Чтение онлайн

Увидев их страх, я решила воспользоваться катакомбами. Ориана не хотела меня там, но она не убьёт меня. А мы были далеко от Дома Земли.

Коридор пустовал. Я раскрыла магические чувства, прислушиваясь к сердцебиениям. Не уловив ничего постороннего, провела рукой по груди. На шее возникла цепочка, лёгкая тяжесть ключа легла на грудь.

— Хотите пройти потайным ходом? — спросила я, вытаскивая ключ из-под платья и позволяя тонкой золотой цепочке свеситься на лиф.

Мод с подозрением уставилась на ключ.

— Что это?

— В Мистее есть тайные ходы, — сказала я на языке жестов. Даже если рядом никого не было, я не хотела произносить это вслух. — Знают о них лишь немногие.

Мод кивнула:

— Если это безопаснее.

Я повернулась к прямоугольному просвету золотого контура. Контур двери был скрыт в кладке, и без ключа я вряд ли разглядела бы тончайшие швы. Эти двери находились повсюду, и всё же зоркие глаза фейри никогда их не замечали. Должно быть, древнее заклинание скрывало их.

Я приложила ключ к стене, и в ней появилась трещина. Когда я толкнула, дверь распахнулась, открывая почерневший проход с запахом плесени.

Триана посмотрела на него с сомнением.

— Там темно.

— Ключ светится, — я подняла его, показав, как тот отблескивает в черноте. — А ещё там есть смотровые отверстия. — В основном крошечные дырочки, скрытые в орнаментах, через которые проходил узкий луч дневного света, но иногда встречались и витражи, и узкие щели.

Кожу внезапно кольнуло. Я резко обернулась, выискивая то, что насторожило мои чувства, но поблизости никого не было.

— Что случилось? — спросила Триана.

Я покачала головой, напрягая слух. Лишь мягкий треск факела, пляшущего пламенем. Я вновь потянулась к магии — и ощутила прилив крови под кожей, сеть рек. Рядом сердца Трианы и Мод бились в неровном ритме, ускоряясь от тревоги.

Никого больше.

Но тревога не рассеялась. Я вгляделась пристальнее, пытаясь понять, что задело моё внимание. Стены были грубыми, неровными, серый камень навален кое-как. В следующем коридоре кристаллы на потолке будут сиять, но здесь, на границе с человеческими уровнями, свет шёл только от факелов. Он отбрасывал на стены резкие тени.

Слишком густые тени, поняла я, заметив тёмный угол у самого конца, за полосой света. Там темнота клубилась, как дым.

Кайдо оказался в моей руке в то же мгновение, лезвие блеснуло остро и угрожающе.

— Покажись, — приказала я.

Моё магическое чутьё уловило отзвук сердца, когда тьма зашевелилась. Слабый, как шёпот, но становящийся всё сильнее, пока чёрный туман не уплотнился в очертания знакомого фейри из Дома Пустоты.

— Каллен, — произнесла я, чувствуя, как по коже ползет холодок. В туманной форме моя магия не могла определить контуры его тела и биение сердца.

А теперь он видел, как я пользуюсь ключом.

Он чуть склонил голову:

— Кенна. — Его взгляд скользнул к открытой двери, потом вернулся ко мне.

Мод и Триана отпрянули назад, прижавшись друг к другу, наполовину скрывшись в проёме тайного хода. В их глазах плескался ужас, и во мне вспыхнула волна защитного гнева.

— Зачем ты шныряешь в тенях? — потребовала я, шагнув к Каллену.

Он слегка удивился моей резкости.

— Я всегда шныряю в тенях.

По коже пробежала дрожь. Знал ли он, что я не могу ощущать его в этой форме? И почему я не могу?

Всегда должен быть баланс, — сказал Кайдо у меня в голове. — Разные дома, разные уязвимости.

Я не понимала, что это значит, и не собиралась тратить время на обсуждения. Остановилась прямо перед Калленом, стараясь сохранить самообладание.

— Чего ты хочешь? Пришёл притащить меня на очередное собрание? Предыдущее прошло просто великолепно.

Он выразительно посмотрел на кинжал в моей руке, но я не убрала Кайдо. Если он чувствовал угрозу, это была его проблема.

Руки Каллена висели свободно по бокам, но от этого он не выглядел менее опасным. Его глаза, тёмные бездонные омуты, в полумраке сверкали чуждым светом, а бледное лицо словно высечено из камня. Его осанка была, как всегда, безупречна, и единственными бликами света на его одежде были серебряные пряжки на тунике да рукоять меча на бедре.

По коже снова пробежала дрожь, как если бы я опустила руку в ледяной ручей. Каллен всегда казался таким собранным, будто удерживал в узде нечто страшное, таившееся за этими полуночными глазами.

А узду держат лишь тех, кого слишком опасно выпускать на волю.

Его взгляд скользнул по мне.

— Ты мокрая.

Я резко ощутила, как промокшее платье липнет к телу. Лиф и усыпанный серебром рукав и раньше были тесными, а теперь юбка прилипала к бёдрам и ногам. Волосы тяжёлыми прядями липли к спине, холодные на голой коже, и по телу побежали мурашки.

— Твои способности к наблюдению не знают равных, — бросила я, вкладывая сарказм вместо уверенности.

Его взгляд снова поднялся к моему лицу.

— Ориана оставила тебя в живых.

О, да чтоб тебя…

— Тебе обязательно всё знать? — спросила я с раздражением.

— В этом и состоит традиционная роль мастера над шептунами.

— Ты больше не мастер над шептунами. Осрик мёртв.

Выражение его лица не изменилось, но воздух вокруг стал холоднее.

— Официальная должность может быть вакантной, но знание всегда остаётся хорошей валютой.

Я ненавидела то, как трудно было его читать. Друстан тоже был непрозрачен — но по другим причинам: он прятал истинные намерения за вечной улыбкой. А в Каллене было что-то иное, что цепляло меня. Никто не может быть настолько сдержан всё время. Однажды он сорвётся, и тогда…

Он сделал шаг ближе и понизил голос:

— Что случилось? Ты пострадала?

Это не могла быть забота, правда? Скорее он просто хотел убедиться, что Дом Крови остаётся целым и невредимым, чтобы я могла поддержать Гектора.

— Нет, — ответила я. Но, когда он продолжал смотреть, правда сама сорвалась с губ: — Немного.

Больше, чем немного. Физически — да, было больно. Но в голове… Осколки, это было куда хуже. Лёд дыхания смерти коснулся моей шеи, и смерть — жадное создание. Сколько раз можно касаться этого чёрного омута, прежде чем он втянет окончательно? Сколько раз можно брать чужое дыхание взаймы, пока не придёт пора платить?