Чтение онлайн

— Если ты будешь делать это каждый день, боль уменьшится.

— Кто сказал, что я хочу, чтобы она уменьшилась? — его вопросительное заявление немного выбивает меня из колеи.

— Никто не хочет страдать от боли, — ответила я очевидным образом.

— Я хочу.

Он едва слышно прошептал, и я знала, что это не предназначалось для моих ушей. Это вина выжившего? Я увидела в нем много проблем с профессиональной точки зрения, но я не думала, что рассматривать этот аспект здесь правильно. Итак, я отключила свои медицинские познания и просто осталась… собой.

— Ты думаешь, что хочешь, но на самом деле это не так, — осторожно бросила я вызов.

Он резко и саркастично фыркнул через нос.

— И ты так хорошо меня знаешь после десяти минут знакомства.

— Ну, прошло немного больше времени, — легкомысленно отмахнулась я, игнорируя его ответный хмурый взгляд. — Но да, мне кажется, я начинаю узнавать тебя получше.

Я накрутила прядь волос на палец.

— Не копай слишком глубоко. Тебе не понравится то, что ты найдешь, — затем, после паузы, он язвительно добавил: — Или копай поглубже. Так ты быстрее выйдешь на свободу.

— Как мило с твоей стороны, — невозмутимо сказала я.

Я знала, почему он говорил так едко, почему хотел оттолкнуть меня, но от этого не становится менее больно. Я была нежеланной слишком много раз в своей жизни. Это означало, что у меня полно собственных проблем, и у меня действительно нет ни сил, ни времени, чтобы успокоить его.

— Ты прав.

— В чем? — в его голосе появился интерес.

— Я не могу здесь оставаться.

Я порылась в шкафчике над раковиной в поисках стакана, затем наполнила его водой и выпила двумя глотками.

— Я уеду утром.

Затем подошла к дивану, легла, натягивая на себя его одеяло, повернулась на бок и закрыла глаза. Я не слышала движений Алекса, но желание подглядеть, что он делал, велико. Но просто назло ему я сопротивлялась. В конце концов, он тяжело вздохнул и неуклюже побрел в свою комнату.

Моя жажда признания продолжала ставить меня в странные положения на протяжении всей моей жизни, и мне не нужно, чтобы случайный парень на случайной горе в случайном городке в штате Мэн пополнил список людей, которые не хотели, чтобы я была рядом.

Несмотря на тысячи мыслей, проносящихся в моей голове, и мои слегка задетые чувства, я заснула очень быстро, как будто спешила на встречу с демонами моего прошлого (с одним в частности), которые ожидали моего прибытия в страну Морфея каждый раз, когда я закрывала глаза.

Я открыла дверь в нашу квартиру, боясь встретить его там. Я задержалась на работе дольше, чем ожидала. На шоссе образовалась огромная пробка, и все больницы были переполнены пациентами со всевозможными травмами. Все работали во вторую или даже третью смену. Но что бы я ни сказала дома, он мне не поверит.

Я уже некоторое время подумывала о том, чтобы прекратить это. Остановить все это. Но я не уверена, хватило бы у меня мужества. Это единственное, что я когда-либо знала, и для меня это обычное дело. Я даже не уверена, что могла отделить хорошие отношения от токсичных. Токсичность — это моя норма, и я не знала, как себя вести, когда человек рядом со мной не мой хулиган, а мой сторонник. Что вы с этим делаете? Как мне принять их помощь и быть благодарным за нее?

Я открыла входную дверь так тихо, как только могла, и услышала его голос из гостиной. Он разговаривал по телефону. Я молча оставила туфли в сторону, отмечая с мысленным приступом паники от предчувствия этого, что на левом носке размазано пятно крови от окровавленной смены, которую я только что пережила. Я едва дышала, надеясь проскользнуть в ванную и запереть за собой дверь. Возможно, мне удалось бы убедить его, что я была там какое-то время, и он просто не заметил, что я вернулась домой некоторое время назад. Верно. Как будто он не заметил бы, что меня не было несколько часов. Я написала ему, что задерживаюсь, но он не ответил, и это даже хуже, чем если бы он накричал на меня. Жара взрывоопасна, но холод смертельен.

Пока я на цыпочках пробиралась в ванную, я услышала несколько отрывистых фраз тут и там, и одна конкретная цепочка устрашающих слов заставила меня замереть.

— Да, она мне тоже надоела. Надо было избавиться от нее, когда у меня был шанс, но теперь, с этими гребаными деньгами…

Затем он замолк, слушая все, что хотел сказать человек на другом конце провода.

— Я знаю, детка. Я знаю. Это было глупо, но мы все равно это сделали. Теперь мне нужны деньги обратно, и это немного сложнее.

Он снова замолк.

— Да, может быть, тебе стоит позвонить своему контакту. Нам срочно нужно это сделать.

После этого он долго молчал, а потом сказал голосом, который, я знала, он приберегал для спальни:

— Да, детка. Все это.

Затем он слушал, как его — детка разговаривала на другом конце провода, и, наконец, сказал:

— Да, мы это уже знаем. Все на флешке, — он тихо напевал, когда услышал ответ, как будто обдумывает его. — Ты думаешь? Это единственное место, где я храню информацию… Нет, детка, даже о тебе.

Он смеется над чем-то, что говорил другой человек.

— Это моя страховка, ты это знаешь, — он хихикнул. — Мне нужно перевести активы на свой счет, а затем я просто добавлю несколько фрагментов информации о том, что она знает их имена здесь и там, и все будет в порядке, можно считать, что она ушла. Мне платят за то, чтобы я держал рот на замке, что я могу поделать, если она любопытствует, верно?

Он снова засмеялся, как будто ему только что рассказали самую смешную шутку во вселенной.

Я споткнулась обо что-то на полу и уронила статуэтку кошки с кофейного столика позади меня. Она разлетелась на мелкие кусочки — всегда ненавидела эту уродливую штуковину. Он резко повернул ко мне голову и рявкнул в трубку:

— Я тебе перезвоню.

— Привет, — пробормотала я.

Его лицо меняется, маска ярости стерла все человеческие черты, которые еще остались в нем.

— Я вижу, ты дома, — он многозначительно посмотрел на свой Rolex. — Как раз вовремя.