Чтение онлайн

Я остановилась:

– Хочу сейчас, немедленно!

– Нет, девонька, так не пойдет, – улыбнулся заискивающе старичок, – тебе надобно побыть здесь, узнать кой-чего. Время пришло.

И замолчал, гад. Ох уж эти интриги! Ну да ладно, дед все равно сильнее, его не обыграешь, ничего ему не докажешь.

– Время пришло для чего? – ожидаемо спросила я.

– Время пришло узнать – кто ты есть на самом деле, откуда ты, кто твои родители и какой силой ты наделена, о, светлая принцесса Стамина.

Ого, я еще и силой наделена… Но позвольте!

– Почему время пришло только сейчас?

– Ты нужна своему отцу…

А вот это нечестно – бить меня по-больному. Ни отца, ни матери я никогда не знала, потому что они погибли в авиакатастрофе когда я была еще совсем маленькой. И тут нате, новости. Хотя, если мы в раю, то очень может быть, что они и вправду здесь. Но что-то мне подсказывало, что это все-таки не рай. Я живой человек. А значит никакого отца тут быть не может. Ок, хочешь подшутить надо мной, старичок – я составлю тебе компанию.

– Нужна ему значит. Зачем? Моему так называемому отцу от меня что-то понадобилось – почка или еще что…

– Нет, что ты, – тут же постарался успокоить дед. – Просто ты сейчас в том возрасте, чтобы вернуть себе былую силу, чтобы суметь постоять за себя… а значит тебе ничего больше не угрожает и можно смело показать тебя всем. Если бы мы раньше тебя вернули, тебе грозила бы смертельная опасность…

– Но почему? Кому какое до меня дело, если я здесь никогда не была и никого не знаю?

– Ты была здесь, Стамина. Это твоя родина. И у тебя много врагов…

Очень хорошо, подумалось мне. Не успела толком обжиться в неизвестном месте, как уже обнаружились какие-то враги, которые хотят непременно убить меня…

– Дедушка…

– Зови меня Пахом Евграфович.

– Дедушка Пахом, зачем. Меня. Хотят. Убить?

Дед откровенно смутился:

– Об этом тебе расскажет твой отец, я не уполномочен.

– А почему не мать?

– Все вопросы к отцу, к великому Бурденвилю.

Осознав, что от деда ничего больше не добиться, мы молча прошли остаток пути, пока не дошли до высоченных массивных ворот, искуссно расписанных резьбой по дереву.

Еще даже не дойдя до ворот, они сами-собой распахнулись. Как в привычном супермаркете. И вдоль всей улицы от ворот – видимо, самой главной – уже стояли какие-то люди с цветами, с детьми, с яркими платками и корзинами с едой. Откуда-то доносилась торжественная музыка и, судя по вспыхнувшей реакции встречающих, встречали именно меня. Я оказалась в таком сильнейшем смятении, что невольно остановилась, но дед Пахом услужливо подтолкнул меня сзади. Неужели это все мне? Неужели ради меня… вот же, черти, я по ходу все-таки умерла… или в коме… какой-то странный и на редкость убедительный сон… Но, с другой стороны, как бы то ни было – хорошо, что так. Гораздо хуже было бы, если меня встречали здесь как преступницу и вели на эшафот, не забыв хорошенько попытать в застенках какой-нибудь инквизиции. Незаслуженное добро как-то приятнее принимать, чем незаслуженное зло.

Люди так радовались и так ликовали при виде меня, что я окончательно утратила понимание происходящего. Просто шла и махала в ответ рукой, как в свое время на стенах мавзолея генсеки приветствовали идущих строем.

Пока мы шли я пытливо рассматривала город – чистые аккуратные домики, как в лучших традициях старинных европейских городов. Много зелени, мостики – через город текла река. Люди одеты просто, но довольно элегантно. И видно было, что они радуются совершенно искренне – вот, что меня поразило больше всего. Чего вы радуетесь, дурашки? Я вас не знаю и ничего хорошего сделать вам не успела… И тут же насторожилась. Может меня ведут на закланье какому-то местному божеству, я просто жертва, приведенная для спасения незнакомых мне людей? Поэтому столько счастья на лицах… Непохоже, но ухо нужно держать востро. Как будто моя собранность реально поможет на алтаре. Ты, конечно, Наташа стратег.

И так постепенно дошли мы до огромного дворца, на крыльце которого стоял самый настоящий король – мужчина в стильной мантии, в короне, лет шестидесяти – в руках у него был каравай, на лице невообразимо счастливая улыбка, на глазах слезы… Я снова остановилась, чувствуя торжественность момента, и снова дедуля подтолкнул меня. Я стиснула зубы, стареньких обижать нехорошо, но при случае я тоже как-нибудь пихну его в ответ.

А король, не в силах терпеть более накал происходящего, передал каравай стоящему рядом парню и, презрев этикет, бросился ко мне с распростертыми объятиями:

– Стамина! Стамина, доченька моя дорогая, радость моя, карамелька моя ненаглядная.

Он обнял меня и – что? – зарыдал на плече. Совершенно не представляя что делать и, пока еще не чувствуя никаких особых родительских чувств, я утешающе хлопала его по плечу – мол, успокойтесь, все будет хорошо. В крайнем случае, нет. Но ситуация складывалась драматичная. Не будь я такой напряженной, может быть тоже проронила слезу из солидарности неведомому горю рыдающего. Никогда в жизни ни один мужчина не плакал у меня на плече… И уж тем более – целый король.

Периодически он отстранялся и рассматривал меня:

– Как же ты хороша, как прекрасна и… как же ты похожа на свою мать.

После чего, снова крепко сжимал меня в объятиях, уткнувшись мокрым носом мне в плечо.

– Кстати, где она? – спросила я, давно подогреваемая интересом.

Король помрачнел и опустил голову:

– Ее больше нет с нами. И благодаря ей ты жива до сих пор.

Но он тут же собрался и, взяв меня за руку, обратился к ликующему народу:

– Друзья мои, люди, моя кровинушка, наше счастье, моя родная и бесконечно обожаемая доченька, наконец-то, вернулась в родные пенаты. Принцесса Стамина снова с нами!

Народ еще больше закричал, неистово радуясь. Я же смущенно кивала головой – да, это я, очень приятно, можно просто Наташа… «Интересно, когда домой?» крутилось в голове, меня все-таки будут искать, нервничать.

Я вдруг окончательно убедилась, что это какая-то секта. Ребята сколотили себе городок, поверили в своих богов или в свою мифологию, каким-то образом приплели меня сюда и пока их не разгонит полиция, я каким-то лешим буду их принцессой… Миссия вроде несложная, но мои родные. Может есть хоть какая-то возможность позвонить домой, предупредить.

Между тем, сияющий король подвел меня к высокому статному юноше, безучастно стоящему с оставленным в руках караваем.

– Стамина, дочка, – торжественно произнес эммм… отец. – Познакомься, это твой родной брат Аскольд.

– Очень приятно, принцесса – ответила я и, памятуя фильмы про рыцарей, протянула руку для поцелуя.

– Мне тоже очень приятно, – сдержано сказал Аскольд и вместо ожидаемого поцелуя крепко, почти до боли, пожал мою руку.

И по его лицу, интонации и силе пожатия я вдруг отчетливо поняла, что ему на самом деле не очень приятно, а может быть и вовсе не приятно. Что ж, мне, в сущности, нет никакого до этого дела, я здесь проездом, наследство с ним не делить… хотя… Нет, речь вообще не об этом.