Чтение онлайн

— Не стоило начинать с женских сценических образов, в реальной жизни мэй одеваются попроще.

Герт облачился в плотно облегающее длинное платье с открытыми плечами и отверстиями по одному левому боку: под грудью, достигающее спины. На талии, открывая пупок, на бедре до самой ягодицы, и дальше до пола, сужаясь к низу. Мой взгляд залип сначала на пупке, а потом переместился к бедру. Удовлетворённо поймав моё немое восхищение, мэй стала менять цвета платья, оставаясь в нём. Наконец сложилась цветовая гамма из четырёх оттенков с эффектом анимированного перетекания. Пару лет назад в Ягинуине была подобная мода, когда по одежде двигались абстрактные пятна, надписи, падали снежинки и так далее Бытовые йётоны трудились часами над созданием одежды со столь сложными украшениями.

— При жизни я всегда игнорировал моду, а оказывается, это увлекательно!

Я подошел совсем близко. Отверстия на платье тоже пришли в движение, то сливаясь, то расходясь, они дрейфовали по прекрасному телу, открывая то одни, то другие участки и не давая мне спокойно дышать.

— Он устал и заснул, поэтому я смог прийти.

— Я думал, что у меня ничего не получилось.

— Килан никогда не бывал в подобной ситуации и сейчас в отчаянии пытается спасти свою паразитарную жизнь. Он пытался избавиться от меня, но ему не удалось. Все остальные с радостью и поспешностью покидали его, а мною он просто давится. Он пытается завладеть ещё одной жертвой, чтобы стать сильнее, но я не позволяю ему. Он пытается запугивать меня, но теперь мне известны все его уловки, на которые я не покупаюсь. Эта игра стала, даже, интересной.

— А как ты себя чувствуешь?

— Немного тяжеловато, но мне не привыкать к нагрузкам.

— Тебе было больно? Как он выглядит? Как это произошло? — я задавал все накопившиеся вопросы, напрягаясь, чтобы детально запомнить сон.

— Физическую боль вызывает напряжение от ожидания этой боли. Как ты понимаешь, тот, у кого не развит инстинкт самосохранения, не боится умереть, поэтому я не запомнил, была ли боль. Он пришел ко мне незадолго до последнего выступления, я не узнал его сразу.

— Как он выглядел?

— Как обычная симпатичная мэй, но со странным звуком. И ещё, он совсем не разговаривает голосом, он не способен воспроизвести нашу речь, но довольно хорошо моделирует и транслирует образы. У меня есть подозрение, что и образ своего внешнего вида — тоже ментальная модель с внушением реальности.

— Эта форма, она была похожа на одну из жертв?

— Возможно, но не обязательно. Насколько я успел понять, он может сосканировать любую форму в твоей голове.

— Это незаконно — проникновение и внушение без моего позволения.

— Поэтому мы и преследуем его! Вся его жизнь — нарушение Закона. Он сказал, что убьёт одного из нас, и я должен выбрать кого.

— Ты поверил ему, что он способен меня убить?

— Если честно — да.

— Как он собирался это сделать?

— Воспользовавшись твоей чрезмерной любвеобильностью, разумеется!

— О!

— Да, сейчас я знаю, он врал, так что не переживай. Но впредь не торопись сближаться со странными мэй, даже, если они сами на тебя прыгают. Но, тогда я сделал вид, что поверил. Если совсем честно, то я ему поверил и согласился на все условия.

— Ты отдал жизнь за меня?

— Не обольщайся, не только за тебя, а за всех, у кого он может её отнять. Я бы отдал и за тебя, не сомневайся, только не так глупо. Он может убить тебя, только если ты сам нападёшь. При этом он должен будет израсходовать очень много энергии на импульс, гораздо больше, чем в случае с другими пассивными жертвами, а восстановиться от тебя не сможет — ты для него отвратителен в качестве источника жизненной силы.

— Почему?

— Слишком много связей с женщинами и смешанной энергетики, поэтому ты просто отвратительно пахнешь и звучишь для него.

