Чтение онлайн

– О чём вы?
– спросила у него девушка-киборг.

– Сетта были другие. Они не разрешали большинству выглядеть как они. А нынче упала горстка людей, и переполошила это гнездо. Модель чуждого, но разумного существа, попала в руки всем желающим. Духи, кто из любопытства, кто по необходимости, кто и по хитрому умыслу, применили эту модель к себе. Они стали наполовину людьми. Но человек - это не только полноценный разум, это ещё и гормоны, и это инстинкты. Модель работает, духи познают эмоции, познают желания и потребности которых раньше не было. Сетта были одинаковы как по шаблону, сетта вытравили из себя инстинкты, сетта были до ужаса консервативны, в конце концов, они все содержали в себе признаки обоих полов. У вас тоже есть такие организмы. Он гермафродиты. Принявшие в себя человека не смогут быть прежними, не захотят, - он картинно вздохнул и продолжил монолог, - я не беру в расчёт себя. Я расщепил сознание и сейчас полторы сотни почти человек живут в моём оазисе. Я вкусил это и я не верну их в небытие. По крайней мере, ближайшие несколько тысяч лет. Я часть их и они все во мне. Они, я, мы чувствуем счастье спокойной жизни. Младшие духи, не способные быть людьми, берут облик животных. Высшие теплокровные вашей планеты тоже бывают счастливы в своей простой жизни. Ответь, что выберешь ты, безвкусную, но питательную субстанцию, или сочный кусок приготовленного в специях мяса со спелыми оливами, запивая его изысканным вином? Чем неплохое сравнение.

– Второе, - нехотя признал я.

– Твои воины. Они даже в бою хранят облик человека. Они упиваются боем. Безликим, созданным не своей, но чужой волей, исполнителям это не доступно. Ярость, азарт. Адреналин живых и его искусная фантомная имитация у призраков, они не сильно отличаются в конечном итоге. Наша путеводная звезда, именуемая Уаа, так боится быть никем, что плачет, когда её не видят. Она уже почти человек. Даже искательница совершенства попала в этот плен. Ей теперьв голову не придёт искать свою цель за рамками человеческого существа. Кстати, я знаю, как её угомонить, наткнулся на забавный эффект. Сфера познания усваивается мгновенно. Книги же, особенно бумажные, читаются долго, что человеком, что духом.

– Вы хотите дать ей справочники и энциклопедии?

– Целлюлоза и краска на ней легко поддаются синтезу, но дать я ей хочу не знания. Она всего лишь мечтательный подросток, переполненный мечтами о совершенстве, в ней кипит жажда приключений. Я дам ей художественную литературу.

– Это какую же?
– с задорной усмешкой спросила Света.

Похоже на то, что долгий рассказ Нерея лёг на благодатную почву.

– У меня огромная библиотека, которую я создал по земным книгам, во второй сфере их было несметное число, - сказал греческий дух.
– Не хочу таким сокровищем просто так разбрасываться. Давайте подумаем, что можно предложить эльфийской девушке?

– Кажется догадываюсь, - расхохотался я.

Нерей с жестом волшебника извлёк из воздуха здоровенный фолиант. Света не переставая хихикала, уткнувшись в ладонь лицом.

– Таа?н-Ни?ктэ-Ха, благосияющая наша, подплыви поближе, -позвалэльфийку эллин.

– Да, великий, - тут же откликнулась она и резко подъехала.

– Ты же изучила людские печатные символы?

– Того языка, на котором говорят вот эти живые?

– Разумеется.

– Да, великий.

– У меня есть для тебя небольшой дар.

С этими словами протянул остроухой девушке книгу, на обложке которой значилось: Джон Рональд Руэл Толкин, "Властелин колец".

Глядя на то, как книга про сказочных существ лежала в руках молодой эльфийки, я понимал, что это произведение неспроста было ей дано. Сейчас, возможно, создавался новый мир, в котором человечество обретало новых союзников, и люди, без сомнения, примут их с распростёртыми объятиями. А ещё я увидел, как Озеро строит свою мечту - путь к бескрайней вселенной, где духи и люди идут вместе сквозь бесчисленные миры. Я мог ошибаться, но видел я именно это.

За то время, что мы провели на этой планет серый пейзаж и тусклые солнышки стали привычными, даже родными, словно я здесь уже несколько лет, Хотя постоянный полумрак, царивший повсюду, порядком надоел. Вспоминались слова Нерея о бесчисленных мирах и оазисах для каждого. Да, скорее всего, это было благо. Создать тот кусочек вселенной, который понравится именно тебе.

Решили не ехать очертя голову. Два суточных перехода нас вполне устроит. Я криво ухмыльнулся. Нестись четыреста километров в час. На Земле даже дорогие спортивные авто никогда не неслись во всю прыть по хорошей магистрали. Техника, которая движется по пересечённой местности, какой бы быстрой она ни была, вообще катится очень медленно. Я посмотрел на спутников.

