Чтение онлайн

Наш татальщик — Старх, одинокий скиталец без будущего. Если мужчина не основал свой Клан и не вступил в Принадлежность в один из матриархальных, его жизнь подобна ветру — ни дома, ни семьи, ни уважения. С моей имА в нашем поместье он задержался надолго, но, у них всё равно нет будущего. Если их застанут, его выгонят, в лучшем случае, а её подвергнут одинокому заточению. На самом деле таковы законы, но их никто не исполняет. Никто, даже я, кровный сын, не имеет права подниматься в личную спальню иАмы в мансардном этаже, иБаб приглашает жен в свои покои, но никогда не приходит сам. Не пойман — не вор, если они не станут целоваться днём на улице при свидетелях, никто ничего не докажет. Я приводил Старха в наш дом, он храбро шел, преодолевая ужас, и выпил отвар инобиуса лишь однажды. Обычно он оставался у нас на пару дней и ночью я выводил его за пределы поместья. Проспав под ближайшими кустами до рассвета, утром он стучал в ворота, охрана его впускала. Все думали, что он фермер и в эти дни живёт на своей плантации.

Старх никогда не спускается на нижний этаж, если я дома, это просто смешно, учитывая тот факт, что именно я его сюда и привёл! Днём я делал вид, что не знаю о его существовании — не стоит привязываться к временному. Свершившееся в тёмное время, не является настоящим, мы никогда не говорили с имА о нём, перед выходными днями он пил тонизирующий напиток на ночь и выходил за ворота поместья, а я, вскоре, находил его там в одном и том же месте и приводил к нам, утром они просыпались в одной постели.

Я не стал умываться, хотя грязь неприятными корками отваливается от кожи, плюхнулся за низенький столик на подушку и уплетаю за обе щеки, радуя урчащий желудок. Женщины замолкли и смотрели на меня: имА с умилением, а Аора морщась, она никогда не могла понять моего зверского аппетита.

Когда я отвалился от стола с довольной улыбкой, имА тихо сказала:

— Аора должна покинуть нас, пока ещё срок не большой всё можно устроить очень быстро.

Аоре, наверное пришлось произносить по сотне слов в минуту, чтобы поведать обо всех подробностях — имА уже в курсе событий.

— Нам нужно найти достойный её ребёнка Клан? — предположил я.

— Мы пойдём сразу к Вершителям Правосудия. — ИмА обласкала материнским взглядом Аору, а я чуть не поперхнулся. Вершители Правосудия — верховный Клан Кслантеналы, самый большой, богатый и могущественный, правящая бессмертная династия, уникальный союз двух лидеров — иБабаТину. Оба лидера могли иметь других жен и мужей и желающих Принадлежать клану было множество, выбирали лучших. Принадлежащие Клану или взрослые дети становились Законодателями и Вершителями Закона.

— Всё очень серьёзно! — Сказала имА, я кивнул, соглашаясь.

— Сегодня же нужно собрать Совет Клана, — я снова кивнул.

Аора с интересом рассматривала свой живот, задрав мамино платье, в которое была одета, уже чистенькая и натёртая маслом туникуса. Она обращала на меня внимание не больше чем на пролетающих насекомых. ИмА рассказала, что с ней произошло, вчера Аора не поняла в чём дело и была ужасно напугана. Я подсел рядом.

— Что ты чувствуешь?

— Ну. она нахмурилась, напрягая мысли — Ничего.

— Как имА догадалась, ведь Свет ещё не видно?

— Она спросила, хочу ли я сейчас свидания…

— Неужели не хочешь? — я засмеялся, вспоминая её агрессивную ярость по любому поводу, если она не встретилась с мужчиной хотя бы пару дней.

Она закатила глаза и высунула язык, демонстрируя тошноту и отвращение к представителям противоположного пола:

— Бэээ… И ещё, мне непонятно радостно! — она подскочила и стала прыгать по комнате, ловя невидимых бабочек.

ИмА в это время возилась около трансфонного выхода, пытаясь наладить связь с Ибабдхамом. Трансфон — коммуникационная сеть, охватывающая всю Кслантеналу, её разветвлённая нервная система с центральным узлом на территории Клана Вершителей. Отсюда можно было транслировать по сети изображения и звук. Правда, изображение доходило позже, чем звук и с большими искажениями. Сеть состоит из сросшихся кристаллов, связанных последовательными цепочками, подобно живой нервной системе, узлы реагируют на раздражение звуком или светом и передают по цепочке, как бы переотражая многократно. В данный момент имА собирается воспользоваться местной звуковой сетью, выращенной только для связи внутри нашего поместья и двух соседних. Для того, чтобы отправить звуковое сообщение, нужно задать адрес, указать последовательность куда именно направить импульс, а именно сколько поворотов и в какую сторону. ИмА развернула свиток со схемами, похожими на карту дорог и начала водить рычагом, указывая направление. Торопясь, ошиблась, сбросила. Снова сказала фразу и начала сначала: направо, вперёд, налево, налево, вперёд, вверх. Это несложный короткий путь, ведь адресат совсем неподалёку. Мы терпеливо дождались, пока она договорилась с иБабом о встрече и удалилась в спальню облачаться в одежду, подобающую для такого визита. Минуты ползли неторопливо, через полчаса — довольно быстро для такого сложного одеяния — она почти скатилась по ступенькам, забыв о достойной походке, приличествующей её положению, и выпорхнула за дверь.

