Чтение онлайн

Но он же ни при чем! И она тоже! И еще много кто, кого она знает много лет, и в кого ни за что на свете не бросит камень.

Убийца – это кто-то из бабкиного прошлого. Это страшное безликое чудовище, способное жестоко убивать и не оставлять при этом следов. И еще ухитряющийся не следить вокруг ее дома, хотя ночь за ночью они с Витькой слышат его шаги.

– Ну! Дядя Егор! – поторопила она умолкнувшего мужика. – Что там за история?

– А вот этого я не знаю, девочка. – И Егор даже на Витьку взглянул виновато. – Все, что узнал из пьяной болтовни вашего постояльца, я рассказал. А вот подробностей… Не знаю, хоть убей меня! – Он чуток помолчал и тут же снова зарокотал: – Но след кровавый из бабкиного прошлого точно тянется. Там надо искать! И… И Макар мой тут ни при чем! Угораздило же его!

Он ушел почти сразу. Крепко задумавшись, помолчал, от чая отказался, нелюбезно простился и ушел.

Катя смотрела в его согбенную спину до тех пор, пока он не скрылся за воротами, которые, как ни странно, прикрыл за собой. Потом повернулась к Виктору.

– И что все это значит? – Она подбородком указала за окно. – Ты…

– Даже и не думай! – взвизгнул Витька, и снова лысина его взмокла. – Ничего я про твою бабку не знал! По школе, конечно, ходили слухи про нее, но совсем другого плана.

– Какого? – Катя закатила глаза и на всякий случай погрозила ему кулаком. – Только не вздумай мне врать.

– Ну… Болтали, что… – Витька схватил со стола полотенце, промокнул взмокшую лысину. – Что гулящая она, извини, Кать, но в ее доме постоянно мужики крутились. Приезжали, уезжали, тут он и грех.

Ни с одним из приезжающих мужиков бабка не заводила романов. В этом Катя почему-то была уверена. А вот в том, что могли твориться под крышей этого дома какие-нибудь темные делишки, она почти не сомневалась.

Вопрос – какие?

– Болтали еще, что краденое она скупает, – дополнил Витька и тут же недоверчиво подергал плечами. – А смысл? Если скупала, то куда девала? Продавать-то не носила на рынок. И милиция опять же ее стороной обходила.

– Коллеги же! – с горечью вырвалось у Кати. – Забыл?

Витька сразу съежился, покосился на нее, потом кивнул согласно.

– Ладно, Виктор, давай делами заниматься, – она кивнула на кастрюлю с поднявшимся тестом. – Пироги подходят. Дуй в магазин за повидлом. Да, и это…

Он тормознул на пороге с курткой в одной руке, с треухом своим нелепым в другой.

– Ты там между делом поспрашивай у самой старшей продавщицы, она ведь тут давно живет… Кто строил этот дом?

– Я и так знаю. – Он наморщил лоб гармошкой. – Пришлые. Бабка твоя их нанимала. Караулила, чтобы не сперли чего. На костре жрать им варила.

– Что за пришлые, откуда?

– Понял я, Кать, куда ты клонишь. – Витька нахлобучил треух. – Только мимо это. Они каждую неделю у нее менялись. Как запьют или задурят, так она им коленом под зад.

– Ладно. – Она упрямо опустила голову. – Пойдем другим путем… Кто дом проектировал? Не могла же она без проекта бревна сложить? Не могла. Был проект! Где он?!

– Может, в документах? – неуверенно предположил Витька и полез руками в рукава куртки. Запахнулся, взглянул маетно. – Может, там?

– Нет ничего, я искала.

Проект дома она стала искать сразу, когда в голову полезли мысли, а в дом – настырные люди со странным интересом. Что такого в нем? Не из чистого же золота бревна эти отливались! Она, смешно признаться, даже бревна те ножиком ковыряла. И, отсылая раз за разом Виктора по делам, обыскивала дом от подпола до чердака.

Ну не было ничего! Ничегошеньки же не было!!! Никаких тайников – она простукивала стены и полы ручкой швабры. Никаких подземных ходов – в подполе каждую полку ощупала, каждый угол осмотрела, вонзая вилы почти по самое древко. Никаких зарытых в подвале и спрятанных на чердаке среди прочей рухляди сокровищ.

Откуда тогда такой интерес к дому?! Почему из-за этого люди погибли? Почему?! Что за шаги они слышат с Виктором ночь за ночью? Кто-то же ходит, а кто? Витька неистово молился каждую ночь, путая слова молитв. Крест на себя повесил оловянный и не снимает.

– Может, привидение, прости господи! – крестился он каждый раз, как они возвращались из ночного дозора. – Может, бабка тебя стережет от лиха…

Катя в мистику не верила. Она знала, что объяснение всему есть и оно непременно найдется. Вопрос – когда?! И еще вопрос – как много еще людей пострадает?! И еще вопрос – куда подевался план дома?! Все документы целы, а плана нет!

– Но он же был!

– Наверное, – неуверенно пробормотал Витька и умчался в магазин за повидлом.

Пока его не было, Катя позвонила на работу. Маргарита взяла трубку и шепотом сообщила, что пока ей в офис лучше не соваться.

– Наш, как узнал о смерти Стахова, затрясся весь, икону притащил, в кабинете в левый угол повесил. И тебя велел на пушечный выстрел не подпускать.

Катя вздохнула. Генеральный странностями всегда удивлял, но чтобы икону в офисе повесить… Дело дрянь!

– Ты погоди, Кать, может, все еще и утрясется. Может, он отойдет. На него как накатит, так и откатит. Сама знаешь.

– Будем надеяться. – Губы и голос дрогнули, а на глаза навернулись слезы. – Просто… Просто, просто я-то тут совершенно ни при чем.

– Я тоже так думаю, – не очень уверенно отозвалась после паузы Маргарита. – Но люди погибли. Погибли страшно. И где?! Рядом с твоим домом! Попробуй убеди его, что твое дело – сторона.

Маргарита тут же перевела разговор на застывшую в холодах весну. Пожаловалась, что не может надеть новые ботиночки, которые сестра привезла ей из Испании. Потом поделилась планами на грядущий отпуск, посоветовала не вешать нос и отключилась.

Катя расплакалась. Влезла с ногами в трухлявое кресло у кухонного окна и проревела час, наблюдая за серыми клочьями облаков, расползшимися по тусклому небу. Снова будет дождь. Снова будет ночь. Снова будут шаги, сводившие ее и Виктора с ума. И снова не будет никакого объяснения.

– Катька! Катька, нашел!

Витька влетел в кухню, на ходу роняя банку с повидлом на стол, а треух – на пол.

– Нашел архитектора-то!

– Да ну! – Она быстро вытерла слезы и подула вверх, выпячивая нижнюю губу. – И кто же это?!

Он пристроил куртку на вешалку за дверь, обернулся и тут же встревожился:

– Ревешь, что ли?

– Реву, – призналась она со всхлипом. – Все так плохо… Людей убивают, с работы увольняют, Макара посадили. Шаги еще эти чертовы… Скоро… Скоро от меня все вообще начнут шарахаться. Мой бывший генеральный от меня уже икону повесил. Как от ведьмы, честное слово! Вот наследие так наследие!!! Добрая память бабуле!