Чтение онлайн

— Вы как на месяц собрались! — смеётся, — Марин!

— Ну, знаете ли? — задираю я нос, — С ребёнком всегда так. Вот если б одна, то мне бы хватило пакетика.

— Ничего, я шучу! — продолжает Руслан. Открывает мне дверь, — Прошу!

Я улыбаюсь, сажусь на переднее сидение. Слышу, как сзади Алиса знакомит Катюшу с Пирожком. Им там хорошо, им там весело. Ну, а мне предстоит провести ближайшие сорок минут рядом с Уваровым. И от этого волосы дыбом встают на руках.

Прячу ладони под бёдрами.

— Пристегнитесь, Марин! — советует он.

— Вы лихач? — уточняю.

— Нет, что вы! — роняет он, глядя назад, — Мы везём ценный груз. Так что… Просто, стараюсь соблюдать правила безопасности.

— Вот это похвально, — я натягиваю ремень на себя. Вот только вставить его не могу. Мне мешает заглушка.

Уваров, взяв его правой рукой, и нажав на рычаг, подвигает сидение ближе:

— Вы маленькая женщина, здесь обычно сидел мой приятель, Альберт.

От близости рук и от запаха терпкого одеколона, меня бросает в жар так резко, что на лбу выступает испарина.

— Я… помню Альберта, — шепчу, «спотыкаясь», — Это… ваш друг?

Он обычно привозит Алису и забирает её. Мы с ним несколько раз пересекались на школьной парковке. Тот, кажется, даже пытался со мной флиртовать…

— Ну, да, — смотрит пристально, — Говорю же, приятель.

Настроение Руслана всегда переменчиво. И я не могу предсказать то, каким оно будет в следующую секунду. Расстроится он, или замкнётся в себе? Станет вдруг весел, или болтлив. Впрочем, последнее он пока демонстрировал мне лишь по аудиосвязи. А вот так, персонально, нос к носу…

«О, господи», — думаю я. Вынуждая свой пульс прекратить так истошно стучать. Будь я одна в его тёмной машине, это был бы достаточно веский мотив для волнения. А так… Сзади дети! Собака, опять же. Укусит его, если что.

Я смотрю на Пирожка, который на данный момент играется с бантиком.

«Да, уж», — смеюсь про себя. Уж если он что и укусит, так это свой хвост.

Часть пути едем молча. Рашидович слушает радио, новости бизнеса. Я утыкаюсь в смартфон.

— Марин, если холодно, вы говорите, — бросает, убавив звук.

— Всё в порядке, — киваю.

Он рулит уверенно, мягко. Лениво, я б даже сказала. Параллельно успевает проверить уведомления на своём телефоне, нажимает какие-то кнопочки на приборной доске. Как пилот, капитан сухопутного судна.

Он сегодня оделся свободно. Впервые я вижу Руслана в спортивных штанах и футболке. Та не в облипку, но всё же фактура видна. Не фактура футболки. Уварова…

— Эй, детвора! Вам не холодно? Что замолчали? — бросает взгляд в зеркало заднего вида.

Я оборачиваюсь к девчонкам. Катюша гладит Пирожка, который прикорнул на сидении между ними. Алиса что-то активно печатает. Но, поймав взгляд отца, прекращает сию же секунду.

Я понимаю, кому она пишет. И вижу взгляд папы. Спасаю ситуацию:

— Может, споём?

— Споём? — удивляются девочки.

— Да! — подтверждаю.

— А что? — вопрошает Алиса.

— Катюш, помнишь песенку? — смотрю я на внучку, — Тра-та-та! Тра-та-та! Мы везём с собой кота!

— Чивыка, собаку! Петьку забиваку! — подхватывает она знакомый мотив, чуть подпрыгивая на сидении от радости.

— Обезьяну, попугая! Вот компания, какая! Вот! Компания, какая! — поём уже все вместе. Включая меня и Руслана.

Тот улыбается, смотрит на нас. На меня…

— Мы едем, едем, едем, в далёкие края! — продолжаю я петь.

И девчонки мне вторят. Мы снова, уже даже чуть более весло и задорно, повторяем припев.

Я смеюсь:

— Интересно, кто же я из этого перечня? Обезьяна, наверное?

Руслан тоже смеётся, его хриплый голос совершенно не вяжется с этой детской песенкой. Но тем ощутимее этот контраст…

— Тогда я — попугай! — произносит с улыбкой.

— Скорее сизый ворон, — я напряжённо держу в себе смех.

— Марин, — усмехается он, — Ну, когда уже вы перестанете вспоминать эту шутку?

— Ну и шуточки у вас, Руслан Рашидович! — притворно журю я его.

Он глядит на меня таким странным взглядом. В нём содержится тайна. Вопрос.

— А у вас, Марина Дмитриевна, просто потрясающее чувство юмора, — добавляет он с еле заметной издёвкой.

Я замечаю, что с этого ракурса тень на лице так незримо меняет акценты. Изъянов не видно. Он очень красив! И мне кажется, я вижу сходство с Алисой.

— Бабуська! Бабуська! А почему Пиёзёк не пьистёгнут? — подаёт голос Катя.

Мы её пристегнули к сидению сзади. Детского креслица нет. Но подушка его заменила. Алиса тоже пристегнулась, хотя и не хотела. Но тогда Катя бы точно устроила шум!

— Потому, что он пёсик, а пёсикам не обязательно ездить пристёгнутыми, — пытаюсь я объяснить.

Руслан улыбается:

— Внучка очень похожа на вас, Марин!

— Да, это все замечают, — киваю.

Ещё один взгляд его тёмных пронзительных глаз на меня… И нутро так внезапно сжимается! Что это? Кажется, знаю! Такое, давно позабытое чувство. Как будто я снова девчонка. Мне двадцать. И бабочки в моём животе вот-вот совершат свой волнующий, первый полёт.

В «Соловушках» мы оказываемся в намеченный час. Въезжаем внутрь и паркуемся. Я выгружаю девчонок, веду их вперёд, весь нагруженный сумками. Вечерок выдался чудный! Как раз для знакомства с природой. Тишина, благодать. Комары разве что. Но Марина озаботилась этим, запаслась фумигаторами, браслетами и спреями разными.

Впереди вижу домик Эльдара. Он у самого озера. Наш — ближний к ним. Так что, будем соседствовать.

— О! А вот и гости дорогие! — раскрывает объятия старый приятель.

Я ставлю сумки на травку, мы пожимаем друг другу руки и бьём по плечам. Мужской жест. Давненько не виделись так, за пределами города.

Позади вижу стол и беседку. В ней Настя. С ней мы уже знакомы. В последний раз виделись аккурат на их свадьбе. Когда Эльдар отмечал её здесь же. Правда, людей было много тогда, а сейчас — красота. Никого, кроме нас.

Нет, гости, конечно, имеются! Но все как-то тихо ведут себя, по-домашнему. В воздухе витает запах готового шашлыка. Неподалёку звучит детский смех. Приглушённая музыка вовсе не портит шум леса. Ну, разве это не рай?