мало, надо экономить.

– Пленка у нас есть!
– информируем Центр.

Действительно, на станции много всевозможной пленки; пожалуй, ее количество даже трудно учесть... С каждой экспедицией, да и на транспортных кораблях продолжают присылать все новые партии кино- и фотоматериалов. Только что "Днепры" передали в ЦУП, что необходимы какие-то светофильтры для продолжения программы наружных съемок, их пообещали прислать сразу же со следующим транспортным кораблем.

– "Орионы"! "Днепры"! Добрый день, как поживаете?
– выходит на связь Алексей Елисеев.

– Отлично.

– "Орион-1"! По главному твоему вопросу: просим не проводить фотографирование. Объясню почему; мы провели коррекцию орбиты, выбрали район для посадки. Очень хороший район выбрали, мягкое место...

На станции дружный смех: мы-то знаем - изменение орбиты из-за фотографирования будет настолько малым, что этим можно и пренебречь. В Центре, видимо, не слышат нашу реакцию, потому что Елисеев как ни в чем не бывало продолжает:

– Вы понимаете, посадка - дело тонкое, чувствительное к разным деформациям орбиты. И давайте...

– Поняли,- перебиваю я,- если вы не хотите...

– Мы не хотим никакой неопределенности. Сегодня все уже рассчитано, границы района посадки определены, группы поиска оповещены, в этом месте вас ждут.

– Надо так понимать, что следующему кораблю вы дадите это сделать,- все еще пытаюсь иронизировать. Елисеев осторожничает:

– Валерий Николаевич, давай сегодняшним днем жить! У нас ведь есть уже такие фотографии...

Эх, не дают мне еще разок снять станцию! Что ж, раз Центр управления на это не соглашается, придется отказаться от съемки. С сожалением соглашаюсь:

– Да знаю я, что есть!.. Хотелось бы самому...

Конечно, самодеятельность при выполнении операций, могущих привести к изменению орбиты, недопустима. Только Центр управления, который держит в руках нити управления многочисленными средствами, колоссальными коллективами людей, может принять решение по вопросам такого рода.

Во время полетов на Центре лежит огромная ответственность: ЦУП дежурит день и ночь, когда орбитальный комплекс проходит через зону радиовидимости и когда связи с космическими объектами нет. В Центре не бывает нерабочего времени: круглые сутки группы Центра находятся на боевом посту, готовые в любую минуту помочь космическому кораблю и его экипажу, поддержать его советом, а иногда и просто добрым словом...