Чтение онлайн

Причина, по которой Джоар ненавидел свои татуировки, заключалась в том, что они служили постоянным напоминанием о его обязательствах, о долге перед его отцом и народом, о судьбе, которую он не хотел. Однако, здесь Таллия боролась, чтобы сохранить то, что, по убеждению Джоара, он уже давно отдал бы. В ее глазах он видел, почему мужчины и женщины хотят править. Чтобы сделать мир лучше для обычных людей, чтобы не отдать власть, так тяжело завоёванную её предками, Эмиссарам, которые начнут управлять через боль и террор.

— Джоар, — снова позвала она. — Пожалуйста, не будь грубым.

— Извините. Да. Чай, пожалуйста, Ясса. — Он посмотрел на Яссу и их глаза встретились, из-за чего на лице женщины расплылась улыбка.

— Возможно, он годится для брака. — Ясса отвернулась и стала наливать чай, но Таллия продолжала смотреть на Джоара и, судя по выражению её лица, думать совершенно противоположное.

— Голоден? — спросила Таллия.

Хижина стала казаться ему очень маленькой, вызывающей чувство клаустрофобии.

— Может, поедим снаружи? — спросил он и вышел на свежий воздух, чувствуя необходимость прояснить голову и собраться с мыслями.

Ему было необходимо понять, чего он хочет и как может это получить. Пришло время для Джоара Т’Омила перестать убегать и начать сражаться за то, чего он желал.

А желал он эту принцессу. Его отец, наверное, будет смеяться до серебристых слёз, когда услышит эту новость. 

Собираясь навестить Миша’Ха, Таллия преследовала только одну цель — выяснить, как не дать Эмиссарам захватить власть. Её мать всегда говорила, что ведьма-медиум знала причину, которая привела к ней клиента, и иногда давала ответы не на те вопросы, которые были заданы, а на те, которые находились глубоко в душе вопрошающего, настолько глубоко, что человек не понимал, что ему действительно необходимо.

Может, это произошло и в её случае? Она спросила про мужа, а Миша’Ха заглянула намного глубже внутрь неё и поняла, что Таллии на самом деле нужен защитник, победитель, кто-то достаточно крупный и сильный, чтобы противостоять Эмиссарам. Мог ли этот мужчина, этот большой чужеземец с серебристыми татуировками быть армией в одном лице и дать отпор Эмиссарам?

— Может, остановимся здесь ненадолго? — спросил Джоар.

Они возвращались во дворец. Таллия выбрала живописный маршрут, проходящий рядом с широкой спокойной рекой, протекающей недалеко от города, по которой торговцы с других частей Каринии привозили свои товары. Джоар указал на место, где приток впадал в реку. Здесь было тихо и красиво. Идеально для двух влюблённых, желающих спрятаться в вечерних сумерках.

— Нам лучше вернуться, — нервно возразила Таллия.

— Почему? Чтобы не нарушить комендантский час? — поддразнил Джоар, пытаясь поймать ее на крючок.

— Я не хочу неприятностей. Впрочем, боюсь, они все равно нас найдут.

— Тогда давай остановимся.

Глаза Джоара говорили, что он хочет больше, чем просто поболтать, а её тело желало согласиться.

Таллия замедлила крейсер, и Джоар выскочил из него прежде, чем тот успел остановиться, но вместо того, чтобы направиться к реке, он подошел к принцессе и помог ей выйти.

Подняв её на руки, словно маленького ребенка, Джоар прижал девушку к себе.

— Знаешь, я умею ходить, — заметила она.

— Знаю.

Таллия положила голову на его огромную грудь, прислушиваясь к устойчивому биению сердца, пока он нес её к реке, а затем размещал на мягкой эластичной траве.

— Мне нравится обнимать тебя.

Это признание далось ему тяжело, будто слова были для него чуждыми; такими же чуждыми, каким он был для нее. Таллия посмотрела на мужчину, и его серебристые татуировки стали светиться ярче, чем когда-либо. Встав на колени, она положила руку на его грудь и очертила узор, похожий на полумесяц. Там, где кончики её пальцев касались его кожи, та начинала светиться белым. Казалось, что от Джоара исходили маленькие электрические разряды.

— Расскажи мне о них. — Она поддалась вперед и припала губами к его плоти, чувствуя исходящую от нее вибрацию.

Джоар застонал и сделал такое быстрое движение, что она не успела отреагировать. Он уложил ее на спину, разместив своё тело между её бёдер.

— Я хочу тебя, Таллия. Ты даже не представляешь, что со мной делаешь.

Джоар начал двигаться, его член затвердел, потираясь о клитор и заставляя Таллию хотеть его до боли в ответ.

— Не здесь.

— Почему бы и нет?

Он прижал свои губы к её губам и протиснул руку между их телами, надавив на её лоно. Джоар узнал, насколько сильно она хотела его, насколько сильно жаждала, когда почувствовал там жар.

Возможно, он действительно был прав. Может, им стоит заняться любовью здесь, под деревьями. Они могли уже сейчас зачать ребенка, тогда больше не будет необходимости в свадьбе и замужестве.

«Но в этом случае ее ребенок станет ублюдком».

— Джоар, остановись, пожалуйста.

— Не говори, что ты не хочешь меня. Я чувствую жар между твоих бёдер, ощущаю аромат твоего возбуждения, — шептал он, уткнувшись в ее шею и нежно целуя, оставляя губами огненный след на ее коже.

— Я… мы должны сделать это правильно. — Таллия толкнула его, но он был слишком сильным, слишком большим, а она под ним была словно крошечная тимил, маленькая и беспомощная.

— И я собираюсь сделать все правильно, а для этого нам не нужны ни постель, ни церемония.

— Джоар, пожалуйста. — Её голос стал настойчивым, как и его пальцы, давящие на ткань между её ног, вынуждающие Таллию желать этого мужчину и забыть свою неуверенность. — Джоар, остановись.

На этот раз её слова дошли до его разума. Он поднял голову, его глаза были полны страсти.

— Слова Яссы заставили тебя передумать?

— Что?

— Я видел, как ты задумалась над тем, что она сказала тебе.

— Про… что… насчет свадьбы?

— Да. Что я буду хорошим защитником, но не мужем.

Она не могла отстраниться, потому что Джоар до сих пор прижимал ее своим телом к земле. Внутри неё вспыхнул гнев.

— А по твоему мнению, как это выглядит? Я заплатила тебе, все по-честному.