Чтение онлайн

– Самый удобный момент, - буркнул он спутнику.

Однако Келланвед не ответил. Пятна тьмы замелькали в глазах Танцора, или, скорее, полосы движущихся теней - он видел лишь мутный сумрак, словно нырнул под воду в полночь.

Оглушительный, полный злости и разочарования рев заставил его задрожать... он ударился о грубую землю и покатился, поднимая пыль.

Вскочил, держа клинки наготове. Однако они были в одиночестве. Келланвед ссутулился, сидя рядом, внимательно осматривая ноги. В нескольких лигах был различим край леса - похоже, это и была их цель.

– Бежим, - сказал Танцор.

Маг указал на жалкие остатки обуви.
– Ну, башмачник поистине заслужил мой упрек!

– Брось их и беги!

– Не могу!

Утробный рык донесся издалека, но быстро приближаясь.

Танцор рывком поднял его на ноги. Келланвед неловко побежал, подскакивая, размахивая рваными башмаками.

Танцор искал на бегу дорогу или иной вход в густой лес, но ничего не видел, так что направился к ближайшим деревьям, ломая сухие сучья кустов; ноги проваливались в толстый слой гнилых листьев и травы. Лишь пробравшись довольно далеко, он остановил Келланведа и встал сам, слушая. Звериный рев еще раздавался, но странно далекий и приглушенный.

Треск сучьев наверху заставил его схватить метательные ножи. То была черная летучая тварь, прыгавшая среди ветвей.
– Видите!
– крикнула она с торжеством.

– Они не идут за нами, - заметил Келланвед, морщась от боли в босых ногах.
– Почему же?

Летучая тварь склонила голову набок. Черные бусины глаз озирали округу.
– Ну, э... им запрещено! Да! Запрещено входить в лес!

– Почему?

Коро раздраженно прыгал с ноги на ногу.
– Потому! Потому что Дом... да! Дом близко!

Танцор всматривался в запутанные корни леса.
– Насколько близко?

– Близко!
– Существо взлетело, крича: - Сюда!

Келланвед осторожно щупал стопой податливую почву.
– Может, ты...

– Вряд ли, - сердито сказал Танцор, решив идти за зверем.

– Всего лишь на краткое время...

– Нет.

– До этого Дома.

– Нет.

– От тебя никакой пользы, - пробурчал маг.

– Не я купил дешевые башмаки.

Келланвед взвился: - Они обошлись недешево, уверяю...

– Тем более...

– Вы двое, не заткнетесь ли?
– раздался голос сверху. Танцор и Келланвед одновременно вскинули голову, моргая. Коро сидел, мотая головой с острым как нож клювом.
– Я пытаюсь услышать...

Танцор промолчал, тоже вслушиваясь.

– Что именно?
– сказал Келланвед. Танцор сверкнул на него глазами.

На конце мембранозных крыльев Коро были кисти с коготками; он поднес палец к клюву, просипев: - Шшш!

Танцор вслушивался, но вокруг был лишь неумолчный треск древесных стволов на ветру. Келланвед прокашлялся.
– Ага, что-то...

– Тихо.

– Что-то схватило...

Танцор обернулся к нему.
– Можешь помолчать?!

Маг показал на ноги, глубоко утонувшие в прелых листьях.
– Что-то держит меня за ногу.

Танцор выругался, схватился было за клинок, но понял, что это невозможно: лоза обвила его руку!
– Что, ради всего...

Келланвед резко упал на колени. Он не казался перепуганным, скорее удивленным.
– Ну, это до грусти знакомо, - заметил маг.

Танцор не смог вытащить нож и второй рукой, тоже захваченной лозами. Его мощно тянули к ближайшему дереву.

Тварь сверху зашлась грубым смехом.
– Настала пора услышать ваши панические вопли! Ха, ха!

– Ты паникуешь?
– спросил Танцор Келланведа.

Маг швырнул в зверя тростью, но далеко промазал.
– Еще нет.

Тварь прыгала по верхним сучьям.
– Страх придет! Уверяю вас! Едва вы обнаружите себя в... ай!

Летучая тварь сверзилась с ветки головой вниз, замоталась - лапа была схвачена лозой.
– Помогите! Он взял меня! Что вы наделали! Дураки!

Коро бешено махал крыльями, дергаясь; лоза с треском порвалась и зверь по инерции отлетел к ближайшему стволу, потом к другому.
– Вы будете вопить!
– каркал он, отдаляясь.
– Увидев! Вечную гробницу! Поглощенные навсегда! Соединившись с Тенью! Ха, ха!

Танцор проследил за ним и взглянул на Келланведа.
– Ну? Что теперь?

Маг постукивал пальцами свободной руки по подбородку, глаза сузились.
– Неужели так просто?
– подумал он вслух.

Толстые ветви дерева сжимали грудь Танцора.
– О чем бы ты ни думал, пора поспешить.

Лоза притянула руку, Келланвед провалился по пояс.
– Идея, - объяснил он.
– Все это время я пытался взломать Тень. Возможно, это было ошибкой. Возможно, мне нужно войти в нее. Стать одним целым, как сказало то существо. Может, в этом и тайна?

Танцор не отвечал, едва дыша под внешним давлением, в хватке сучьев. Он лишь мотнул головой, сожалея, что не может даже обругать помпезного глупца.

Маг кивнул в ответ, проваливаясь в гниль по грудь.
– Отлично. Я попробую... хотя будет трудно в таком отдалении от Малаза...

Танцор изобразил сжатыми губами улыбку одобрения, более походившую на предсмертную гримасу.

– Итак... вот и я, - сказал маг, и голова его исчезла под дымящейся прелью.

В глаза темнело. Танцор сквозь путаницу сучьев искал оловянное небо. "Да... хотя бы такое...." Ветви становились все туже, круша грудную клетку, дыхание вырвалось, он старался вдохнуть, еще и еще, пока не снизошло темное ничто.

***

В день казни Тайскренн надел чистую льняную рубаху и брюки. Голову и щеки покрывала щетина; он был лишен полированного зеркала из бронзы или серебра, но понимал, что стал худым и жалким на вид, как любой, обреченный неделями думать о неминуемой смерти. К тому же каждый день ему подливали яд в порцию воды.

В назначенный день двое Клыков Д'рек появились у камеры. Открыв толстую деревянную дверь, они, кажется, удивились, видя его внутри и живым. В прошлом многие приговоренные предпочли забрать свою жизнь, нежели встретиться с ужасами расправы. Именно потому жречество и позволило ему сидеть так долго, потому и омрачало его рассудок ядом.

Именно потому он отверг молчаливое предложение. Никакого скрытого исчезновения, после коего о нем забудут. Нет, он выйдет на публику и сделает все, чтобы отхлестать их по лицам.

Итак, он оторвался от медитации, встал, одетый в новое и чистое. Спокойно и неторопливо вышел наружу.

Однако кое-что мешало ему ощущать покой. Из камеры было видно, что сейчас разгар ночи. Он шел по пустым залам, в душе рождалось подозрение: его постановили бросить в Яму без объявления, без зрителей.