Чтение онлайн

— Здесь все юристы, — улыбнулся Егор, — Кроме уборщицы, хотя, возможно и она уже скрытый юрист. Олеся занимается семейными делами, разводы, делёж имущества и детей, алименты.

— Отличная сфера для скандалов, — скривилась я.

— Да уж, то еще удовольствие, — кивнул Егор. — Я б не смог смотреть на все эти сопли-слезы-терзания. Меня во время консультаций-то в дрожь бросает. Двойственное чувство. С юридической точки зрения прекрасно понимаю, но с морально-этической... Вот сидят тут двое, она и он вопят, что им не нужны дети. И перебрасывают их, как мячики. Или представь, есть такой договор. Рента пожизненная называется. Где ты в обмен на имущество выплачиваешь бывшему собственнику денежку, ну, например, он тебе квартиру, а ты ему раз в месяц десятку.

—Типа ипотеки? Круто.

—Тут в зависимости от возраста и здоровья собственника, а также удачи, ты можешь платить еще подольше, чем ипотеку. Но не суть. И вот приходят к Лесе мать и сын. Вообще, по закону у нас дети должны содержать нетрудоспособных нуждающихся родителей. А тут. Я хочу ему по договору ренты квартиру отдать. Пусть он хотя бы коммуналку платит. И ладно бы сын — лет двадцать, так нет ему за сорок, ей за шестьдесят. К слову, в других странах в этом нет необычного ничего, но у нас как-то принято опекать родителей.

—Не у всех, к сожалению. У меня, знаешь, есть пример перед глазами. Семейный. Но если послушать обе стороны, то начинаешь путаться в собственных ощущениях. В том плане, что ты видишь и осуждаешь одну сторону конфликта, однако ее поведению есть веская причина, о которой ты имел мало представления, но которая в корне может поменять твой взгляд на проблему.

Егор знал про сложный треугольник из моей двоюродной сестры, тети Насти и мамы.

—Мда... — мужчина приподнял бровь. — И все равно. У нас все-таки присутствует некоторое азиатское уважение перед старшим поколением. Ну, во мне, по крайней мере, его воспитали.

—Как и во мне.

—Да, вот поэтому в эту сферу стараюсь не лезть, — усмехнулся Егор. — А ты представляешь, что некоторые за счет подобных договоров с родственниками хотят избежать или уменьшить размер алиментов или уйти от исполнительного производства.

—Это типа как своеобразное отмывание денег?

—Ну, скорее их сокрытие.

—А ты... Ты... разобрался, что случилось с Артемом? — импровизированный лед у меня под ногами загудел.

—Нет, — Егор нахмурился и повернулся к компьютеру. Эта тема была ему неприятна. — У меня не было времени, я лишь мельком проглядел содержимое ноута. Там было огромное количество файлов, их надо было систематизировать, но времени у меня было мало. Сама понимаешь.

—Прости, — я опустила глаза. Внутри все сжалось.

Он подкатился на своем кресле ко мне и приник к моим губам.

Дрожь пробежала по телу. Только не понятно от чего, его ли прикосновения или от того, что есть страшная тайна, что лежит в ящике стола у меня дома.

—Я все хотела спросить, ты ведь тогда скрывался у Саши дома, а потом появился все-таки. Почему?

— Выбора у меня не было. Тот, кто вышиб меня с трассы, искал ноутбук. Я хотел разобраться с тем, что на нем. Но… Диск, на котором содержались хоть какие-то ответы — пропал, Ира, которая явно что-то знала, уехала из города, и в спешке, как мне потом дядя рассказал. И она была уверена, что мне грозит опасность, и, похоже, сильно боялась за себя.

— Когда мы были у Саши, вы мне сказали… — начала было я.

Егор махнул рукой и сморщился.

— Это Саша хотел, чтобы я это тебе наплел, точнее всем. Он везде заговоры видит. Натура такая. А я чего-то так растерялся, что решил, лишним не будет.

— А что же было на самом деле?

