Чтение онлайн

— Знаем уже, какой ты «новичок». Давай, не выпендривайся, покажи класс. Если есть что показать. А если есть класс — то и поучиться не грех, даже мастеру, — хохотнул Ивко.

В углу напротив медленно топтался соперник Максима — довольно рослый мальчишка, на голову выше его ростом. И, судя по всему, старше года на полтора.

— Твоему сопернику 13 уже, второй юношеский, два года занимается в «Авангарде». Уже опытный — у него шесть боев и все победы. Так что «сделать» его надо красиво, я нашим… Василенко мотнул в сторону судейского столика, — порассказал про тебя, правда, не все поверили, вот, хотят посмотреть. Так что, давай, технично, красиво, убедительно. Готов?

Макс кивнул, медленно наливаясь решимостью. Как назло, не было куража, какой-то груз ответственности появился и давил, давил, не давая свободно себя почувствовать.

Вышли на середину. Судья проговорил скороговоркой обязательные правила, соперник протянул ему руки для пожатия, внимательно смотря Максу в глаза. Макс тоже посмотрел в глаза этому мальчику, который сейчас не понимал, что драться ему придется с взрослым мужиком.

«Вот! Вот что меня тревожит! Этот мальчишка ведь думает, что я — пацаненок, что он меня сейчас уделает. А я его боюсь задеть серьезно, вот она — проблема!»

Зверь наконец вздохнул свободно. Причина его напряженного состояния найдена — жалость! И от этого никуда не деться — мальчишка в противоположном углу ринга не виноват, что у него такой соперник. Поэтому нельзя его ронять! Сейчас его «посадить» — нанести травму. Психологическую травму. Любой нокдаун потом аукнется. Хорошо, если пацан волевой, а если нет? Вдруг он — потенциальный чемпион? Да и вообще — какое право он, Максим Зверев, пришелец из чертового будущего, имеет ломать сейчас этого ни в чем не виноватого юного боксера?

«Все, решение принято! Будем работать аккуратно, технически, красиво», — успел подумать Макс перед тем, как прозвучал удар гонга.

Первый раунд.

Как и ожидал опытный Зверь, его соперник сразу пошел на сокращение дистанции. В принципе, грамотно — он выше, сильнее, взрослее, сейчас он загонит хлюпика в угол и там начнет его обрабатывать джебами. А потом сильным боковым пошлет на настил ринга.

Именно так все и началось. Вернее, соперник так начал. Но Макс в угол не пошел. Он стал сразу качать маятник, оставаясь на средней дистанции, легко уклоняясь от довольно размашистых ударов своего оппонента. Причем, длинные прямые он пропускал практически впритирку к своей голове, немного уводя корпус в сторону, но, к удивлению и судей, и зрителей, не бил в ответ, а только отскакивал немного в сторону и снова притирался почти вплотную к своему визави. Тот поначалу ничего не понял и, пыхтя от напряжения, все еще пытался достать своего верткого соперника. Он бил прямые, боковые, и даже пытался пару раз достать Макса апперкотом снизу, хотя при такой разнице в росте снизу удобнее было бить именно Зверю. Но все удары попадали в пустоту, только сотрясая воздух.

Василенко спокойно улыбался, пару раз обернувшись к судейскому столику и кому-то там подмигнул. Там началось какое-то бормотание. Ропот прошел и по залу.

Макс, краем глаза увидев в зале какое-то волнение, решил шоу усилить. И практически совсем опустил вниз руки, затанцевав перед своим соперником. Ему стало вдруг удивительно легко и свободно, как во время тренировки. Причем, тренировки с собственной дочерью, которую он с детства учил защищаться и наносить удары. Правда, девчонка у него была еще та оторва, так что несколько раз папу на пол она таки роняла.

Вовремя вспомнив о том, что уронить можно любого, Зверь, который утратил чувство осторожности, с трудом ушел от сильного «свинга», который просвистел буквально в сантиметре от его носа. Такие удары в боксе перестали применять еще в 90-х, он остался в арсенале смешанных единоборств, где после такого длинного удара на выпаде многие сразу переходили к бросковой технике. А вот из арсенала бокса он практически исчез. Но на дворе 1976 год, пока что «свинг» применяется очень часто, надо держать ухо востро.

Макс, уйдя от сильного удара, уклонившись вправо, «провалил» соперника и тот едва не грохнулся, с трудом удержав равновесие.

«А это идея. Пусть падает, мальчик, я его даже валить не буду. Ничего, если с характером — на пользу пойдет. Пару раз стукну для профилактики, чтобы очки мне засчитали и хватит», — подумал Макс.

Но тут прозвучал свисток. Рефери жестом подозвал боксеров.

— Что за цирк? Мальчик, ты собираешься боксировать или будешь здесь танцевать? Я тебя сейчас дисквалифицирую за уклонение от боя! — рефери зло смотрел на Макса.

Тот не стал с ним спорить, просто кивнул. Рефери снова свистнул, показывая, что нужно продолжать бой.

Соперник снова ринулся к Максу, но тот, немного уклонившись в сторону, пропустил правый прямой и тут же молниеносно вернувшись на линию атаки, встретил его серией прямых по корпусу. И хотя бил он очень легко, вполсилы, мальчишка как будто налетел на телеграфный столб — замер на месте, инстинктивно подняв руки, защищая голову. Но в голову удара не последовало. Хотя для завершения серии последним должен был стать именно правый боковой в челюсть.

Но тут прозвучал гонг.

— Перемудрил ты немного, — махая полотенцем, прокричал ему тренер.

Приходилось кричать, потому что после гонга зал как будто взорвался. Все кричали так, что можно было подумать — идет футбольный матч. Удивительно, но во время боя Максима все молчали — уж очень необычным был бой. Такого здесь никогда не видели — боксер только уклонялся от ударов, но не бил в ответ. Последние несколько ударов Зверя были единственными, которые достигли цели. И единственными его ударами, которые он нанес за весь раунд.

— Я понимаю, что ты его пожалел. Жалость унижает! Ну, не роняй его, не бей жестко, но кто мешает тебе наносить щадящие удары? Судьи же должны что-то считать. Что это за бокс без ударов? Это как футбол без мяча — легкая атлетика получается. Тебя же могут дисквалифицировать!

— Ага. Рефери уже грозил, — улыбнулся Зверь.

— Вот видишь. Так что давай, не выпендривайся, поработай на количество ударов, не гаси его, просто не давай ударить и бей все время сам. Тогда по очкам тебе отдадут победу. Специалисты и так видят, что у тебя класс намного выше, но правила есть правила — за беготню по рингу победу не присуждают, — Василенко обтер лицо своего подопечного и хлопнул его по плечу.

— Макс, защиту и маятник ты классно делаешь, теперь покажи атаку, — прокричал ему Юрка Ивко.

— Счас все будет! — с этими словами Макс встал со стула, который Ивко тут же убрал за ринг, и пошел в центр.

— Значит так, никакой клоунады, вести бой по правилам, за пассивное ведение боя остановлю встречу, понятно? — рефери внимательно посмотрел на Макса.

Тот кивнул, ударил соперника по перчаткам и отошел к своему углу. Посмотрел на тренера. К тому подошел какой-то мужик, немного старше самого Василенко.