Призрачные сердца
Шрифт:
Я проследила за сглатыванием, когда глоток прошел по его горлу, облизнула губы и придвинулась к нему, затем встала на колени перед ним, прежде чем сжать рубашку спереди в кулаке и стянуть ее через голову. Он позволил мне снять ее, и я медленно заползла на него сверху, зная, что он позволил мне это. Испуганный взгляд все еще застыл в его глазах, когда я полностью оседлала его колени, ухмыляясь новой идее.
— Как насчет… Может так ты будешь чувствовать себя более комфортно? — прошептала я, наклоняясь, чтобы завязать свой халат, который висел на краю кровати.
Он изучал пояс в моих руках, прежде чем поднять на меня удивленный взгляд, приоткрыв губы и протягивая руки, соединенные в запястьях.
АЛЕКС
Боже, как эта женщина могла превратиться из испуганной жертвы нападения медведя в одно из самых чувственных существ, которых я когда-либо встречал? Пояс на моих запястьях достаточно ослаблен, чтобы я мог вырваться, если бы захотел (я не хотел), но просто давления вокруг них достаточно, чтобы страх в моем животе не распространялся, а разум не метался туда, откуда я никогда не смог бы найти дорогу обратно. Она жестом велела мне поднять связанные руки, и я именно это и сделал, немного интересуясь, в чем заключался ее план. Она схватила мои кулаки и поднесла их к изголовью, прикрепляя их к решетчатой спинке моей деревенской кровати. Широко улыбаясь, она восхитилась работой своих рук.
Со связанными руками Фрейя контролировала, как все пойдет, и это настоящая пытка; Я хотел разорвать эти жалкие оковы и обхватить ее, чтобы почувствовать всю ее, но я не мог. Мне нужно оставаться неподвижным и передать ей полный контроль. Чтобы она меня не боялась.
Чтобы я не боялся себя.
Она одарила меня игривой улыбкой и потянулась к ремню на моих брюках.
— Подожди! — сказал я, затягивая завязки. — Фрейя, подожди!
— Что?
Она замерла, напуганная моим резким тоном, и я мысленно пнул себя за идиотизм — она плохо реагировала на громкие звуки, я это знал, и просто продолжал облажаться каждый раз, когда я открывал свой чертов рот.
— У меня нет презервативов.
Если бы мои руки не были связаны, я бы хлопнул себя по лбу.
— О.
Ее пухлые красные губы образовали идеальную букву "О".
— Да, — застонал я от боли.
Настоящая, физическая боль, когда вся моя кровь пульсировала ниже пояса.
Она положила свою задницу мне на бедра, отчего мне не стало удобнее.
— У меня ни с кем не было с момента моего развода, и я сдала анализы, когда поняла, что он мне изменяет. Я чиста и принимаю таблетки.
У меня пересохло во рту.
— Я… — я проглотил комок в горле. — Я никогда не делал этого без презерватива, к тому же я сдавал анализы, когда был в больнице. Да, и с тех пор прошло очень много времени.
— И с тех пор? — спросила она, облизывая губы.
Я покачал головой.
— Что? — спросила она, подталкивая меня к ответу.
— С тех пор у меня ни с кем не было, — сказал я, слегка смущаясь.
— О, — она прикусила нижнюю губу. — А как же Эдисон? Я думала, вы были вместе после того, как ты вернулся.
— Никогда не заходил… так далеко. Я бы хотел, чтобы мы никогда больше не оказывались в одном месте.
Ее глаза расширились, а затем превратились в крошечные щелочки, когда озорная улыбка расплылась по ее лицу.
— Хорошо. Все это, — она указала пальцем на мой торс, — теперь мое.
Фрейя зацепилась пальцами за пояс моих синих джинсов и быстро сняла их, оставляя меня с пересохшим ртом лежать обнаженным. Предвкушения ощутить ее обнаженной достаточно, чтобы я справился с этим ужасно быстро, поэтому я попытался составить список продуктов, которые могли бы пригодиться в моей кладовой, просто чтобы мое возбуждение… немного поутихло.
И это срабатывало, пока она не положила палец мне под пупок и не начала двигать его вниз. Просто так, ублюдок вернулся в полную силу. Ее губы шевелились в беззвучном одобрительном шепоте, и я ухмыльнулся.
— Да ладно, ты собираешься оставить меня вот так?
Она ухмыльнулась.
— Может быть.
Она перекинула волосы через плечо, прежде чем медленно стянула с себя одежду, оставляя только сексуальную пару кружевных черных трусиков и кружевной лифчик в тон. Я увидел, как ее напряженные соски выглядывали наружу, умоляя о моем внимании. Боже, она великолепна.
— Может быть, мне нравится, когда ты обездвижен, — дразнила она с намеком в голосе.
Затем она снова забралась ко мне на колени и устроилась поудобнее, не сводя своего страстного взгляда с моего лица все это время. Из робкого создания в мгновение ока она превратилась в соблазнительницу. Я гребаный везучий ублюдок.
Ее разгоряченная киска находилась прямо над моим членом, и я толкнулся бедрами ей навстречу, призывая ее принять меня. Она просто засмеялась, маленькая шалунья, и наклонилась, быстро целуя меня — в губы, но в этот момент я принимал все, что угодно, — не входя глубоко. Я застонал от разочарования, и внезапно мысль о том, чтобы быть связанным, больше не казалась такой уж забавной.
Фрейя приближала губы к моему уху и прикусила мочку, отчего по моему телу пробежала дрожь. Ей явно нравилась реакция моего тела на ее поддразнивания, потому что она чередовала укусы и поцелуи с мягкими дуновениями своего горячего дыхания. Мой член болезненно тверд, и я снова сжал бедра, надеясь, что она сдастся.
Но маленький дьяволенок этого не сделал. Вместо этого она осыпала мою грудь своими мягкими, как перышко, поцелуями, и я вот-вот кончу просто так, без ее непосредственного прикосновения к моему члену.
— Фр… Фрейя.
Мне удалось выговорить только со второй попытки.
— Да? — в ее голосе слышалась улыбка.
— Фрейя, пожалуйста. Ты должна что-то с этим сделать, или я разорву этот дермовый пояс в клочья, — прохрипел я, держась за изголовье кровати из последних сил воли.
— О, — она оторвала лицо от моей груди, и ее губы сложились в милую маленькую букву «О». — Ты думаешь, нам следует? — спросила она и посмотрела вниз на мой бедный, напряженный член.
— Да, Фрейя, нам следует.
У меня пересохло в горле. Прошло много времени с тех пор, как женщина делала со мной немыслимые вещи, но ни одна из них, даже до несчастного случая, не была Фрейей. Она делает все лучше.
Девушка озорно улыбнулась, медленно снимая лифчик и трусики. Это настоящая пытка, и я хотел закрыть глаза, чтобы сохранить то здравомыслие, которое у меня осталось, и в то же время я боялся потерять даже секунду этого шоу, которое, возможно, я никогда больше не увижу. Как только она закончила со своим нижним бельем, она наконец насадилась на мой измученный член.