Чтение онлайн

— Эй, чувак, что это за место? — толкнул пошатывающегося друга и кивнул на странную незнакомку.

— Это домик с тайнами мадам Нери, — пробормотал Шем, находясь будто в трансе.

— И что мы здесь забыли? — удивленно переспросил его, понижая звук до минимума.

— Ты же хотел свою судьбу узнать и любовь найти, — раскрыл оторопело глаза друг.

— Я?

Черт, сколько же я выпил…

— Ну да, ты ей дал пачку зеленых и сказал «давай, гадай, старуха», — хохотнул пьяно Райт.

Ну, охренеть, во что снова вляпался.

— Что, милок, передумал? — услышал мелодичный грудной голос мадам Нери и хмыкнул.

— Еще чего, что я зря столько бабла отвалил.

Я сел напротив, пристально глядя в черные большие глаза загадочной женщины. Пьяный угар придавал этой непонятной ситуации пикантности, распаляя интерес.

Мадам Нери сверлила во мне откровенно дыру, и в мозгах неприятно щекотало, словно она хотела достать оттуда нужную ей информацию. Дурацкое чувство и слишком тяжелый изучающий взгляд, будто женщина и вправду была гадалкой, а не шарлатанкой, разводящей людей на нормальные деньги.

Мадам Нери достала колоду карт, таинственно улыбнулась чему-то известному только ей одной и сказала:

— Выбери три карты, молодой и горячий.

Почему-то сейчас мне резко расхотелось язвить и вообще говорить что-то, поэтому я молча вытянул карты и протянул ей. Гадалка-шарлатанка перевернула одну, заставляя даже наклониться с интересом, чтобы разглядеть, что же на ней изображено. Но я так ничего и не понял, в отличие от мадам Нери.

— Это твое прошлое, милый, — проговорила она, поднимая на меня черные глаза. — Десятка Кубков перевернутая. Чаще всего она касается домашних, семейных дел. Размолвки и расхождения во мнениях, накал в отношениях, непонимание, даже скандалы.

Весь выпитый алкоголь за вечер выветрился за секунду после этих слов, но я не подал виду.

— И это все, что ты можешь сказать о моем прошлом? — пафосно бросил, ухмыляясь и оглядываясь на парней, которые так же глазели на дамочку и разложенные карты. Вот смехота! Мы как бабы, которые бегают ко всяким гадалкам, чтобы узнать имя суженого-ряженного! Черт… Позорище.

Мадам Нери мои слова не обидели, она только улыбнулась и перевернула вторую карту.

— Шут — твое настоящее. Ты безрассудный, беззаботный, смелый и любишь свободу. Скорее всего, творческая личность, может, музыкант.

Женщина на несколько секунд подняла на меня взгляд, пронизывая своими «экстрасенсорными» глазами, и снова посмотрела на лежащие карты.

— Тебя мало кто понимает, твое поведение и характер. Маски означают, что в человеке живут две личности: одна веселая, неунывающая, а вторая наоборот — добрая и трогательная, но ты стараешься подавить ее, показывая лишь немногим. Несмотря на свое отношение, ты мудрый парень и способен совершать правильные поступки. Если связать обе карты, Десятку Кубков и Шута, я могу предположить, что ты рос без матери, и разногласия возникали у вас с отцом, они существуют и по сей день…

— Проницательности вам не занимать, мадам, но слушать о прошлом и настоящем не интересно, лучше расскажите о будущем, — весело кинул, подавляя раздражение, которое вызывала эта дамочка.

— Хочешь ли ты его знать? — спросила мадам Нери, поглаживая последнюю третью карту.

— О, за ту сумму, которую я вам заплатил, любой бы хотел услышать, что его ждет.

— Запомни, милый, слова — это твои друзья и враги, — произнесла гадалка, переворачивая карту. Я присмотрелся и даже присвистнул, выгибая бровь в ожидании.

— Перевернутый Повешенный, — она на несколько секунд задумалась, перебирая многочисленные металлические браслеты.

— Знаете, чтобы эта карта не значила, я слишком себя люблю…

— Она не означает смерть, — улыбнулась мадам Нери, что-то обдумывая. — Ее значение можно растолковать по-другому: пока ты не изменишь своего отношения к жизни — не будешь разбирать, где правда или ложь. Не гоняйся за миражами, милый.

Я резко поднялся, совсем не ощущая той легкости и радости, которая сопутствовала целый вечер. Уж не такое окончание этого дня (или ночи) я хочу, да и слушать ее не надо было, а я развесил локаторы. Ну, сказала она отчасти правду, но это, по сути, ничего не значит. Может, мадам Нери отличный манипулятор или психолог, знающая мимику и поведение своих «дурачков» клиентов, которые покупаются на ее дешевые фокусы! Этот позорный момент можно списать на нетрезвое состояние. Верить картам и чепухе от гадалки? Да нет, это слишком даже для меня полупьяного.

Я открыто и широко улыбнулся, встречая ее насмешливый взгляд, и отвесил шутовской поклон.

— Что ж, премного благодарен вам, мадам, вы невероятно точно описали всю мою жизнь, но должен откланяться…

Я задеваю несколько карт, и одна из них летит на пол. Поднимаю и бросаю:

— Пардон.

Нам удается сделать всего несколько шагов, но меня настигает голос мадам Нери.

— Эй, милок.

Обернулся и сразу перевел взгляд на карту в ее худощавых пальцах, на которых красовались кольца.

— Тебе выпало Колесо Фортуны, воспользуйся этим шансом и измени жизнь к лучшему, найди свой путь во тьме. Потому что случайная встреча может оказаться роковой в твоей судьбе.

Я только улыбнулся, слушая краем уха тупые насмешки друзей, и вышел из домика тайн мадам Нери, попадая снова на «улицу постоянного праздника». Может, это был пьяный бред? Хотя, о чем я. Со мной может случиться что угодно, даже такая хрень.

— Короче, спать я не хочу, а эта старуха нагнала грусти, поэтому идем бухать, — крикнул на всю улицу и захохотал, как безумец, получая тумаков от друзей.

«Все, что происходит в Вегасе, остается в Вегасе».

Оззи

— Нью-Йорк? Какого черта мы должны переться через всю страну туда? — раздраженно бросаю, пока в висках стучат молотки от адского похмелья. Вчера было хорошо, но сегодня так хреново — вот она, обратная сторона после бессонной ночи и употребления алкоголя.

Купер поднял нас с утра пораньше и собрал в главном офисе «RCA Records» с «потрясающей» новостью о том, что группа будет записывать второй альбом в «Большом яблоке». Лететь туда я не хотел по трем причинам: во-первых, просто не хотел и все; во-вторых, смотреть каждый день на красоток в купальниках все же приятно и лишаться такого зрелища на несколько месяцев не очень; в-третьих — мой отец жил в Нью-Йорке и встретиться с ним меньшее, чего хотелось бы.

Наши отношения испортились давно, когда они с мамой развелись. Мне было всего десять, когда открылась «приятная» правда о том, что один родитель изменял другому. Тот период хотелось вычеркнуть из памяти, забыть раз и навсегда. До последнего не верил, что мама была способна на измену. Когда она собирала вещи, я спросил, почему она так поступила с папой и мной.