Чтение онлайн

— Хорошо, — неожиданно для всех и для себя самого спокойно сказал я. — Кораблю не нужно менять курс. Я полечу один.

На мостике стало так тихо, что было слышно лишь переливы загадочной мелодии. Семён Аркадьевич медленно, как заржавевший робот, повернулся ко мне. На его лице застыло такое искреннее изумление, что я не удивился бы, если бы он приказал доктору Лиандре немедленно вколоть мне успокоительное.

— Это как это «один»? — наконец выдавил он. — На венике, что ли, полетишь?

— На своей спасательной шлюпке, — ответил я и достал планшет. Парой движений я вывел на его экран несколько чертежей. — Понимаете, перелёты у нас долгие, времени свободного много… А у Киры как раз нашлось немного запчастей, которые она хотела списать. В общем, я её немного улучшил.

Вся команда тут же сгрудилась вокруг моего планшета. На экране крутилась трёхмерная модель моей спасательной капсулы. Только это была уже не та ржавая консервная банка, в которой меня нашли. Сам не понимаю как, но я превратил её в маленький и юркий разведывательный шаттл. Я укрепил корпус, поставил более мощные двигатели от старого погрузчика и, что самое главное, собрал из всякого хлама новый мощный сканер.

— Ты… ты… — Кира переводила взгляд с экрана на меня и обратно. В её глазах плясали восторженные огоньки. — Да ты же из спасательной капсулы сделал почти истребитель! Как ты это сделал? Эта система охлаждения! А инжекторы! Влад, это же просто гениально!

Капитан молчал. Он просто пялился на чертежи, и его лицо медленно наливалось знакомым мне багровым цветом.

— Я всё равно против, — прорычал он, но в его голосе уже не было той стальной уверенности. — Это грубейшее нарушение всех правил! Одному лететь в неисследованный сектор… это самоубийство!

И тут я нашёл свой последний, самый главный аргумент. Я посмотрел капитану прямо в глаза.

— Семён Аркадьевич, вы ведь тоже нарушили правила, когда подобрали меня. Это было не по курсу и не по уставу. Вы просто поступили правильно. А что, если там, откуда летит эта музыка, тоже кто-то, кому нужна помощь? Кто-то, кто, как и я тогда, остался совсем один в пустоте?

Капитан долго и тяжело смотрел на меня. Его суровый взгляд немного смягчился. Он посмотрел на карту, на мигающую точку, потом снова на меня. И наконец тяжело вздохнул, будто взваливая на себя ещё один неподъёмный груз.

— Ещё одного такого, как ты, Волков, мой старый корабль точно не выдержит… — проворчал он, отворачиваясь к иллюминатору. — Чёрт с тобой. Твоя взяла.

Он ткнул своим толстым пальцем в экран навигатора.

— Даю тебе три часа. Ровно три. Не вернёшься — мы улетаем. И это не обсуждается. И если ты, не дай бог, притащишь оттуда какую-нибудь тварь, которая захочет нами поужинать, — я тебя лично выкину в шлюз вместе с ней. Ты меня понял?

— Так точно, капитан, — я не смог сдержать улыбку.

Я развернулся и пошёл к выходу с мостика, направляясь в шлюзовой отсек, где меня ждал мой маленький, но теперь такой быстрый корабль. За спиной я слышал, как Кира восторженно засыпает капитана техническими вопросами, а тот лишь устало от неё отмахивается.

Впереди меня ждали астероиды и загадка, спрятанная в их глубине. И впервые за всё время я чувствовал, что лечу не прочь от своего прошлого, а навстречу ему.

Мой маленький шаттл, который я для себя назвал «Стрижом», очень резво летел сквозь пустоту. Управлять им было настоящим удовольствием. Он идеально слушался джойстика, а доработанные мной движки гудели так приятно и ровно, что я невольно улыбался. Это было моё творение. Я по-прежнему не помнил, как именно нужно собирать двигатели или паять сложные микросхемы, но мои руки всё помнили сами. И сейчас я наслаждался плодами их странной, необъяснимой памяти.

