Чтение онлайн

Звук громким эхом разнёсся по металлическому отсеку, на мгновение перекрыв даже гул корабельных реакторов.

Каэлен отшатнулся, ударившись затылком о стену. Резак с жалобным лязгом выпал из его ослабевших, разжавшихся пальцев. Пират осел на холодный пол, обхватив голову руками. Вся его напускная злоба, вся его колючая паранойя и агрессия разом испарились. Осталась лишь пустая, выжженная дотла оболочка. Он зарыдал. Громко и навзрыд, раскачиваясь из стороны в сторону под мерное гудение успокоившегося корабля.

Кира постояла над ним несколько секунд, тяжело дыша. Её перепачканные в масле кулаки были сжаты. Она всей душой ненавидела его за то подлое предательство, когда он сдал их команду Империи. Но прямо сейчас она ясно видела: перед ней сидел не коварный враг, а сломанный, потерянный человек, безнадёжно застрявший в своём личном аду. Человек, который не мог простить самого себя.

Девушка закрыла глаза и с облегчением выдохнула, отпуская пылающий гнев. Она опустилась на корточки рядом с плачущим мужчиной и молча протянула ему ладонь.

Каэлен сквозь пелену слёз недоверчиво уставился на её маленькую руку.

– Тебе не нужно больше убегать, слышишь меня? – тихо, но твёрдо сказала Кира. – Да, Влад сумасшедший. Да, он впустил в себя чудовище. И да, мы летим в самое пекло Империи, прямо в пасть дьяволу. Но мы делаем это вместе. Заботимся друг о друге, прикрываем спины. Если ты наконец-то перестанешь бегать от своих призраков и подставлять нас под удар, этот дурацкий экипаж станет твоим домом. Мы станем твоей новой семьёй, Каэлен. Риан бы хотел для тебя именно этого. Не бесконечного выживания любой ценой. А нормальной жизни.

Пират судорожно сглотнул. Он перевёл влажный взгляд на квантовый стабилизатор, сиротливо мигающий в открытой технической нише. Затем снова посмотрел на открытую ладонь Киры, предлагающую прощение, которого он совершенно не заслуживал. В его искалеченном разуме словно треснула толстая стена, уступая место робкой надежде на искупление.

Трясущейся рукой он крепко ухватился за ладонь девушки. Кира с неожиданной силой потянула его наверх, заставляя подняться на ноги.

Каэлен молча, не проронив ни единого слова, поднял магнитный ключ. Аккуратно установил деталь обратно в паз и затянул крепления. Механизм радостно щёлкнул, принимая стабилизатор, и биомеханические жилы вокруг благодарно засветились ровным, тёплым светом. Корабль принял его извинения.

Затем Каэлен глубоко вздохнул и запустил руку за пазуху грязного комбинезона. Он бережно вытащил на свет старую цепочку, на которой висел потемневший от времени медальон. Тот самый медальон, который когда-то давно, в совершенно другой жизни, носил его младший брат. Самая дорогая вещь во всей вселенной для бывшего пиратского капитана.

Он медленно вложил холодный металл в ладонь Киры и крепко сжал её тонкие пальцы своими. Это был его бесповоротный отказ от тёмного прошлого. Символическая плата за билет в новую жизнь и за право снова попытаться стать человеком.

Кира всё поняла без лишних слов. Она бережно опустила медальон Риана в карман, надёжно пряча чужую боль и память. Девушка развернулась к терминалу и нажала кнопку разблокировки дверей. Бронированные створки разъехались в стороны, гостеприимно приглашая на выход.

– Добро пожаловать домой, придурок, – тихо произнесла Кира.

– Кажется, Вселенная сегодня окончательно решила, что наш экипаж – это идеальная мишень для испытания новых видов космического садизма.

Я сидел в пилотском кресле, вцепившись в подлокотники. Снаружи, за толстым бронестеклом обзорного экрана, творилось самое настоящее безумие. Мы с разгону влетели в сердце пространственной аномалии, которую в Сети ласково называли «Саван». И теперь я понимал почему. Нельзя было сказать, что пространство здесь слегка искривлялось, как после хорошей попойки в баре на Скальдии. Оно буквально кипело, пузырилось и переливалось, словно расплавленная ртуть в огромном адском котле. Привычные звёзды вытянулись в уродливые, тошнотворные нити, а все приборы навигации дружно сошли с ума. Экраны мигали красным, выплёвывая бессвязный набор символов и бесконечные ряды нулей.

– Влад, мы теряем куски обшивки на четвёртой палубе! – истошно закричала Кира по внутренней связи. Её голос пробивался сквозь жуткий треск помех. – Гравитационные сдвиги просто кошмарные! Нас сейчас разберёт на отдельные атомы, клянусь своими гаечными ключами! Мы не вытянем на ручном управлении, слышишь? Никак не вытянем!

Я судорожно щёлкал тумблерами, пытаясь выровнять нос корабля, но штурвал вырывался из рук, словно живой.

– Понял тебя! Держи реактор, чтобы он не рванул раньше времени! – крикнул я в ответ. – Капитан, держитесь за что-нибудь очень крепкое, желательно прибитое к полу! – я обернулся к Семёну Аркадьевичу. – Я иду на полную синхронизацию с ядром.

Старик, намертво пристёгнутый к своему креслу ремнями безопасности, только крякнул. Он поправил фуражку, которая от тряски сползла ему прямо на нос. Лицо у него было бледным, но глаза смотрели упрямо.

– Сынок, ты же сам знаешь. После стопроцентного нейро-шунта мозги превращаются в недоваренную овсяную кашу, – прохрипел он, перекрывая гул турбин. – Но если это единственный способ не сдохнуть прямо сейчас в этой дурацкой ртутной луже, то действуй. Только постарайся вернуться в своём уме, ладно?

Я слабо улыбнулся.

– Обещаю, кэп, – я глубоко вздохнул, собираясь с мыслями.

В этот момент произошло неожиданное. Криптик, который по всем правилам должен был тихо прятаться в защитном боксе под пультом, внезапно выскочил оттуда и запрыгнул мне на плечо. Его глаза горели ярким, неестественным светом, а дымчато-серая шерсть искрила так сильно, что воздух вокруг мгновенно пропах резким запахом озона.

– Эй, мелочь пузатая, брысь отсюда! Тебе здесь совсем не место, сжаришься ведь! – прошептал я, пытаясь свободной рукой снять его с плеча.

Но зверёк только крепче вцепился коготками в мою биомеханическую руку. Он издал вибрирующий гул, словно говорил мне, что никуда не уйдёт и будет со мной до конца. Упрямая животина.

– Ладно, герой. Работаем вместе, раз уж пришёл, – я смирился, и с помощью своих нейро-коннекторов, что выскользнули из моего тела, подключился к «Страннику».

Реальный мир исчез в ту же секунду.

Боль была такой внезапной и острой, будто мне прямо в позвоночник с размаху вогнали раскалённый стальной лом. Я не мог ни кричать, ни дышать. Я просто почувствовал, как моё сознание с невероятной скоростью буквально вышвыривает из родного тела. Меня размазывало тонким слоем по бесконечным тёмным коридорам корабля, по каждому проводу, по каждой схеме.