Чтение онлайн

Я снова застыла. Потом осторожно нащупала в сумке пару крошек и протянула ему на ладони. Звереныш принюхался, поднес смешную, еще детскую мордашку и внезапно быстро, жадно схватил крошки с моей ладони.

Шаг за шагом я пыталась преодолеть его недоверие. Бормотала что-то ласковым голосом, отстранялась, если он норовил отползти, жалобно скуля.

– Ну-ка, стой, – в конце концов рассердилась я на упрямца.

Подловила, поймала на руки и заставила успокоиться. Он был измотан так, кажется, больше не мог бороться. Я осторожно гладила звереныша, удерживая и успокаивая, незаметно разглядела ранку.

Пара капель заживляющего у меня найдется, кажется.

– Как же ты так, малыш…

Лисенок позволил погладить себя по макушке между рыжих ушей. Недоверчиво дернул ими, оскалил из последних сил мордашку. Я вытащила целебную мазь в крохотном флаконе, попутно нашла еще кусочек хлебца, замотанного в ткань. Старая привычка всегда иметь под рукой все самое необходимое, чтобы выжить.

Угощение отвлекло бедолагу от боли, и я улыбнулась, глядя, как он торопливо уплетает угощение. Рыжая шерстка свалялась от ночной влаги, темнела в месте раны. Вот бы я обладала настоящей целительской силой! От самой Матери, Всепрощающей и Исцеляющей, о которой нам так сладко пели в приюте. Она могла даровать женщинам особую силу, как Великий Отец – лучшим из мужчин, но я, похоже, не добилась от нее милости. Хотела бы я не только травы собирать и готовить, но и просто: провела руками – и исцелила. Я верила, что такие колдуны и в самом деле существуют. Интересно, тот, к которому ехал Рейнард, он в самом деле – маг?

Не такой, какими в некоторых местах королевства считают всех рыжеволосых. Я слышала, что некоторых жгли на кострах только за цвет волос! Ничем не доказав, что они ведьмы, связанные с демоническими силами. В Волдхаре и Кирании подобного не случалось, но глядели порой искоса, это правда…

А жаль, что я не ведьма! Я мстительно улыбнулась, прижавшись затылком к шершавому стволу. А то заколдовала бы кое-кого с большой радостью. Или это он успел заколдовать меня? С какой стати я вообще поверила, что Дарес просто эмпат, а не какой-нибудь чернокнижник?..

Смотрел своими глазищами, прочитал мысленно заклинания и вот я уже сама ловлю его взгляд и чувствую внутри проклятую тягу. Все, что происходило, всегда играло ему на руку. Даже, похоже, убийство Кириана не нарушило планы, ведь через меня он выяснил все, что нужно – и лишь потом легко устранил лишнего и опасного разбойника.

А то, что он так долго утаивал. То истинное дело, ради которого он полез в Лес? Что-то, связанное с самим королем. Что это может быть: похищенные женщины дороги лично Его Величеству, между ними особенные узы?

Интересно будет, если Даресу приказали не столько отыскать убийцу бургомистра, сколько его жену и дочь. Может быть, даже ценой собственной головы! Мол, не отыщешь, не обессудь – висеть тебе на королевской виселице, дружок-дознаватель!

Мне кажется, или я ищу ему оправдания?..

Лисенок, который так и норовил сбежать, внезапно успокоился, устроился на моих коленях в клубок и… уснул. Такого я даже не ожидала. Сжала и разжала свою ладонь, гадая, не притаилась ли в ней хоть какая-то кроха магии? И улыбнулась устало.

По-прежнему, едва дыша, я откупорила флакончик и обработала рану зверька, похожую на укус большого хищника. Этот лисенок родился в рубашке! Я даже умудрилась осторожно замотать рану куском тряпицы. Надолго не хватит, но так лучше впитается средство.

Так. И что теперь? Сижу с раненым лисенком на руках, который так крепко и безмятежно заснул. Не могу же спустить его на землю – наверняка проснется и сдерет лекарство. Да и… я даже не знаю, куда дальше идти. Следы потеряны.

Солнце начало прогревать почти по-летнему. Я положила ладонь на пушистую шкурку лисенка, с удовольствием ощутив его тепло и быстрое биение сердца. Почти два дня без нормального сна дали о себе знать. Навалилась на плечи такая усталость, что я прикрыла глаза, чувствуя тупое бессилие и вымотанность – даже злиться больше не хотелось.

По лицу скользили тени от качающихся на ветру крон, убаюкивая, будто в колыбельной, открытые плечи и руки приятно грело солнечное тепло, и я провалилась в беспокойный прерывистый сон, в котором уже не могла понять, слышу я в самом деле цокот копыт по сухой земле и камням, или это игры моего воображения.

Голова раскалывалась так, будто она колокол, в который кто-то бил со всей дури. Дарес даже опасался открыть глаза. Казалось, стоит хоть попытаться – и яркий свет разорвет изнутри на части.

Ох, ну и тяжелая же у Лисы рука! Кто бы подумал!

Дарес медленно поморгал, пытаясь понять, почему так ярко, ведь только что была ночь, полумрак шатра, свет пары свечей. Лежа на полу, он аккуратно приоткрыл глаза. Шатер зашатался, или это башка кружится?

Зато стало понятно, почему светло. Потому что, мать его, утро! Всю ночь словно корова языком слизала, он еще помнил, как жарко прильнула к нему Майлис – разгоряченная после танцев, дикая, желанная в своей первозданной красоте – со всеми этими колечками-косичками в волосах, с податливыми губами, которые тащили его в омут помешательства и страсти.

Вспомнив, чем закончилась эта сцена, Дарес мучительно простонал. Осторожно прикоснулся рукой к щеке, чувствуя, как колет голое по пояс тело солома на полу шатра. На пальцах снова кровь, уже запекшаяся. Хорошее же у него в этот раз дельце! Таким образом добраться бы живым…

Он приподнялся, ухватился за край скамьи, оперся с усилием, выдыхая, и наконец встал. Головокружение не прошло. Проклятье. Еще эта выпивка, к которой он не притрагивался много лет. Но и отказаться вчера было невозможно – не дали бы попросту!

Почему-то болело еще и левое плечо. Не то, которое было ранено.

Дарес взглянул на него, повернув к себе руку.

– Ублюдки!.. – ругательство вырвалось приглушенное, но и сдержаться никак.

В голове не укладывалось. Это же надо! Дарес вытянул руку дальше, разглядывая всю эту жуткую “красоту”. Пока он валялся без сознания, кто-то из банды выбил татуировку с тем же символом, что красуется на плече Майлис. Выбит косо и наспех, еще не поджил, но все равно легко узнаваем – для любого из стражников.

Дарес недобро усмехнулся.

Вообще этого стоило ожидать после рассказа Майлис! Они так поступают не впервые. Метка, клеймо, которое не смыть – оно кричит о принадлежности к этому лесному братству. И попробуй теперь докажи, что это случайность.

Ну вот теперь они точно с рыжей подругой два сапога пара. Может, это хоть немного поумерит ее гнев?.. Дарес потёр рукой лоб, пытаясь унять гул в голове. Ладно, стоило признать, что он рассчитывал подразнить, вывести на эмоции, не думая всерьез, что закончится всё так плачевно… Осталось обнаружить, куда она теперь делась. Дарес натянул свою рубаху. Покачнулся, схватил куртку и вышел из шатра.