Чтение онлайн

— Тебя не насторожила та навязчивая идея, с которой она подошла к тебе? Ты же помнишь, она рассказала, что мечтала о тебе все эти годы, хотя вы и знакомы—то не были. Она вела себя так, как будто бы вы встречались, а потом расстались по нелепой случайности, а ты подыграл ей.

— Как я должен был поступить?

— Нужно было убедить её, что ты совсем не тот человек, которого она рисовала себе всё это время.

— Знаешь что, воу «у меня нет инстинктов», тебе неведомо как это: несколько месяцев без женщины, а тут она сама прыгает на тебя.

— И ты тут же воспользовался её маленькой слепой одержимостью.

— Каждый на моём месте не устоял бы. Для неё, как и для большинства женщин, я всего лишь зеркало, в котором она видит отражение собственной привлекательности. Если бы ты не дал убить себя, то у умуба не было бы повода прийти за Милианой, ведь свою часть Договора он не исполнил бы.

— За ней — да, а как же все остальные?

— А чем ты помог им?

— Теперь я внутри него. Не только он знает всё обо мне, но и я о нём.

— Думаешь, ради этого стоило умирать?

— Теперь ты сможешь найти его, я помогу тебе.

— Но, он будет знать, что мы в сговоре, а значит — предвидеть наши совместные действия.

— До сих пор он имел дело только с малолетними суицидниками, юными людьми с недоформированными чакрами. Ими он мог манипулировать и читать, как открытую книгу. Совсем другое дело — я. Он недооценил соперника, с которым имеет дело, приняв меня за обычную жертву. Я смогу блокировать часть информации, предоставляя ему иллюзию. Он и представить себе не может, что такое возможно. Другие стремились покинуть его, а я буду его постоянным навязчивым спутником до тех пор, пока ты не затолкаешь его в контейнер. Я опытный владелец нитрона, поэтому смогу восстановить своё эфирное тело и кормить умуба до его конца, не подпуская к другим.

— И что это значит?

— Умуб звучит мною, просто иди по моему следу. С другими жертвами ты не был знаком лично, поэтому не чувствовал их, а меня ты почуешь, даже на большом расстоянии.

Герт вдруг занервничал:

— Он просыпается, мне пора. Найди и убей меня, он наверняка примет мою внешность, чтобы сбить тебя с толку и будет морочить голову. Просто затолкай меня в контейнер!

— Где тебя искать?

— Он всегда там, где скопища народу, туда он приглашает своих жертв.

Я выпал из сна.

Да, это был сон. А в неумолимой вернувшейся реальности я лежу на безобразной круглой кровати, вся обстановка и стены на своих местах, а моё тело послушно движется. До меня дошло, как я облажался, вовремя не соображая, что происходит. Драгоценное время было потрачено на глупые разговоры, а нужно было задавать конкретные вопросы.

 Умуб звучит, как Герт, но обязательно ли он так же выглядит, или может принимать любую другую форму?

 Знает ли он, что именно я преследую его, или он просто искал повода убить Милиану?

И почему Герт назвал её первой жертвой?

«Он всегда среди скопища людей там, куда приглашает свои жертвы».

Действительно, убитых никогда не находили в квартирах, несмотря на уединённый образ жизни, все они добровольно являлись в какой-нибудь парк или центр.

Наскоро приняв душ, я отправился туда, где нашли Герта. Охота началась, сегодня я первый и последний раз за много последующих дней ночевал в своей квартире.

Парк Тоадез — многоуровневый, многофункциональный, никогда не спящий высокотехнологичный общественный центр, способный вместить и обслужить до миллиона посетителей одновременно. Сидя в кресле около бассейна, я завтракал и пытался найти Герта по коду через сеть, но быстро убедился в безуспешности. Код имеет физические параметры, а Герта нет в живых.