Когда она ушла, спустился Старх, нерешавшийся сделать это в присутствии хозяйки дома. Аору не удивило его присутствие, значит, мы оба с ней знаем (но в эту тайну её посвятила имА, я оставался достойным хранителем), что он здесь. Знает и он, что мы знаем. ИмА тоже знает, что все мы знаем, но обсуждать это не принято.

Аора стала ценностью, которую нужно было охранять и мы оба со Стархом, не сговариваясь, вступили в должность телохранителей. К полудню имА вернулась в сопровождении целой свиты домочадцев. Она вошла одна, делая вид, что не замечает Старха, молча подала нам с Аорой одежду и подождала, пока мы всё натянем на свои влажные от пота тела. Старх тихонько поднялся по лестнице и исчез, едва заметно она улыбнулась ему вслед, но тут же нахмурилась, поймав мой взгляд. Мы вышли из дома, и вся процессия двинулась к Ибабдхаму, окружив нас. Я держу Аору за руку, сильно сжимая пальцы, но она не замечает этого и смотрит куда-то в пустоту сквозь всех и всё. В этом постоянно рассеянном и слегка отчуждённом состоянии было что-то новое, такой я её не знаю. Перемена в её настроении наступила внезапно и тотально, как приближение ночи. Мы вошли в центральный вход, прошли во внутренний двор и прошли гуськом один за другим через мостики озёрной залы в гостиную для семейных собраний. Она располагается на первом этаже того корпуса, второй этаж которого занимает спальня иБаба и его личный кабинет. Две наши младшие сестры со своими мамами и нянями ожидали нас в гостиной, мы расселись на коврах.

Без сомнения, иБаб уже принял решение, а мы были приглашены для оповещения, положенного в таких случаях. Все двери тщательно закрыли после того, как гостиную покинули люди, не являющиеся членами семьи — слишком деликатное дело, для того, чтобы об этом знали посторонние. Я посчитал женщин, оставшихся в гостиной: у иБаба одиннадцать жен. Странно, несмотря на то, что иБа (отец) проводит со мной много времени и ни в чём не отказывает, как и положено поступать с единственным сыном, он чужой мне. Если к моменту его перехода в Тёмный мир не окажется ещё одного совершеннолетнего женатого сына, я унаследую Клан со всем имуществом, буду обязан содержать до их естественной кончины, моих имА — его жен. Если бы я не был потенциальным лидером, Клан могла унаследовать одна из дочерей с лидерскими качествами.

ИБаб поднял руку, призывая к тишине и начал своё Слово.

— Приветствую вас, мои любимые. Хочу сообщить вам радостную новость: наша старшая дочь стала Несущей. — он мог бы это и не говорить, сплетни распространяются со скоростью летучих рыб и все, включая прислугу и соседей, об этом знают, некоторые завидуют. Но обсуждать такие события вслух не принято.

Аора уставилась в пустоту, безучастная к происходящему. Это так не похоже на неё, моя сестра стала бы сейчас кричать, что это никого не касается, и вообще не стоит пялиться так… Она единственная, кто мог позволить себе возражения в присутствии иБаба, только ей он прощал подобные вольности. Возможно, она в самом деле была его кровной дочерью?

Глава семейства сделал паузу и украдкой посмотрел на свою любимицу. Не дождавшись выкриков со стороны Аоры, как это всегда бывало, немного удивлённый иБаб продолжил:

— Мы все рады разделить это счастье с нею и, как будущий саиБа (отец во втором поколении, то есть, дедушка) — Произнося последнее слово, он приосанился. — Я хочу, чтобы судьба нашего внука, зачатого от недостойного мужчины, сложилась наилучшим образом.

Все почему-то посмотрели на меня и быстро отвели взгляды. Конечно, нас с Аорой постоянно видят вместе, а связь с Сонком она виртуозно скрывала. Некоторые женщины посмотрели на меня с особенным интересом. Так итанки присматривают свои жертвы.

В День Совершеннолетия мне было положено лишиться девственности, если я ещё оставался таковым. Я мог выбрать одну из жен иБаба, кроме своей имА, разумеется, как старшая и опытная, она посвятила бы меня в таинства страсти. Пару дней назад иБа спросил меня об этом, но я ответил, что уже не девственник. Соврал по настоятельной, почти истерической просьбе Аоры, чтобы не портить легенду о нас с ней, так удачно скрывающую незаконный роман. Никто не сомневается, что наша детская дружба переросла во взаимную страсть, но официально являясь близкими родственниками (кто же сомневается в том, что у нас один отец?), мы не можем основать свой Клан.