Призраки прошлого
Шрифт:
Но страдать это ему не мешало.
Александра думала долго. Поля сменялись лесными посадками, посадки — вновь полями. Весь этот путь девушка молчала, перекатывая в голове то самые оптимистичные, то максимально скорбные прогнозы.
Однако, несмотря ни на что, тишина была девушке хорошей подругой. Александра успела похвалить себя за спокойствие и относительное хладнокровие, которые умудряется сохранять в этой череде событий. Приободрилась мыслями о тех ответах, что уже удалось добыть. Порадовалась жизни, ведь могла оказаться убитой тем же Геральдом, которому явно интереснее кулон, чем её скромная персона. В общем, поводы для радости были, и это прекрасно. А что она в другом мире, вдали от наверняка с ума сходящих близких, понятия не имеет, когда вернётся и вернётся ли — это ничего, это всё решаемо, поэтому пока лучше задуматься о более насущных вопросах.
— Ты удивительно тихая для попавшей в чужой мир, — вдруг произнёс Геральд, словно прочитав мысли девушки.
— Сомневаюсь, что тебе очень охото тратить на меня своё время, к тому же у меня нет жизненно важных вопросов. От того, что был, ты уже однажды успешно увильнул, а у меня нет желания пытаться вновь.
Молодой человек глянул на Александру с непонятной эмоцией.
— И что это был за вопрос?
— Куда мы идём.
Геральд усмехнулся.
— Хм. Ты права, я действительно не знаю, как ответить на него. По крайней мере, чтобы это было правдиво.
— Хочешь сказать, ты ни разу мне не врал?
— Ни полразика с самого нашего знакомства! Признаться, обычно я так не делаю, но в этом, оказывается, есть своя прелесть.
— И почему же ты решил… поэкспериментировать на мне?
— Это вышло случайно, — Геральд пожал плечами, — если бы ты знала одну деталь, думаю, смогла бы точнее понять, что я имею в виду.
— Но ты мне её конечно не расскажешь.
— Конечно, — его тонкие губы сложились в лукавую улыбку, — будет с тебя потрясений сегодня.
— Но в этом мире рассвет! День только начался, — возмущённо заметила Александра.
— Твою бы внимательность, да в другое русло, — протянул молодой человек.
— Кто-то мне так уже говорил…
— Почему я не удивлён?
Александра закатила глаза. Этот человек ужасно напоминал Влада с его бесконечными язвительными комментариями и упрёками.
«Что ж, вот вопрос с моим расположением к похитителю и решён, — подумала девушка, — очевидно, я вижу сходства со своим знакомым и переношу заодно все остальные качества Влада на Геральда, хоть они во многом и отличаются. Поэтому и топаю следом, не только от безвыходности, но и из-за пресловутого устройства чего-то в мозгу. Прекрасно».
Эти мысли совсем не утешали. Как и полное отсутствие какого-либо населения вот уже несколько часов.
— Кстати, а почему тут совсем нет людей? — поинтересовалась Александра. Цепочка мыслей так грамотно подводила к этому вопросу, что девушка даже не заметила, как произнесла его вслух.
— А как тебе кажется?
— Фу, хватит изображать учителя! — зашипела Александра, — Тебе не идёт.
Последняя фраза заставила уголок губ Геральда дёрнуться.
— К тому же ты выглядишь лет на двадцать пять максимум. Если ты конечно не какой-нибудь древний вампир.
Не успел молодой человек ответить, как в воображении Александры уже пронеслась сотня диких картинок и возможных вариантов её дальнейшей судьбы, если ответом сейчас будет: «Вообще-то да, мне уже тринадцать тысяч пятьсот девяносто восемь лет, глупое создание». С этой дурацкой жизни станется не поскупиться на сюрпризы, с Геральда станется быть вампиром. Не зря же он такой весь из себя изящный и опасный.
«Прекрасно, я умру в юности и самом расцвете си… сумасшествия. До расцвета сил мне далеко».
Геральд, внимательно наблюдавший за лицом девушки, выразительно приподнял бровь.
— Будет очень мило с твоей стороны, если ты расскажешь, что значит то последнее слово.
Александра резко прервала череду похоронных записок и удивлённо склонила голову набок.
— Тебя… интересует слово вампир?
— Да.
— Ты не знаешь, что это значит, серьёзно? — девушка вдруг осознала, что до сих пор они общались на двух разных языках, а теперь Геральд заговорил на её родном.
Александра коварно ухмыльнулась, мигом забыв все страхи. Наконец это не она Незнайка в стране чудес! Успех!
— Вселенная, судя по твоему лицу, я сейчас очень пожалею, что просто не ответил «да» сразу, — подпустив в голос усталости произнёс молодой человек.
Александра улыбнулась шире.
— Нет, ну что ты, — пропела она, — в конце концов, что я могу сделать? Рассказать неправду и не узнать, вампир ли ты? Это не в моих интересах. Но да, внутренне я очень злорадствую.
— Внешне тоже. Ты просто не видишь.
Александра решила выпад проигнорировать.
— В общем, вампиры — это такие полулюди — полумертвецы. Они пьют человеческую кровь. Некоторые могут превращаться в летучих мышей, некоторые гипнотизировать. И живут о-очень долго. Веками.
— И только-то? — усмехнулся Геральд, — не особенно страшное создание, и чего ты так испугалась?
— Ты совсем куку? Кто захочет таких сомнительных перспектив, как смерть от потери крови? Как смерть в принципе.
— Милая моя, если бы я хотел тебя просто убить, я бы уже давно это сделал.
— Что значит просто?
— Просто — значит просто. А так я брошу тебя на растерзание чудовищам и с трибун буду болеть. Тихо так, про себя. Двадцатой мыслью, которая придёт мне в голову.
Александра пару раз моргнула. Геральд усмехнулся.
Итак, понять, шутит ли он или говорит серьёзно шансов не было. Выбирай любое, Александра, что больше нравится. Не долго длилась победа, вот ты опять стоишь и тупо смотришь на него, чувствуя явное отставание по части словесных дуэлей.
— Не делай такое лицо, я говорил, что мы не друзья.
— Ты своей этой правдой кого-нибудь точно в гроб сведёшь однажды, — пробурчала девушка.
Они вновь возобновили движение по бесконечным холмам. Солнце странного сиреневатого оттенка уже вовсю светило в лица: хмурое — Александры и насмешливое — Геральда. Птицы не пели.
— Не кого-нибудь, а разве что тебя, — с лучистой улыбкой ответил молодой человек, — потому что больше я ни на кого такого обилия правды не выплёскиваю.
Александра гневно пнула попавшийся под ноги камень.
«Я не верю ему, я не верю, — набатом звучало в голове девушки, — нельзя на слово верить никому, тем более нельзя на слово верить этому! Нельзя, нельзя, нельзя». Внутренний голос задыхался. Вопрос о людях, который и завязал весь этот в общем бессмысленный диалог, так и оставался неразрешённым. Вопрос о возрасте Геральда — тоже. Первый день в новом мире начинался погано.