Вскоре я влетел в большое облако космического мусора. Вокруг меня в полной тишине медленно проплывали обломки старых спутников, куски какой-то обшивки, покрытые льдом, и просто безымянные железяки. Всё, что осталось от давно забытых кораблей и станций. Настоящее кладбище. А таинственная мелодия становилась всё громче и отчётливее, она вела меня в самую гущу этих обломков. Пришлось сосредоточиться, чтобы лавировать между астероидами и острыми, как бритва, осколками металла.

Наконец, мой улучшенный сканер пискнул, показывая, что источник сигнала совсем рядом. Я сбросил скорость и завис на месте. Прямо передо мной, зацепившись за покорёженную солнечную панель от какого-то древнего спутника, висел небольшой, гладкий объект. Он был сделан из тёмного, матового металла, который, казалось, просто впитывал в себя свет далёких звёзд. По форме он был похож на кристаллический камертон или на какой-то странный бумеранг из будущего. Я не видел на нём ни двигателей, ни источников питания. Просто кусок металла, который пел свою завораживающую песню на всю округу. Маячок.

Я осторожно подвёл «Стрижа» поближе и, используя манипулятор, аккуратно отцепил свою находку. Мелодия тут же оборвалась, и наступила звенящая тишина. Я положил артефакт в специальный контейнер для образцов и, не теряя ни секунды, развернул шаттл обратно к «Полярной Звезде».

Когда я вернулся на борт, меня уже встречали на мостике. Вся команда была в сборе. Я вошёл, держа в руках тёмный «камертон», и все уставились на меня так, будто я принёс с собой бомбу.

— Ну что, долетался, Колумб? — первым нарушил молчание Семён Аркадьевич, скрестив руки на своей широкой груди. — Я так и знал, что добром это не кончится. Что это за дьявольщина?

— Похоже на какое-то устройство слежения, — с опаской предположила Кира, разглядывая артефакт с безопасного расстояния. — Влад, ты уверен, что за ним никто не прилетит? Она выглядела по-настоящему встревоженной.

Я пожал плечами.

— Он был там один. Просто висел на обломке и пел.

В этот момент к нам подкатил Гюнтер. Его оптические сенсоры сфокусировались на предмете в моих руках.

— Ah! Ein unbekanntes Artefakt! Неизвестный артефакт! — проскрипел он своим ужасным механическим немецким акцентом. — Необходимо немедленно произвести сканирование на предмет биологической, радиационной и меметической угрозы! Effizienz und Sicherheit uber alles! Эффективность и безопасность превыше всего!

Он выставил вперёд один из своих манипуляторов, из которого ударил тонкий луч синего света, и принялся сканировать мою находку. Мы все затаили дыхание. Через минуту Гюнтер убрал луч и задумчиво покрутил своими сенсорами-глазами.

— Sehr interessant… Очень интересно… — пробормотал он. — Dieser Gegenstand… он не зовёт кого-то. Он хочет… поделиться.

Прежде чем кто-либо из нас успел спросить, что, чёрт возьми, это значит, маячок в моих руках снова ожил. Он завибрировал, и из него снова полилась та самая музыка. Но теперь она звучала не из динамиков. Она звучала… везде. В моей голове, в костях, в самом воздухе. Она заполнила собой весь мостик, весь корабль, проникая, казалось, в самую душу.

И тут началось что-то совершенно невообразимое.

Кира, стоявшая у своего пульта, вдруг замерла. Её взгляд остановился на маленькой голографической фотографии, прикреплённой к панели. На ней была запечатлена зелёная, цветущая планета — её родной дом. Глаза Киры наполнились слезами, и она медленно осела на пол, закрыв лицо руками. Её плечи затряслись от беззвучных, горьких рыданий.

— Я так скучаю… — прошептала она сквозь слёзы. — Я никогда… никогда их больше не увижу…

Я хотел было подойти к ней, успокоить, но тут моё внимание привлёк другой звук. Смех. Громкий, заливистый, совершенно неуместный в этой ситуации. Я обернулся. Семён Аркадьевич, наш суровый и вечно хмурый капитан, хохотал, запрокинув голову. Он подхватил с полки большой гаечный ключ и старый сварочный аппарат и, к моему полному изумлению, принялся ими неумело жонглировать, напевая себе под нос какую-то дурацкую, давно забытую песенку про космических пиратов и трёхглазую принцессу.