Светлана опять ушла в себя. Синий огонёк на ключице горел уже часа два. О чём она, интересно, там общается с товарищами? Скорее всего, опять рассказывает о чудесах, показывает видио и фото, отснятые за последние дни путешествия.

Уаа целеустремлённо двигалась впереди группы. Было видно только её ровную спину и красивую линию талии.

Таа?н-Ни?ктэ-Ха читала книгу, перелистывая страницу за страницей. За это время она уже обзавелась типично эльфийскими атрибутами. Зелёная одежда была прошита тонкой золотой нитью, отчего на ткани поблескивал узор из листьев и каких-то рун. Ножны и колчантакже обзавелись рисунком. Волосы уложились хитрыми тонкими косами с вплетёнными в них золотыми украшениями. До верховика ещё очередь не дошла.

Нерей откровенно забавлялся. В руках у него была небольшая арфа. Не берусь судить.Я не силен в музыкальных инструментах. Он негромко натренькивал несложную мелодию и картинно цитировал Гомера:

...Снова сказала ему совоокая дева Афина:

"О наш отец Кронид, повелитель, верховный владыка!

Если действительно так захотят бессмертные боги,

Чтобы вернулся домой к себе Одиссей непреклонный,

Вестника Аргоубийцу Гермеса теперь же отправим..."

– Ты специально выбрал это произведение?
– обратился я к нему.

– Этот сюжет подходит для всех странников, желающих вернуться домой. В вашей литературе это очень распространено,при этомон ещё подходит и к тому типажу, который я избрал. Или желаете, чтоб я другое про скитальцев нашёл?

– Как хотите, - огрызнулся я.

– Надо крюк сделать, - перевёл он тему разговора.
– Впереди оазис, где живым пока не очень рады.

– Тоже помнят, как были рабами?

– Тут был специальный центр. Сетта любили непривычные для вас удовольствия и имели неприемлемые вашему народу обычаи. Особенно здесь. Люди, когда вступают в конфликт, словесно ругаются или приступают сразу к действию. Сетта пошли по другому пути. Они создавали копии своих обидчиков, долго пытали их, а потом предъявляли противнику в целях устрашения исковерканное, но ещё живое тело куклы, и запись многочасовых пыток. Здесь это и происходило. Здесь пытали беспомощных духов-марионеток, которые чувствовали каждый миг рукотворного ада вместо того, кому этот ад предназначен. Могли такое совершать и в своих домах, но именно здесь был огромнейший арсенал возможностей. Понимаешь, почему они ненавидят живых. Но они мучили не только копии врагов, слуги,попав в немилость, тоже проходили через руки палача. Была целая индустрия. Даже искусство. Виртуозные пытки становились достоянием общества. Это социальная философия сетта. А когда раб становится не нужен, его лишают всех форм и кидают в обитель отверженных, где дух испытывает бесконечную боль, пока окончательно не сходит с ума и не начинает просить о смерти. Лишь избранные избегали такую участь. Мы были даже не вещи, мы были хуже.

Я промолчал. Зловещий оазис огибали по широкой дуге.

– Переубедить их никак нельзя?
– спросил я, рассматривая комплекс сооружений.

– Этих нет. Слишком велика память о боли. Кто хочет послушных живых, присоединяется к Таа?к-Се?тта. Многие готовы поверить, что люди лучше сетта, очень многие. Мы ведь не садисты. Но они боятся гнева сильных духов. Честно говоря и сетта не все такие, только те, кто достиг власти. Однако здесь, - он ещё раз ткнул пальцем в оазис, - побывалихотя бы по разу, каждый из них. Чтобы просто выместить злобу на невинных, вместо настоящих обидчиков, выпустить пар. Я наблюдал за вами, когда читал вторую сферу познания. Вы общаетесь с нами как с равными. Я прочитал литературу. И не только придуманную, но и научные труды. Вы используете животных. Всегда использовали. Но когда техника вытеснила труд живых организмов, люди продолжили сосуществовать с нимипросто потому, что это доставляет вам радость. И даже когда употребляете специально выращенных в пищу, что вполне понятно и объяснимо, вы их просто убиваете, без мучений. А когда надобность в получении нужных белков из мяса живых организмов пропадёт окончательно, вытесненная всё совершенствующимся синтезом, то без сомнения их смерть выйдет из вашего обихода и образа мышления.

Он замолчал, оставляя мне возможность переварить сказанное. Незаметно оазис остался сзади. Горы были всё ближе и ближе, вырастая из-за горизонта. Вздыбленные Острые пики, в отличие от земных, были лишены белых шапок ледников, и по цвету почти не отличались от грунта перед ними. Не было и голубой туманной дымки, присущей густой атмосфере.

По пути несколько раз нам попадались безумцы, кидавшиеся на нас. Псы-Наёмники тогда спелыми фруктами падали на землю и мгновенно превращались в человекозверей. Мелькавшие клинки разрубали призрачную плоть, заставляя её обладателей принимать окончательную смерть. Мы даже не останавливались. Солдаты удачи прямо на ходу цеплялись за нужные ремни и сворачивались в малую форму.