Чтение онлайн

— Добрый день, милорд, — пробормотала она, склонив голову.

Мистер Пембертон кивнул в ответ.

— Знаю, все слуги тревожатся о состоянии миссис Донован, и хочу заверить, что полиция проведет тщательное расследование. Должно быть, миссис Гэллоуэй рада, что констебль больше не путается под ногами. Все на кухне уже заняты подготовкой к завтрашнему вечеру?

— Конечно, милорд, — подтвердила Флора. — Она уже и меню составила. Я иду в деревню за кой-какими приправами. — И она неловко указала на тропинку.

— Как хорошо, что мы тебя встретили, — продолжил мистер Пембертон, — мисс Тиммонс как раз упомянула, что желает прогуляться, в Рэндейле ей пока побывать не довелось.

Оставалось лишь восхищаться тем, как складно он врет. Скорее бы узнать, что же он задумал для сеанса.

Хозяин Сомерсета покосился на меня и, не услышав от меня возражений, подтолкнул локтем.

— Да, Флора, — подтвердила я. — Я была бы тебе очень благодарна за компанию.

Та что-то согласно пробормотала, лишь мельком бросив на меня взгляд.

Мистер Пембертон шагнул назад.

— Надеюсь, Рэндейл вам понравится.

Флора молчала, пока мы не добрались до окраины Сомерсет-Парка и не свернули на дорогу. В колеях стояла дождевая вода, поэтому мы шагали по гребню посередине. Избавившись от необходимости беседовать с констеблем, я снова вспомнила о Флоре и о том, что она видела в ночь перед свадьбой. Однако я догадывалась — ее нежелание мне об этом рассказывать за утро не изменилось.

Наконец служанка нарушила молчание и завела речь о миссис Донован.

— Слуги поговаривают, наша экономка сама все подстроила. Миссис Донован уж больно злобная, так что могла и сама попытаться заварить кашу, клянусь! Знаете, она ведь нас предостерегала, когда вы только прибыли. Говорила, мол, ничего доброго из вашего приезда не выйдет.

— Правда? Но почему? — Я едва не запнулась.

Флора схватила меня за локоть, не дав упасть, а потом взяла под руку. Так мы и пошли дальше, поддерживая друг друга.

Служанка пожала плечами.

— Не важно. Врет она, это точно. — На другой ее руке мерно качалась корзина.

Как бы мне ни хотелось верить Флоре, ясно было одно: подделать шишку на затылке невозможно. Я попыталась сменить тему.

— Что такого важного случится завтра? — спросила я, вспомнив о ее поручении. — Кажется, запланирован изысканный ужин?

— Ждут особую гостью. Мисс Гиббонс — у нее есть связи и богатый американский кузен, тот больно интересуется английскими поместьями. Джозеф говорит, мистер Пембертон намерен вести дела кое с кем из земельных спекулянтов, на кого она имеет влияние. — Флора скривилась. — Хотя сама я далеко не в восторге. Как подумаешь, что Сомерсет-Парк разделят на части и продадут, ужас пробирает.

— Уверена, новый хозяин оставит Сомерсет в прежнем виде. И все же не представляю, что такая умелая служанка, как ты, будет долго искать работу. Наверняка слуги требуются во многих поместьях.

Она расхохоталась так, что едва не споткнулась и не утащила меня за собой в лужу.

— Ну конечно, я мечтаю быть судомойкой до скончания дней!

— Я ничего такого в виду не имела.

— Да я знаю, что не имели, — снова фыркнула Флора. Вот уж беззаботное создание!

Облака над нами рассеялись, а вскоре и солнце согрело наши озябшие лица. И пусть деревья уже сбросили почти все листья, прогуляться все равно было одно удовольствие, а прохладный воздух поздней осени приятно освежал после тяжелой атмосферы недоверия, царившей в замке.

— Я рада, что мы пошли вместе, Дженни, — вздохнула довольная Флора.

Мы шагали вдоль дороги, и вот уже показалась деревня. Мне было любопытно, в какие лавочки поведет меня Флора, но она свернула в переулок и направилась к милому коттеджу. Каменные стены заросли виноградом, а большую часть владений занимал пышный сад.

— Тут живет моя бабуля Лил, — объяснила Флора, открывая для меня ворота. — Она тоже служила в Сомерсете, когда лорд Чедвик Третий был еще жив. — И чуть тише добавила: — Последние несколько лет бабуля малость не в себе, так что не принимайте за чистую монету все, что она наболтает.

— Спасибочки, бабуля Лил, — сказала Флора, когда старушка поставила перед нами порезанный на куски пирог. Из-под простого платка, завязанного под подбородком, выбивались белые пряди. Хозяйка, подметая деревянный пол теплой юбкой, подавала на стол. Она принесла чайник, а потом опустилась в кресло-качалку у печки и раскурила небольшую трубку. Бабушка Флоры куталась в несколько кофт, но она была довольно миниатюрной и все равно казалась худой.

Дом у нее был скромным, однако уютным и чистым. В самодельных рамах на стенах висели крошечные картины с деревенскими пейзажами. Напротив стола, за которым устроились мы с Флорой, возвышался простой буфет с аккуратно расставленными сине-белыми тарелками. Все было на своих местах и очень практичное. Не то, что в моем первом доме, где мы с maman жили с миссис Ринальдо.

— Бабуля Лил — дока в садоводстве, — объяснила Флора. Над нами на деревянной балке сушились связки трав. Их аромат был очень сильным. — Она даже делает собственную смесь для набивки трубки. — По голосу было понятно, что Флора гордится теткой.

— Ноги-то уж ноют, — заявила старушка. — Трубка унимает боль получше любого снадобья молодого доктора. — Говорила она прищурившись, отчего у ее глаз разбегались лучики морщинок.

Я попробовала пирог — он таял во рту. Флора, должно быть, заслуженно гордится кулинарными умениями бабули. В корзине стояли баночки с мятным желе, приготовленным специально для свинины, что подадут завтра вечером к столу.

— Пирог просто чудесный, — сказала я старушке. Та улыбнулась, и морщинки стали глубже. — Говорят, вы работали в Сомерсет-Парке, — продолжила я, желая послушать ее версию событий.

Подавшись вперед в своем кресле-качалке, бабуля Лил сказала:

— Ты там гляди в оба. Флора меня не слушает, а я говорю: дом-то проклят.

Флора откусила еще кусок пирога.

— Бабуля, помилуй. Дженни — наша гостья!

— Не по нраву мне, что ты там работаешь, — заявила она, ткнув трубкой в сторону племянницы.

— Но теперь в Сомерсет-Парке живут хорошие люди. — Щеки Флоры порозовели, и она добавила: — Кто знает, может, недолго мне осталось быть судомойкой.

Бабушка Лил хихикнула.

— Так вот на кой тебе любовное зелье из моего чулана? Да не красней, бери, коли желаешь! — Она подмигнула мне. — Уж не знаю, зачем Флоре оно надобно, она и без того миленькая. Любой парень из тех, за кого стоит выходить замуж, сам о том смекнет, и пособлять не надо.

Флора засопела и подлила нам обеим еще чаю. Я подумала о Джозефе, о том, почему она тревожится, не врет ли он ей.