Чтение онлайн

И вот на седьмом десятке, чтобы помочь хоть как-то погасить кредиты, которых на дочери было больше, чем блох на дворовой собаке, она — пенсионерка с медицинской энциклопедией вместо карты, устроилась уборщицей, отправляя почти все в далекие дали, оставляя себе крохи на пропитание, которое, сдается мне, состояло исключительно из дешевых макарон.

Мой отец считал ее беспросветной дурой, заявляя, что дело все в плохом воспитании.

Я не была с ним согласна. Она была хорошей матерью, любившей своего ребенка. Нам со своих колоколен, разумеется, виднее, как оно там неправильно у других, но только был бы, например, мой отец мужем тетки, жизнь ее сложилась бы совсем по-другому. Я уверена.

— Как там с жильем, родной? — поинтересовалась Анастасия Валерьевна.

— Да, все норм, — уже привычно кивнул Васька.

— Ты там осторожнее! Москва Витьку испортила!

Внук, одно время увлекавшийся футболом, играл в подающей надежды команде. Шестнадцать лет, смазливая мордашка, от деда доставшаяся, орава таких же оболтусов, отсутствие мозгов и родительского контроля… Много тогда нехорошего случилось…

— Как там Сашка? — мать наложила сестре полную тарелку картошки с мясной подливой и внушительным куском курицы.

Тетушка, глянув на блюдо, вся как-то стушевалась, но заметив наши заинтересованные взгляды, взяла себя в руки и поведала.

— Ой, все ищет банк для этого, как его… — посмотрела она на Ваську вопросительно.

— Рефинансирования, — подсказал брат.

— Вот-вот, — закивала женщина. — А самое-то главное… — тетушка отложила ложку. — Викочка, дочка, ты можешь со мной в банк сходить в понедельник вечером?

— Это еще зачем? — встрепенулась мама.

— Надо кредит взять, тысяч триста дали бы. Вика договор почитает, я же ничего не понимаю! А Саше надо… — женщина тяжело вздохнула. Маленькая, смугленькая, она сгорбилась, приготовилась к тому, что сестру сейчас прорвет. Мы все приготовились и не ошиблись.

— Ты рехнулась?! Когда они кредиты брали, чтобы машины по три миллиона покупать, да по заграницам ездить, голову не включали, тебя не спрашивали! — мама была в ярости. — Насть, ты еле живая! На лекарства денег нет! Жрать нечего! И у тебя мозгов хватит в это лезть?! Сашка с тобой еще сквозь зубы разговаривает! Считает, что ты должна свою квартиру продать, чтобы им помочь! Это же уму непостижимо, чтобы так с матерью!

— А как быть-то, Кать? — тетя прикрыла глаза ладонью.

Но кроме ярости, обиды и далекого пешего путешествия, в которое должна отправиться Александра, предложить маме было нечего.

***

Поцеловав брата и наказав ему написать сразу же, как только он заселится в свое московское логово, а лучше прислать видеоотчет, ибо родители не успокоятся, пока не оценят обиталище любимого сына, я отбыла к себе. Видимо, выспавшись за неделю, мозг ни в какую не хотел прилечь и отдохнуть, и я проиграла почти до утра, лишь на рассвете завалившись на свой диванчик.

Утро началось с крепкого кофе, капель в нос и появления подруги в дверях кухни.

— У тебя остался же вроде старый телефон?

Аня (прилетев рано утром) сразу же прошмыгнула в ванную, из которой потом долго доносились звуки льющейся воды. И вот сейчас она стояла передо мной без косметики, бледная, со стянутыми в хвост волосами, в длинной серой домашней майке. На нее было больно смотреть. Девушка опустилась на стул и тяжело вздохнула.

— Я рассталась с Костей. Точнее… просто ушла. Он спал, а я уехала. Оставила ему все подарки, — она всхлипнула. — Телефон… он тоже мне подарил. Пока присмотрю, что поприличнее, хотела у тебя старый попросить.

— Не вопрос.

Я не решалась что-то сказать. Ей было очень плохо, это сдерживало мое любопытство.

Аня закрыла глаза и опустила голову.

— Даже говорить ничего не стала. Боялась, что не смогу уйти, если он начнет уговаривать.

— Что-то случилось? — осторожно поинтересовалась я.

— Вроде бы ничего, — пожала плечами подруга. — Все как обычно. Просто гостиница оказалась не слишком удачной. Либо выходные такие выпали. Одни семейные пары с детьми. И я смотрю на всех этих мамочек, озабоченных тем, что чадо съело и выпило. Папаши эти, которые вроде и сбежать готовы, но довольные, что в окружении своего табора, — Аня умолкла на мгновение. — И жена ему названивала чуть ли не каждый час, ведь сыновья с папой поговорить хотят, скучают, а он типа в командировке, — слезы все-таки заструились по щекам. — И я такая… Понимаешь? У нас так не будет. Я ведь… я ведь ещё и плохая в глазах таких, как его жена. Все гадко со всех сторон.

Я обняла подругу, старательно сдерживающую истерику, а она уткнулась лицом мне в плечо.

— Он не звонил?

— Я же телефон ему оставила, а симку выкинула.

— Кардинальные ты меры приняла.

— Мне не хочется больше жалеть о времени, я и так с бывшим мужем его достаточно потеряла, — слезы побежали сильнее, а нижняя губа бессовестно дрожала.

Анька была похожа на маленького котёнка, которому отказали в доме и ласке. И вот сидит он один — одинешенек и не знает, куда податься.

— Ты ведь давно уже решила, — постаралась я поддержать подругу.

— Д-да… Все правильно. Только… Чего же мне так хреново…

***

— «Консалт-Поволжье». Виктория. Слушаю вас! — чашка с кофе вернулась обратно на подставку.

Сегодня не судьба, видимо, насладиться растворимым «божественным напитком». После моего недельного отсутствия (и командировки Антона, нашего третьего собрата по оружию) начальник Миша выглядел, как бегун на длинной дистанции, который усилий явно не рассчитал и глотал пыль не только за победителями, но и за теми, кто никуда особо не торопился.

— Девушка, мне бы со специалистом по вашим программам пообщаться?! — послышался в трубке ворчливый мужской голос.

— Вы с ним и говорите, — этот вопрос был уже настолько привычен, что даже агрессии с моей стороны не вызывал. Да, не мужчина я, увы!

— Хорошо, — хмыкнули на том конце провода. — У меня ваша программа не обновляется.

— Название организации назовите, пожалуйста.

— «Семенов, Карпов и партнеры».

В списке клиентов сия контора значилась с отметкой об отказе в удаленном доступе к компьютерам, наличием у них системного администратора. И, кстати, срок их договора вот-вот должен был истечь.

— Вы — системный администратор? — уточнила я.

— Нет, я адвокат.

— Как можно к вам обращаться?

— Сергей Иванович.

Ручка быстро нацарапала имя-отчество в блокнотике, где значился уже внушительный список тех, кто позвонил за сегодняшний день.

— У вас требуемая программа запущена?

— Нет.

— Запустите, пожалуйста.

Послышался горестный вздох, кряхтение и стук по клавишам, хотя запуск программы больше к мыши имел отношение, чем к клавиатуре, для рядового пользователя.