Привкус обреченности
Шрифт:
Собралась уходить? Ну уж нет!
– Это он предатель!
– крикнула я, нагнав её у двери.
– Я ничего не сделала, даже словом ему не перечила, а он...он выгнал меня. Оскорбил и выгнал, слышите?! И после этого вы приходите ко мне домой и заявляете, что я предала его? Да как...
Я не договорила. Не было сил, слишком сложно говорить о чувствах. Стоя в коридоре, я смотрела на его мать. Она вдруг резко переменилась в лице, покраснела, на её глазах появилась влага. Слёзы. Она плачет?
– Выгнал? Так он ничего не сказал тебе, да?
– Не сказал мне чего? Почему вы постоянно говорите со мной загадками, как с маленьким ребёнком, - возмущалась я.
– Чего он мне не сказал?
– Не сказал. Дурак, - шёпотом произнесла женщина и подошла ко мне впритык.
– Он болен, ты знала об этом?
Так вот в чём проблема! Он болен! Но я знала об этом давно, с самого начала. Неужели это и есть та самая ужасная тайна? Мне стало страшно, руки вспотели.
– Да, я знала об этом. Я знала, что он болен. Знала с самого начала.
– И ты знаешь, чем он болен, - не унималась женщина.
Я покачала головой. Нет, я не знала. Я не считала и не считаю это необходимым.
– В этом твоя проблема. Ты не знаешь правды.
– Так откройте мне её, скажите мне правду, - попросила я тихо.
– А ты хочешь её знать?
Хочу ли я знать правду. Нет, то есть, да...Не знаю наверное хочу. В конце концов, когда-нибудь всё равно придётся узнать эту самую правду, да? Так чего же тогда тянуть?
– Хочу, - кивнула я и уставилась в пол.
Тишина. Женщина молчала. Кажется, то, что она собирается сказать мне, для неё самой является настолько страшным, настолько ужасным, что она не может произнести это вслух. Ведь сказать кому-то, означает признать правдивость озвученного. Мне стало стыдно. С чего бы это? Чего мне стыдиться?
– Может, я приду к вам домой и Егор сам мне всё объяснит?
– предложила я.
– Его сегодня нет дома.
– А завтра?
– Его не будет и завтра, - грустно произнесла она.
– И послезавтра.
– Что? Почему?
– удивилась я искренне.
– Он болен. После твоего последнего посещения у него случился приступ. Очень сильный приступ, - её голос был бесстрастным.
– Пришлось вызвать скорую. Его увезли в больницу.
– Что? Сейчас всё уже хорошо?
– Всё не было и не будет хорошо. У него рак, вот чем он болеет. Это его тайна.
– Рак?!
– у меня внутри будто что-то оборвалось. Сердце?
– Да. Рак поджелудочной железы.
Рак. Рак поджелудочной железы. Насколько это страшно? Когда он поправиться? Почему он не сказал мне? Вопросы, вопросы, вопросы...Голова закружилась. Я должна что-то спросить? Что-то, что можно предположить логически. Но что? Чёрт, почему всё смешалось? Я ничего не понимаю, ничего! Рак! Он...
– Ему будут делать операцию, да? Когда?
– наконец, нашлась я.
– Уже делали. К сожалению, всю опухоль сразу не удалось удалить. У него рецидив. Уже пошли метастазы.
– Метастазы?
– Приступы. Приступы боли, - пояснила его мать.
– Я говорила о них, помнишь?
Нет, не верю! Ушам своим не верю! Не может быть...
– Но ведь можно провести вторую операцию, - неуверенно, дрожащим голосом предположила я.
Больше я не могла сдерживать себя. Я заплакала, впадая в истерику. Меня накрыло, как тогда не крыше, когда Егор...Мои руки дрожали, ноги стали ватными, желудок, казалось, выворачивало наизнанку, а в голове:
– Нет, - женщина покачала головой.
– Нельзя.
'Нет! Нет! Нет!'
– Сколько? Сколько у него времени?
– ошалело, спрашиваю я.
– Месяц, может полтора-два. Не больше
Два месяца. Боже, как же это мало!
– Простите, я...мне...
Посмотрев на меня ещё раз, женщина ушла. Я так ей за это благодарна! Мне необходимо побыть в одиночестве, всё обдумать и...Егор. Как же это? Нет, я не могу его потерять. Не могу, не хочу.
Нет, нет, нет...
Глава 6 "ПРОЩЕНО"
От имени Эсфир
Ты прекратил борьбу, ты оставил меня позади.
Всё, что сделано - прощено.
Ты всегда будешь со мной, я знаю, в глубине души.
Всё, что сделано - прощено.
перевод Within Temptation "Forgiven"
Утро.
Утро нового дня. Каким будет этот новый день? Чего мне ждать?
Я потянулась, стараясь вернуть себе хоть частичку обычной утренней бодрости. Никакого толку. Всё тело ломит, голова раскалывается. Практически всю ночь я не спала. Сначала плакала, а потом, осознав что слезами горю не поможешь, думала глядя в потолок. Я думала о том, что могу сделать для него, как могу помочь, но ничего не придумала. Ровным счётом ничего. А что я могла?
Единственное, что в моих силах - быть рядом с ним. Но как? Я знаю, что он не терпит жалости к себе, а я...Как я могу быть рядом с ним, притворяясь, что мне безразлично его состояние, что мне плевать на его боль? Такое даже в голове с трудом укладывается.
Спустив ноги на пол, я ощутила прикосновение мягкого ворса и зарылась в него пальцами ног. Так хотелось тепла, доброты, понимания. Но не от кого ждать их, а так жаль. Я предоставлена сама себе, а значит, и жалеть себя тоже должна сама. Но я не буду, не хочу. Так, мама Егора говорила, что его забрали в больницу после приступа. Значит, если раскинуть собственными мозгами и логически подумать, он до сих пор там. Наверное...
Нет, никаких 'наверное'! Егор либо в больнице, либо у себя дома. Третьего, к счастью, не дано. А где именно - узнаю чуть попозже. Так, с этим разобрались, пора идти дальше. А дальше - самое страшное: что я знаю о болезни Егора? Ответ прост и по-детски наивен - ничего. И что мне сейчас нужно сделать? Правильно - узнать побольше, чтобы хотя бы знать, с чем имею дело. Было бы прекрасно спросить у кого-нибудь, но с этим у меня как-то не особо сложилось. Ладно, придётся мне, как всегда, всё узнать самой. И кто же мне в этом поможет?