— Если вы сейчас вместе, ты и он, что будет с тобой в контейнере?

— В контейнер попадёт только один из нас, не ошибись. Со мной будет всё в порядке, я не сомневаюсь, что ты выберешь правильно. Если нет — меня выпустят, а ты потеряешь драгоценное время. За меня не беспокойся, умереть дважды за одно и то же воплощение невозможно.

— Мне так жаль, я должен был понять, предвидеть. Почему ты не рассказал мне всё, как есть? Почему ты один принял решение, касающееся нас обоих?

— Я знал твою реакцию, ты мыслишь слишком… по иуби-человечески, фрагментарно, сиюминутно. Понимаешь? Я сейчас не жалею о своём недостаточно обдуманном поступке. Я — мужчина, я сильный и могу сам нести полную ответственность за принятые решения и их последствия. Мой друг — профессиональный Охотник. Мы с тобой — команда, мы не позволим, чтобы гибли невинные юные души, даже Милиана, с которой ты обошелся так бессердечно.

— Снова ты про эту дурёху. — Фыркнул я презрительно.

— Зря ты так. Эта наивная мэй готова умереть, только бы остаться с тобой хотя бы ненадолго. Я, даже, проникся к ней уважением, когда увидел это.

— Она любит не меня, а тот нелепый образ, который вырастила за долгие годы вожделения.

— Мы несём ответственность за тех, кого приручили. Ты не попытался разубедить её, просто поиграл с чувствами, а потом оттолкнул.

— Эй, ты на чьей стороне? Милиана не заслужила моего прощения, она погубила много людей ради достижения собственной цели.

— Это была не её цель, умуб с самого начала одержал её и навязал идею, зациклившую её на тебе. Да, он воспользовался её юной наивной неразвитой душой в своих целях. Но, в отличие от тебя, она способна любить, по своему, но она тебя любит, а вот ты, похоже, этим качеством не обладаешь.

— Неправда, я люблю женщин.

— Каким местом ты это делаешь?

— Слушай, ты рассуждаешь, как девчонка. Конечно, я любил каждую из своих постоянных подруг хоть немного, иначе, не страдал бы после расставания.

— Назови мне хоть одну, — Герт-мэй подозрительно сладко улыбнулся. Я открыл рот, чтобы сказать, но память начисто отшибло. Я тупо, как завороженный, провожал глазами перемещающиеся по её телу отверстия и не мог вспомнить никого, кроме Милианы. Её я помню только потому, что мы недавно о ней говорили. Милиану я не любил никогда, ни одной секунды. Мы развлекались, она сама этого хотела, нам было весело и приятно. Но ничего более не припоминалось, чем эта связь, казавшаяся ушедшей в самую отдалённую глубину времени, казалось, что прошло много лет с тех пор и воспоминания стёрлись, полиняв. В прошлом сне я не владел своим телом, а сейчас не могу справиться с инертностью мозгов. Очень тонкой ниточкой из прошлого засочился неуверенный свет. Это чувство: чистое, светлое, открытое, бескорыстное и предельно искреннее, лишенное ревности и собственничества, оно было и живёт во мне до сих пор, иногда шевелясь режущими осколками.

— Аора, — всплыло её давно похороненное имя гулким звуком далёкой боли. Сама Аора, звонким радостным призрачным отголоском прошелестела мимо, но я так и не смог вспомнить её лица. Среди десятков подруг, она одна оказалась реальной, а остальных я даже не вспомнил.

Герт следил за моими мысленными потугами, как будто читал раскрытую книгу:

— Вы с Милианой так похожи! Подумай, ведь вы — идеальная парочка. Она выдумала свой собственный образ по мотивам реального персонажа, влюбилась в него и, даже, написала сценарий развития ваших отношений. А ты мстишь каждой женщине за то, что давным—давно сестричка не ответила взаимностью на твоё первое чувство. Её светлый, так бережно хранимый образ, не идёт ни в какое сравнение с теми, кого ты встречаешь. Ты запомнил и лелеешь идеал, а они — живые и настоящие. С самого начала ты не относился всерьёз ни к одной из них.