Чтение онлайн

Между тем, в Новгород в 1484 г. был отправлен архиепископ Геннадий, который лишь волей случая узнает о ереси в 1487 году, когда в подпитии еретики начинают переругиваться между собой, о чём становится известно новому епископу. Геннадий доносит великому князю и митрополиту об открытой им ереси, но никаких последствий донесение тогда не имело. Епископ в это время поступал с ними довольно мягко: приносившие покаяние были вновь принимаемы в общение церковное через особый чин отречения от ереси.

Несмотря на противодействие митрополита Московского Геронтия, Геннадию удалось заручиться поддержкой влиятельных епископов, и в 1488 созвать собор, на котором нераскаявшиеся новгородские еретики были осуждены. В дальнейшем противники жидовствующих встретили серьёзные трудности: митрополитом стал слабовольный Зосима, полностью следовавший политике великого князя и, по некоторым сведениям, сам придерживавшийся еретических взглядов. И только благодаря Иосифу Волоцкому, написавшему обличительную книгу «Просветитель», власти были вынуждены назначить сыск, и новый собор в 1490 отлучил еретиков от церкви и предал проклятию. Противники ереси, однако, были разочарованы слишком мягкими приговорами — никто даже не был казнён, а ведь требовали отступников «жечи и вешати». [117]

После собора политическое влияние «жидовствующих», которые прильнули к нестяжателям, не пошатнулось: Зосима оставался митрополитом, к тому же, так и не состоявшийся в 1492 конец света дал сильнейший аргумент в свою пользу. Только в 1495 удалось сместить Зосиму, а в 1499, посредством сложных дворцовых интриг, вызывать гнев великого князя на главных сторонников ереси при дворе. Одновременно Иосиф Волоцкий и его сторонники вели борьбу против нестяжателей. Хотя позиция нестяжателей в вопросе о церковном имуществе импонировала великому князю, в его глазах они запятнали себя поддержкой опальных бояр.

Когда на соборе 1503 года великий князь поднял вопрос о церковных имуществах, Иосиф Волоцкий призвал его на старости лет свершить душеспасительное дело — розыск и наказание еретиков. Иван III поддался нажиму. В 1504 году под председательством митрополита Симона был созван собор, специально посвящённый искоренению ереси. Собор носил политический характер и был направлен против царицы. Видные приверженцы ереси были преданы анафеме и сожжены, [118] вскоре после чего ересь прекратилась. Во всяком случае, жидовствующие оставили Россию до Раскола (который стал возможен с исполнением заговора против Рюриковичей, последующей Смуты и сменой династии на Романовых).

Что касается «реформы Никона» (1666–1667). Поскольку патриарх не знал греческого языка, то Раскол фактически произошёл под негласным влиянием «монаха еврейского происхождения» {42} Арсения Грека, — «еретика, иезуита, бесермена, жидовского обрезанца», [119] который сделал многое, что бы уничтожить славянские книги и летописи, и ввести «новые переводы» Библии. Этот воспитанник иезуитской коллегии в Риме, неоднократно переходивший из православия в католичество, униатство и обратно, принимавший магометанство, и «сознавшийся, что обрезан» лишь при угрозе медицинского осмотра.

Среди «оригиналов» по которым «правили» священные книги, например, оказался никем непроверенный «греческий молитвенник» венецианского (!) издания 1602 г. Нужно отметить, что именно в Венеции была одно из крупнейших иудейских гетто {43} Европы и именно здесь, в типографии Д. Бомберга, {44} в 1520 г. впервые был напечатан {45} Талмуд (отсюда же пошла и секта социан, которая по мнению Л. Ларуша и Х. Грэхэма Лоури, изначально получила контроль над Банком Англии). {46} [120]

В своих трудах доктор православной истории проф. Н. Д. Успенский {47} неопровержимо доказал, что образцами для исправления служили современные греческие богослужебные книги, изданные преимущественно в иезуитских типографиях Венеции и Парижа. Чтобы скрыть этот факт, «правщики», фальсифицируя, писали в предисловиях некоторых книг, что исправление проводилось согласно «с древними греческими и словенскими» образцами (служебник 1655 г.). [121]

Принципиально важно напомнить, что именно свят. Геннадий впервые на Руси начал собирать «ветхий завет» — который изначально на Руси практически не использовался при службе. Сделал он это лишь для обличения ереси жидовствующих, но количество экземпляров «для служебного пользования» было минимальным.

Не будем повторять всю историю попыток издания этого собрания книг иудеев и борьбы ветхозаветствующих апостатов по подмене смыслов, которая закончилась сожжением всего тиража переведённого с масоретского кодекса {48} ветхого завета в 1826 году. Укажем, что общедоступным синодальный перевод некоего «еврейского подлинника» стал лишь в 1876 году. [122] И уже в начале XX в. наша страна оказалась глубоко пораженной «революциями».

Между тем, что не удалось в России Рюриковичей — изначально получилось провернуть в Европе с католичеством, где иудеи и «жидовствующие» стали незримыми идеологами «Реформации» — стоя за спинами Лютера и Кальвина — в 1520–30-х г. — «после Константинопольской переписки» и возникновения «Банка Амстердама» — города, втянувшего в себя изгнанных иудеев и еретиков со всей Европы.

Другим таким городом стал Мюнстер.

Первопричиной кризиса католичества стало поведение погрязшего в разврате и стяжательстве иерархов Рима. Папа был объявлен не только высшей, полной, непосредственной, вселенской и ординарной властью в Католической церкви, но и «приемником князя апостолов». [124] Вершину светского могущества папской власти ознаменовал документ, известный как «Диктат папы» {49} (1075 г.), который провозгласил, что Папа «обладает вселенской юрисдикцией и непогрешимостью». В результате объявленной априори «непогрешимости», «наместники бога» впадали в тяжкий разврат, пополняя бюджеты торговлей индульгенциями через монастыри.

Ответом стала идея Мартина Лютера, {50} устранившего в Западной Европе монопольную трактовку христианства Римом. Реформация заключалась не только в переводе Библии с латыни на понятный всем немцам язык, но и призыв всех к труду и аскезе, а самым тяжким грехом объявлялась бесполезная трата времени.

Казалось бы, что здесь плохого?

Между тем, Лютер начал Реформацию церкви по принципу «убрать из церкви всё, что явно противоречит Библии», а Жан Кальвин {51} пошёл дальше и убрал из церкви всё, что Библии, на его взгляд, не требуется. Он предельно рационализировал учение, не оставив в нем ни малости мистицизма и свободы воли человека. Центральная доктрина кальвинизма — Тоталитарный Бог. Ликвидировавший церковную обрядность, кальвинизм отрицает и необходимость помощи духовенства в спасении людей. При этом было объявлено, что «представитель мирской аскезы должен обладать известной счастливой ограниченностью и не проявлять интереса к вопросу о „смысле“ мира». {52} [125]