Преодолевая мучительную боль, я зашел в БД Безопасности и просмотрел запись с места преступления. Хотя я и был морально готов, всё равно просидел в оцепенении некоторое время, убеждая себя, что это тело — не мой друг, а всего лишь его временная сменная оболочка, а он сам ходит здесь, находясь внутри умуба.

Я всегда чувствовал Герта, знал, что он где-то рядом. Я мог проживать его приближение с самого первого дня нашего знакомства, ещё до того, как мы стали друзьями. Как я знал, что он прячется в тени, не видя его?

Расслабился и разлился, выходя мысленно за границы собственного тела, сжимающего в руке остатки воды. В голову ударили тысячи запахов и звуков: веселье, озабоченность, нервозное ожидание, беспечность, любопытство, сексуальный интерес. Я встал и медленно пошел сквозь оживлённый людской поток.

Иногда мне казалось, что я слышу его тепло, но ощущение быстро ускользало. Сначала я шел пешком, прошли сутки, но результатов не появилось. Освоившись немного с изменённым восприятием, попробовал передвигаться на скоростных эскалаторах, скользя сквозь уровни. Прошло два дня, я ел на ходу, немного дремал, ощущения стали возникать чаще, мне показалось, что я увидел Герта в толпе.

Я почти не спал, но упорно продолжал двигаться до тех пор, пока сон не начал притуплять мои движения и ощущения. Даже не пытаясь найти местечко потише, я развернул кресло и уснул в нём. Гул толпы не затихал, даже во сне я прислушивался к мельчайшим крупицам звука.

Вскоре я потерял счёт времени.

Переодевался и наскоро принимал душ в общественных санузлах, ел на ходу, поторапливая летающих официантов, спал, где придётся.

Один раз очень явственно увидел Герта, сидящего в кресле, не упуская его из виду, кинулся к тому месту, но человек исчез. Я не сомневался, что подобрался очень близко и стал позволять себе ещё меньше отдыха: скоро всё закончится, вот тогда и высплюсь.

В какой-то момент усталость достигла своего апогея, прошло более недели Синона, уже девятый день я не сплю нормально, восемь суток по 32 часа в каждых — это неделя. В краткие моменты сна ощущения обостряются, я продолжаю идти по следу, а, проснувшись, повторяю маршрут из сновидения. В какой то—момент, реальности начали путаться в моём сознании, я сказал себе: «Всё бесполезно, прости меня, Герт, но я не могу больше». И поехал домой.

Но почему-то сеть доставила к театру Минунзу, наверное, мой новый адрес глючит и сработал старый. Что ж, это вполне объяснимо. Театр был пуст и в свёрнутом режиме занял стабильное положение. Мои шаги гулко разнеслись по пустым коридорам — все артисты ещё не вернулись из творческого отпуска. Зайдя в нашу квартиру, я буквально упал на кровать и уснул, отметив, что всё здесь, как и прежде, тёплое, родное, уютное. Самовосстанавливающиеся матрицы предметов воссоздали первозданность разрушенного моей слепой яростью жилища. Проснувшись с подозрительно тяжелой головой, я вновь увидел Герта в девичьем облике. Дамочка деловито примеряла наряды, вертясь перед огромным на всю стену зеркалом тренировочного зала. Ворох одежды кучей лежал у её стройных ножек. Она капризно стаскивала платья одно за другим и надевала следующие, затаптывая снятые вещи.

— Выспался? — поинтересовалась она, увидев меня в зеркале, но не повернула головы.

— Это снова сон? — огорчился я, — мне стоило догадаться.

Девушка ехидно захихикала и повернулась ко мне. Она сильно смахивает на Милиану, и в то же время я знаю, что это Герт, я уверен, не сомневаюсь, я узнал бы его из тысяч, какую бы форму он ни принял. Я с усилием приподнялся, но на этот раз тело не оказало сопротивления, как в прошлом сне. Я сел на кровати и стал разминать руки.

— Как сложно быть женщиной, придётся учиться не одну жизнь.