Чтение онлайн

Перси хихикнул.

— Отлично. — Я налила Розе чашку кофе. — Пойду найду свои туфли.

Роза указала на дверь, сурово приподняв брови.

— Хорошо, — вздохнула я. — Пойду босиком.

Мокрый утренний песок шевелился под моими ногами, когда я шла по пляжу. Я провела кончиком пальца по краю маленькой белой ракушки, которую держала в руке, ощущая ее крошечные гребни и колючие песчинки, прилипшие к ее нижней стороне.

Холодный ветер жалил мне нос и лицо.

Это было приятно. Хотя, если бы мне повезло, я бы простудилась и провалялась в постели несколько дней.

Человек, бегущий по пляжу в мою сторону, был высоким и стройным, его шаг был легким, несмотря на слои черной спортивной одежды, покрывавшей его с ног до головы.

Эфраим помахал мне рукой, когда расстояние между нами сократилось, и я заметила симпатичную щетину на его щеках и мокрые от пота волосы, выглядывающие из-под вязаной шапочки.

По мере приближения он замедлил шаг, его глаза внимательно изучали меня.

Я скрестила руки перед собой.

— Странно видеть тебя здесь.

— Я бываю здесь каждое утро.

Я кивнула, стараясь не вникать в его тон.

Он снял шапку, и ветерок взъерошил его влажные волосы, как ветер птичьи перья. Он повернулся лицом к воде, вытянув руки, как будто хотел вобрать в себя этот вид. — Я никогда не бегал рядом с океаном, которому так много хочется сказать.

— Слышишь голоса?

Он закатил глаза и засмеялся. Глубокий, хриплый звук.

— Ты бы знала об этом.

— Туше.

Он вздохнул и сел на песок, так близко, чтобы прибой мог дотянуться до него и коснуться ног. Он стянул кроссовки и носки, затем закатал свои штаны, обнажив сильные, загорелые икры и ступни. Он жестом пригласил меня присоединиться к нему.

— Садись.

Я замешкалась, затем вздохнула и опустилась рядом с ним.

— Ты ведь понимаешь, что на улице около сорока11 градусов?

— Скорее, шестьдесят12. — Его улыбка расширилась. — И тебе было бы не так холодно, если бы ты потрудилась надеть обувь.

Я закатила глаза, не утруждая себя объяснениями, откинулась на локти и выжидающе посмотрела на него.

Он уперся пятками в песок.

— А теперь закапывай ноги.

Я пошевелила пальцами ног и погрузила их в сырость.

— Зачем мы это делаем?

— Это называется «заземление», — сказал он. — Общение с природой.

Я дрожала и старалась не стучать зубами.

— Океан будет с нами разговаривать?

— Конечно. Но ты не сможешь его услышать, если будешь разговаривать.

— Хорошо.

Эфраим закрыл глаза, позволив голове опуститься между плеч. Он раскинул руки рядом с собой и уронил голову на песок.

— Хорошая девочка. Ложись.

— Я не твоя хорошая девочка.

Он зарычал, явно раздражаясь.

Я сжала челюсть и откинулась на холодный песок. Смотрела на серые облака и дрожала.

— Ничего не происходит.

— Закрой глаза, сделай глубокий вдох и слушай.

Я закрыла глаза.

Уитни. Разбита.

Ух. Я не могла заниматься подобными вещами. Стекло.

Волны разбивались совсем рядом с нашими ногами, тянулись к нам пузырящимися ледяными пальцами. Ветер шептал. Кричала чайка.

Секунды превращались в минуты, извиваясь и изгибаясь в ровном ритме океана. Я почувствовала на себе взгляд Эфраима и ощутила, как он приподнялся.

— Что оно тебе говорит? — спросил он.

Может быть, дело было в том, как нежно он это спросил, или в тоне его голоса, напомнившем мне об Алистере и сотне других таких же мелких моментов из прежней жизни, но все это было слишком.

Вся печаль, разочарование, чувство вины, страх, которые я тщательно скрывала после возвращения в Дарлинг-Хаус, вырвались на поверхность.

— Оно говорит, что я разбита, — задохнувшись, сказала я. — Оно говорит, что во всем, что произошло, виновата я. Что я не должна была сюда возвращаться. — Слезы навернулись мне на глаза, а горло болезненно сжалось. — Оно говорит, что в тот день река должна была забрать именно меня, а не Сета. Это должна была быть я. — Я повернулась чтобы уйти.

— Уитни, подожди.

— Что, Эфраим? — я уставилась на него. — Что тебе от меня нужно?

— Мы поженимся через три дня.

Я усмехнулась.

— Мы уже женаты, помнишь?

— Ты знаешь, что я имею в виду.

— Да. И мне все равно. Это чудесным образом запутавшаяся паутина лжи, секретов и трагедий. Я не знаю, чего ты ожидаешь от меня, но в данный момент злость — это все, что я могу предложить.

С горящими глазами он вскочил на ноги и крепко прижал меня к себе. Его губы впились в мои, дикие, как океан рядом с нами. И с такой же легкостью он мог унести меня прочь.

Кровь шумела у меня в ушах, каждый удар сердца предупреждал меня о том, что надо вырваться от него, но мои предательские руки обвились вокруг его шеи.

— Эфраим, мы не можем, — задыхалась я. — Проклятие.

— К черту это проклятие, — пророкотал его голос, рваный и задыхающийся. — Будь здесь. Будь здесь. В этом моменте. Со мной.

Я встретилась с его глазами, изучая крупинки золота в море изумрудов. Редкая уязвимость смотрела на меня в ответ. Холодный ветер с океана развевал мои волосы по лицу.

— Я знаю, что тебе хотелось бы сделать вид, — сказал он, — что ты можешь оставаться такой же отстраненной и бесчувственной, какой ты была последние два года. Но мы не призраки, Уитни.

— Нет? — я изо всех сил старалась выдержать интенсивность его взгляда. — Тогда кто же мы?

Он обхватил мои щеки ладонями.

— Прежде чем закончится этот год, ты хорошо узнаешь, насколько мы живы. — Он нежно поцеловал меня в лоб, а затем отпустил.

Так много слов вертелось у меня на языке. Столько всего хотелось сказать.