Чтение онлайн

Сейчас Дарес казался оголенным, напряженным и… беззащитным. Он уже не знал, чего от меня ждать. Слишком много у меня эмоций.

Я обхватила ладонью его щеку. Кончиком языка я прошлась по его мягким губам, и Дарес сдавленно выдохнул, замерев напряжённо, не дыша. Я коснулась его рта поцелуем снова, даря сладость, но не позволяя ответить и вовлечь меня снова в ту безудержную страсть. Лишь немного милосердного утешения страдающему.

– С тобой всегда… так? – прошептал он хрипло, будто из последних сил себя сдерживает.

– Нет. Но я больше никогда не позволю себя обидеть. Надеюсь, теперь ты понял.

Дарес еще чувствовал на себе невесомое касание ее губ, по вкусу похожих на спелые лесные ягоды. Исцеляюще – мягких. Дурманящих, точно самый крепкий хмель. И так хотелось чувствовать их еще. Чтобы снова прикасалась, усмиряя боль, позволяя забыть о горящей огнем коже.

И чтобы целовала уже смелее, до пожара в крови, самозабвенно, лихо сидя на его коленях, как тогда в шатре у главаря, стоило ему заикнуться об их близости… Лисичка. Восхитительная, дикая, рыжая лесная колдунья с ворохом тайн и эмоций.

Хотелось бы ощущать только это, не ледяную обиду и ярость. Но то, что ее так задели его слова, было всё еще лестно. Значит, и ей недостаточно страсти на одну ночь и не хочется попросту забыться в первых встречных хмельных объятиях.

– Майлис…

В этот момент лисенок перестал беспечно сидеть рядом, потянул носом навстречу подувшему ветру и вскочил на лапы. Не успели мы и слово сказать, а рыжий уже, прихрамывая, скрылся в траве.

– А ну стой, сорванец, – буркнула Майлис, подхватывая сумку.

Дарес догнал ее только шагов через десять, вернувшись назад и подхватив за повод обеих лошадей, которые им явно пригодятся. Майлис перекинула волосы через плечо и кралась за лисенком, боясь спугнуть.

– Он вообще… здоровый? – спросил Дарес, догнав ее.

– Как видишь, не очень, – буркнула Майлис.

– Думал, лисы не подходят к людям.

Она обернулась на мгновение, заподозрив в его словах снова обидный намек, но Дарес только помотал головой: ничего такого и не думал!

– Обычно – нет… Он будто что-то ищет. Или кого-то.

– Ты знаешь то место, о котором говорила Искра?

– О! Так это единственная причина, из-за которой ты за мной тащишься? – снова вскинулась бывшая разбойница сердитым шепотом. – Тогда тебе стоило все же разыскивать не меня, а ее!

Дарес потер раненое плечо, а кобыла, которую он вел первой, согласно мотнула мордой, натянув поводья.

– Прекрасно. Ты ревнуешь меня к той, с кем я даже словом не обменялся?

– Иди ты!

– В тебе говорит только обида.

– Во мне сейчас будут говорить мои кулаки. Хочешь сразу двух зайцев убить: и дело раскрыть, и со мной развлечься? Очень удобно, я представляю!

– Угадыватель мыслей из тебя так себе, – Дарес продолжал идти за ней следом. – Если хочешь знать, я искал тебя, чтобы загладить свою вину и уберечь от неприятностей. Ты даже оружие не взяла, а за всеми из банды идет облава. Быть в Лесу сейчас – опасно!

– Я здесь как дома, – возразила Майлис, пока лисенок замер неподалеку. Звякнули колечки в горящих на солнце косичках. – Это ты тут чужой. Прожила в лесу почти всю жизнь. И сейчас не пропаду.

Брови бывшей разбойницы, изогнутые дугой, сурово сошлись у переносицы, глаза смотрели с опасным выражением, уже ему знакомым, губы были поджаты, но несмотря на это она казалась еще привлекательней.

Дарес схватил ее ладонь, остановил, повернув больше к себе, и сказал:

– Я обещал, что ты сможешь изменить свою жизнь. И всегда исполняю свои слова. Если письмо с тобой, то будь уверена, это не пустая болтовня. – Он поймал наконец ее темно-зеленый взгляд, сощуренный на него снизу вверх, и заставил чуть дольше смотреть в глаза. – Ты достойна большего, я знаю. Достойна не скрываться от закона, быть помилованной, ты не пропащая душа, Майлис. Это было видно с первого же взгляда. И ты продолжаешь меня удивлять.

– Еще немного, и я растрогаюсь, – притворно улыбнулась Майлис, делая вид, что ей все равно на его слова и выискивая лисенка. Переступила с ноги на ногу, наверняка уколовшись на очередной острой ветке.

Но ее сердце и правда дрогнуло.

– Я все еще эмпат, – усмехнулся он, мягко удерживая ее приятную ладошку, пусть и с мозолями от оружия. – Ты даже можешь ничего не говорить.

– К сожалению, господин дознаватель… – Майлис сощурилась, – не могу сказать того же. Столько внимания к простой разбойнице… Мне неведомо, что происходит в твоей голове! И я не уверена уже, что хочу это знать.

Дарес вздохнул.

– Справедливо. Но я все равно прошу тебя помочь. Ты еще можешь спасти чужие жизни. Это не просто слова. А Его Величество отблагодарит тебя за помощь. Подумай.

Майлис посмотрела на него долго и внимательно, высвободила пальцы и снова пошла вперед, ничего больше не говоря. И если он хоть что-то чувствует верно…

Одна кобыла всхрапнула, дернула головой снова. Дарес обернулся, убедившись, что погони нет, и снова пошел следом за дерзкой рыжей красоткой, посмеиваясь про себя, когда слушал приглушенные, но не совсем уж тихие ругательства про долбанных эмпатов, ищеек и проклятых дознавателей, которые ничего не понимают в жизни и провалиться бы которым в бездну.

Некоторое время оба шли достаточно тихо, день начал клониться к вечеру, солнце уже золотило стволы. Босые ноги Майлис привычно ступали между сухих веток, а Дарес умел ходить след в след, напрягая по привычке все органы чувств, чтобы вовремя заметить преследование или взгляд жертвы.

Но сейчас он просто шел за случайным лисенком, встреченным в лесу, за девушкой, которая следовала за ним, надеясь сам неясно на что. Однако иногда надо просто доверять этому миру – и сейчас всё внутри говорило об этом.

– Не шуми, – обернулась Майлис, едва не прижав его к ближайшему дереву.

Дарес молча и чуть возмущенно вскинул руки. Он вообще шел тих как мышь!

Где-то далеко послышался голос.

– Так ты и сама не знаешь, куда идти? – спросил он шепотом у Майлис.

– Как-то не было случая узнать подробности. Смотри, – кивнула она на лисенка, который завертелся на месте, вынюхивая что-то, а потом помчался прямо туда, откуда слышался голос.

Не сговариваясь, они с Майлис бросились за ним следом.