— Когда я улетел с дороги, прилично приложился головой и сознание потерял, да еще трещина в руке. Виновник, видимо, хотел доделать дело, но ему помешали водители машин, которые видели аварию и начали останавливаться, они и скорую вызвали. Меня привезли в больницу местного райцентра, где я дня четыре провалялся с сотрясением мозга. Ноут, как ты понимаешь, был в машине все это время, в воде, по сути. Лобовое стекло было разбито и снег и дождь, салон заливали. Странно, что неизвестный за ним не вернулся, думал, наверняка, что его со мной в больничку отправили. Когда Саша прилетел из отпуска, он забрал меня из больницы и привез к себе.

— То есть, когда ты писал мне про Михаила Федоровича — сам был в больнице? — сердце кольнуло больно.

— Забей, малыш! Не переживай даже! — Егор нежно коснулся своими губами моей щеки. — У меня и похуже травмы были.

Смешно такое говорит, все равно, что велеть планете перестать вокруг солнца крутиться.

— А как ты все обставил, чтобы вернуться?

— Сказал, что после больницы в незнакомом городе, без денег и телефона… Пошел бухать!

— С сотрясением?

— Ну, я ж немного, чисто для виду, чтобы столкнуться с ментами и попасть в областную уже без всего, документов, денег, телефонов и ноутбуков.

Два идиота! Саша и этот!

— Но если кто-то угрожал Ире, все эти меры не спасли бы от визита тех… людей? — меня передернуло.

— Да, не спасли бы, — Егор покачал головой. — Но я уверен, им был нужен ноут. А его при мне не было его ни в одной из больниц. Его Саша, кстати, вытащил из машины. Ну и времени прошло достаточно, но ни отца, ни меня не тронули.

—А как ты понял, что этому «кому — то» нужен был ноут? — задумчиво перебирая пальцами полу кофты, спросила я.

—А у меня его стащить пытались, — хмыкнул Егор, — сначала из машины, а потом прямо из рук. В первом случае спас водитель, который сидел рядом с моей машиной в своей, его воришка не увидел просто потому, что он свою ласточку в круг затонировал. А во втором случае, я очень быстро бегал. Я догнал и вырвал, но воришка удрал. А уже на трассе, когда он мне сначала взад приехал на скорости, а потом стал выдавливать с дороги, я уже не сомневался в причине.

Повисло молчание. Мне стало страшно от того, как близко Егор был к тому, что бы пострадать гораздо сильнее чем, трещина в руке и на голове шишка.

—А почему Саша… не мог найти способ сообщить твоему отцу о тебе. С его связями не проблема попасть, я думаю, даже в реанимацию? Почему я, а не он или кто-то из близких?

—Потому что Саши и близких, кроме дяди Семена, чья внучка напрямую связана с произошедшим, тогда в городе не было. Саша прилетел в тот день, когда за тобой вечером приехал на работу, а за мной днем в больницу. Они с семьей где-то в Южной Америке были. И он двое суток оттуда летел. Прости, Вик, тогда это казалось разумным. А сейчас, я понимаю, что мог подвергнуть тебя опасности.

Он уткнулся лицом в ладони.

—Ты и правда, настолько доверяешь Саше?

Егор опустил руки на стол и посмотрел на меня.

—У меня не было сомнений в нем никогда. Он может быть грубым, наглым, но я знал его не в самые лучшие для него времена, и мы с ним через многое прошли, потому да, я ему доверяю.

На самом деле, получается, что именно Александр сотворил пусть и косвенно все, что происходит сейчас. Ведь Егора могло бы уже даже не быть, если бы он не зародил во мне сомнение. Его страх и желание спасти друга сделало больше, чем кто-либо из нас!

А Егор мог бы…

Думать об этом не хочу!

Егор вернулся к документам, а я огляделась. Рядом со мной на низком столике у самого окна лежали журналы, явно о всяких умных вещах по юридической части, в формате вопрос — ответ, где люди спрашивали, как защититься от родственников, кредитов, а порой и тех, и других. Полистать может... Знаний поднабраться.

«Есть время поболтать?»

Сообщение от Стаса всплыло на экране телефона в моей ладони.

— Я тебе помешаю, если погорю по телефону, пока ты работаешь?