Чтение онлайн

Йохан удивленно посмотрел на него в зеркало заднего вида. Крозье и Веймар переглянулись и рассмеялись.

— Эх, блядь, где же сейчас Фергюссон… — тяжело вздохнул Веймар, и в его голосе зазвучали нотки глубокой тоски.

Крозье понимающе посмотрел на своего товарища.

— Ностальгия, бля, — согласился он грустно.

Джип кашлянул мотором и въехал во двор. Ворота закрылись. Веймар вырулил к гаражу и остановился у открытых ворот.

— Все, приехали, — сообщил Крозье.

— Привет, Сэм, — Веймар выбрался из машины, пожал руку полицейскому. — Принимай птенцов. Им надо когти вправить и клюв наточить.

— Привет, Люк, — сказал Сэм, отвечая на рукопожатие. — А где Пол?

— Пол в Прагу улетел, — ответил Веймар с некоторым сожалением.

— Понятно. Мне сегодня фон Штернгольдт звонил, — сказал Сэм. — Пойдем, я вам там уже котомочку собрал.

Они прошли в тир. На столе был разложен весьма солидный арсенал — от пистолетов до гранатометов. Увидев это, новобранцы опешили.

— А как правительство смотрит на все это? — спросил Шидлер.

Веймар, Сэм и Крозье переглянулись и расхохотались.

— А мы ему не скажем, — доверительно сказал Веймар и заговорщически подмигнул Шидлеру. — Пусть это будет наш маленький секрет. О’кей?

— Веймар, не трахай ему мозги. Их у него еще нет. Подрастет — поймет, как дела делаются, — сказал Крозье, взяв в руки штурмовую винтовку М4 «Кольт Кэрбайн». — Вот эта игрушка мне по нраву. Подствольник есть?

Сэм указал пальцем на соседний стол. Виктор приладил к винтовке подствольный гранатомет, взял оружие наизготовку, крадучись прошелся вдоль стены, развернулся и ударил очередью по мишеням. Громко лязгнул затвор, и на пол со звоном посыпались стреляные гильзы.

— Мое, — коротко произнес он, опустив оружие.

— Я рад, что тебе понравилось, — сказал Сэм. — Значит, не зря я постарался.

Веймар взял «Хеклер-Кох» 45-ого калибра, сунул в свободный карман джинсов, затем взял пару автоматических «Глок 21», зарядил. Некоторое время он любовался матово-черными кожухами затворов, потом вскинул оружие и короткими очередями разрядил их в мишень. Удовлетворившись результатами, Люк отложил пистолеты для себя и стал рыться в винтовках.

— Тебе помочь? — спросил Сэм.

— Да не, я так, для общего развития, — сказал Веймар.

— Есть АК-74, М4, Хеклер и Кох, — сказал Сэм. — Тебе кого?

— Штаир Ауг А1, — ответил Веймар.

— Это вряд ли. Но есть кое-что, тебе должно понравиться, — Сэм подошел к соседнему столу, вынул винтовку, протянул Веймару. — Штаир Ауг А3 Кэрбайн, с укороченным стволом, подствольный гранатомет калибра 40 мм.

Люк взял винтовку поудобнее, выстрелил пару раз одиночным. Затем встал одной ногой на ящик, упер приклад в плечо, и разрядил обойму в гипсовую мишень. После чего ласково погладил винтовку по цевью.

— Красавица! — сказал он. — Я ее уже люблю.

— Магазины обычные, двойные, увеличенной емкости, — Сэм указал на стоящий у стены ящик. — Пули — обычные оболочечные, бронебойные, останавливающего действия. Есть даже с головной пустотой, типа Uni-cor. Берите, не стесняйтесь.

Мигнула небольшая красная лампочка под потолком, на мгновение озарив помещение алым светом.

— Так, меня вызывают. Пойду работать, — сказал Сэм. — Вы пока поковыряйтесь, может быть, еще что понравится.

— Конечно, иди. Мы еще пару часов у тебя погостим, — сказал Крозье. — Йохан! — крикнул он куда-то вглубь тира. — Ну и долго вы там собираетесь херней маяться?

— Они все никак не могут определить, что лучше — пистолет или автомат, — сказал недовольно подошедший Веймар. — Навозные черви. В своем гадючнике под названием «Маутхаузен» в дерьме не накопались.

— Что-то ты какой-то брюзгливый стал, — заметил Крозье. — Это из-за Йохана?

— А хрен его знает, — сказал Веймар озлобленно. — Может, и из-за него. К Анджелле привык, меня сейчас уже ничем не удивишь. Но этот гад меня занозил. Какое ему дело до ее отношений с наставниками?

— Да ладно тебе, — сказал Крозье. — На его девочку ты глаз положил, а она к нему жмется, ни на шаг от командира не отходит.

— На какую еще девочку? — спросил Веймар.

— На Диану, — уточнил Крозье.

— Окстись, Виктор, — сказал Веймар, отмахнувшись. — Меня же за педофилию посадят. И вообще, у меня — Джилл.

Они принялись расфасовывать свои «покупки» по двум непромокаемым армейским сумкам, лежащим под столом.

Мартин Ильм чертыхнулся, уперся коленом в стену, переложил стопку книг на бедро, вынул ключи и открыл дверь. Войдя в квартиру, он бросил взятую в библиотеке литературу на пол, запер дверь, разулся. Затем собрал с пола книги и вошел в гостиную.

В его любимом кресле сидел, развалившись, молодой мужчина в черных джинсах и черном замшевом плаще. У него были длинные, черные, зачесанные назад прямые волосы. Он смотрел прямо в глаза патологоанатому.

— Здравствуйте, дорогой господин Ильм! — сказал мужчина, наконец, смерив его оценивающим взглядом.

— Здравствуйте, — растерявшись, машинально ответил Мартин. — Вы кто такой, черт вас возьми?

Мужчина усмехнулся.

— Мое имя не имеет никакого значения, — сказал он. — Да и Вам оно ничего не скажет. Главное — что мы с вами наконец-то встретились. Вы ведь явно ищете того, кто смог бы дать ответы на Ваши вопросы, а их у Вас накопилось немало, я уверен.

Ильм положил книги на диван, сел рядом. Мужчина подался вперед, взял всю стопку, положил себе на колени, принялся читать названия книг.

— Гегель, Фейербах, Шпенглер, Ницше, Шопенгауэр, Карл Ясперс, Лао-Цзы, Конфуций… — произнес он, перебирая тома. — Здесь собраны труды и материалистов, и идеалистов. Очень интересно. Вы, я вижу, не отрицаете истинности как материальной, так и духовной концепции? Хотите получить наиболее полное представление об общей картине мира? Широко мыслите?

Мартин хмуро кивнул.

«В спальне под кроватью — карабин» — подумал он, прикидывая в уме расстояние, которое ему придется преодолеть. — «Вот сейчас бы до него добраться…»

— Что ж, весьма похвально, — сообщил мужчина. — Надеюсь, на задворках сознания Вы не держите мысли схватиться за оружие?

Ильм удивленно посмотрел на него. Губы мужчины тронула едва заметная усмешка.

— Люди… какие же вы люди… как вы предсказуемы…

Ильм растерянно моргнул. Нет, послышалось. Его гость не проронил ни слова. Эта фраза будто сама собой прозвучала в его голове.