Чтение онлайн

Я удивилась. Александр Михайлович только что вспомнил Гену, талантливого айтишника, вежливого человека, готового до бесконечности объяснять неофитам, как пользоваться дарами научно-технического прогресса. Почему Дегтярев не пошел со своими проблемами к Геннадию, а позвонил мне? Да, я освоила сенсорный телефон, общаюсь по скайпу со своими родными, живущими в Париже, отправляю и получаю емайлы, но это все. Меня нельзя назвать продвинутым пользователем, я овладела всего парой-тройкой операций.

– Я прекрасно жил до сих пор в своей неандертальской пещере, нельзя меня насильно осчастливить, – злился приятель. – И, как назло, Генка в отпуск ушел. Вместо него временно прислали детсадовку какую-то. Выглядит девчонка моложе Маши на тринадцать лет, причесана отвратительно. По-моему, она голову никогда не моет. Сидит у компьютеров, все время кофе хлещет, печенье ест и умничает. Спросил у нее: «Вы умеете пользоваться таким телефоном, где пальцем по экрану водить надо?» Она на меня поверх своих очков взглянула, скорчила рожу: «Прикалываетесь, да? Скорей уж я заторможу при виде ископаемого со шнуром, который у вас в кабинете на столе громоздится. Правду говорят, что он из цельного куска камня вытесан и вам его лично изобретатель Эдисон подарил?» Нет, какова нахалка! Не понимает, что с начальником отдела разговаривает, или просто идиотка? Похоже, безобразница хорошая пара нашему новому боссу – тот птеродактилей упоминает, и Генкина замена об ископаемых речь завела. Правда, она работает отлично, претензий по службе к ней нет.

Ну, теперь мне стало ясно, почему полковник не получил консультацию у специалиста, а обратился ко мне. Геннадий отдыхает, временно же сидящая в его протертом кресле девочка слишком молода, ей любой человек старше двадцати пяти кажется египетской мумией. Охотно верю, что Дегтярев для нее – представитель каменного века. Она не шутила по поводу Томаса Эдисона, который, кстати, умер в тысяча девятьсот тридцать первом году и теоретически мог преподнести телефон в подарок родителям Александра Михайловича.

– Так что теперь у нас новая мода, – продолжал кипеть Дегтярев, – большой босс с экрана руководить рабочим процессом будет. Мне он перед обедом СМС написал: «Где отчет по делу Спиридонова? Сообщите, где вы?» И сникерс поставил, с ухмылкой.

– Смайлик, – поправила я.

– Я сообщил ему в ответ: «Отчет давно вам сдан. Пошел в столовую». И, чтобы этот прогрессивный больше меня птеродактилем не называл, тоже припечатал рожу. Вернее, поставил ее вместо слова «столовая». Вот ведь кретин! Вместо того чтобы на собственном столе порыться и найти папку с бумагами, которая третий день перед его носом пылится, он сникерсы рассылает!

– Смайлики, – вздохнула я.

– Замолчи, – приказал приятель. – И объясни, почему шеф меня грубияном обозвал? Мы с ним почти не общались.

Так мне молчать или говорить? Дегтярев, похоже, здорово разозлился.

– Кстати, ты получила мои сообщения? Теперь я тоже сникерсами обзавелся, – продолжал полковник.

Я вспомнила полученную от него картинку-какашку, захихикала и вдруг сообразила: Александр Михайлович пока не очень разобрался в смешных изображениях. Вдруг он послал начальнику нечто неподобающее?

– Эй, ты здесь? – окликнул меня Дегтярев. – Отзовись!

– Можешь переслать мне эсэмэску, которую отправил Николаю? – попросила я.

– Ты заснула? – взвился Александр Михайлович. – Я сто раз повторил: «Отчет давно вам сдан. Пошел в столовую».

– Помню текст, но хочу на него посмотреть.

– Зачем?

Я сгребла в кучу остатки терпения.

– Считай это капризом блондинки. Сможешь перебросить текст? Сейчас объясню, как это сделать.

– Давай, – прокряхтел полковник. – А то мы, птеродактили, мумии египетские, до сих пор топором бреемся.

Минут через десять, получив штук пять пустых сообщений, я наконец узрела последнее и опешила. Дегтярев действительно набил: «отчт двно вам сдан. Пошел в…» Вместо слова «столовая» красовалось изображение круглой попы с небольшими ушами.

Оценив по достоинству увиденное, я осторожно осведомилась:

– Где ты взял прикольный значок? И почему решил, что он обозначает столовую?

У Дегтярева сегодня было на редкость плохое настроение, он возмутился:

– Ну почему тебе все приходится разжевывать? Девушка в магазине запихнула в мой телефон сусликов. Правда, я не понял, где она их взяла, но это неважно. Отдал ей тридцать рублей и ушел.

Я подавила вздох. Наметился некий прогресс: Александр Михайлович перестал называть смайлики сникерсами, теперь именует их сусликами. Полковник напомнил мне сейчас Илону, та, помнится, путала фарс с фаршем и вместо глагола «третировать» употребляла «телепортировать».

– Давай мыслить логически, – бубнил приятель. – Столовая – это еда, так?

– Угу, – подтвердила я. – Есть картинки, изображающие тарелку с супом, котлету, рыбу, пирожное. Почему ты выбрал… э… мадам Сижу?

– Нет там никаких мадамов, – прошипел полковник, – и мяса с кастрюлями в сусликах я не обнаружил, зато нашел абрикос. Но это ведь тоже харч. По-моему, совершенно ясно. А вот присланная тобой фуражка летчика глупость.

Я подавила смешок.

– Так это фрукт?

– Да, черт возьми! – заорал полковник.

– Нет, милый, – простонала я, – ты послал своему шефу… Как бы поприличнее выразиться? Самую объемную мышцу человеческого тела, причем снабженную органами слуха.

В телефоне повисло зловещее молчание. Затем Дегтярев неуверенно произнес:

– Ерунда.

– Изучи смайлик, – потребовала я. – Что у него по бокам?

– Сейчас, – буркнул приятель и отсоединился. Но через минуту позвонил снова и забормотал: – Наверное… э… э… э… ну… пельмени. Я в Италии их ел, с тыквой и кабачками. Вероятно, с абрикосами их тоже делают.

– Нет, я вижу маленькие уши, – не согласилась я. – Согласна, попа по форме слегка смахивает на абрикос, но от этого никому лучше не стало. Твое сообщение, если принять во внимание смайлик с пятой точкой, выглядит неприлично: «Отчет давно вам сдан. Пошел в…» А теперь сам заверши последнюю фразу, учитывая, что перед глазами, пардон, задница. И, раз уж у нас зашел разговор о прикольных смайликах, то я недавно получила от тебя какашку.

– Врешь! – по-детски отреагировал полковник. – Я отправлял конфету, смешную такую, с выпученными глазами.

– Думаю, надо удалить из твоего телефона программу с излишне веселыми значками и закачать более традиционную, например рожицы, – посоветовала я. – Пойди к Николаю и честно объясни: «Пару часов назад я научился отправлять эсэмэски, еще не разобрался во всех тонкостях, не хотел вас обидеть». Расскажи начальнику правду.

– Чтобы он потом надо мной издевался? – заорал полковник. – Я никогда не ошибаюсь! Не дурак, как некоторые! Там абрикос, тебе пришла конфета, закончен разговор!

Из трубки понеслись короткие гудки.