Чтение онлайн

Большой зимний сад.

Гигантское четырехэтажное помещение со стеклом и старинными металлическими рамами, блестящим мраморным полом и сотнями сочных экзотических зеленых растений.

Сложная мраморная лестница вела с первого этажа на четвертый, затем переходила в узкую лестницу на чердак, соединив все этажи дома в единое великолепное пространство. Стеклянные наружные стены позволяли любоваться болотом с высоты. Но самым привлекательным аспектом атриума был цвет. Сверху донизу все, что не было сделано из мрамора или стекла, окрашено в темно-синий цвет. Более насыщенный, чем небесно-голубой, не такой зеленый, как бирюзовый, а где-то посередине все помещение было окутано голубым цветом.

Гулла-Гичи8 верили, что духи не могут пройти через воду. Поэтому, чтобы отгородиться от злых духов, таких как Бу-Хаг9 и Плат-Ай10, многие красили крыши, ставни, двери в синий цвет. Со временем эта традиция распространилась и на внутренние помещения, например, спальни, и на общие помещения, как в этом доме.

Но помимо поразительных видов и уникального выбора краски, в зимнем саду было что-то особенное. Что-то эфемерное и странное. Когда я была ребенком, то часто приходила сюда. То ли для того, чтобы побыть в одиночестве и подумать, то ли потому, что видела или слышала что-то, что меня пугало, это место было для меня убежищем. Местом отдыха. Где тихо. Безопасно.

Но все красивые и безопасные места имели свои секреты.

Я представила себе дверь внизу лестницы.

Она всегда была заперта.

Сколько себя помню, всегда была заперта. Облицованная с одной стороны одиннадцатью латунными замками и выкрашенная в более насыщенный синий цвет, чем все остальное помещение, она была источником домыслов поколений и детских кошмаров. Ни у кого не хватало смелости попытаться отомкнуть замки и открыть дверь.

Слава Богу.

Не хватало только, чтобы на нашу семью свалилось еще одно проклятие.

Окинув взглядом темное болото за окнами, я пересекла площадку второго этажа и присела на верхнюю ступеньку, посмотрев на первый этаж. Затем затаила дыхание и прислушалась. Ничего не было слышно.

Абсолютная тишина.

Как будто здесь вообще не происходило ничего примечательного.

Я вздохнула и прислонилась к перилам лестницы.

Когда ураган пройдет и уровень воды спадет, мы сможем легко перевезти Эддисон в больницу, не так ли? Я не знала достаточно обо всем этом. И в этом была моя собственная вина. У меня слишком давно не было полноценного разговора с сестрой.

Вспышка молнии осветила зимний сад, за ней последовал раскат грома. Оконные стекла задрожали. Мост еще некоторое время будет затоплен.

Моя сестра ушла туда, куда я не могла последовать, в дикое место, где никто не мог остановить происходящее. Даст Бог, моя маленькая племянница ворвется в этот мир с воплем, так же внезапно, как его покинули наши близкие.

Снова сверкнула молния. Снова, почти сразу, раздался раскат грома.

Дождь почти горизонтально стучал в окна.

— Уитни.

Я напряглась.

— Уитни, милая девочка.

По спине пробежал ледяной холодок.

С тех пор, как мне исполнилось двенадцать лет, и стекло начало говорить со мной, взывая ко мне в любое время суток, я привыкла к тому, что в моей голове звучат голоса.

Но это было не в моей голове.

И это было не стекло.

— Уитни, выпусти меня.

Оцепенение, похожее на покалывание, охватило кожу головы и опустилось до ступней. Мой взгляд устремился вниз, где за углом у подножия лестницы ждала запертая дверь.

— Выпусти меня. Клянусь, я буду добрым.

Странное, внезапное желание охватило меня.

Я должна была увидеть ее. Дверь.

Я стояла, ухватившись рукой за перила, как за спасательный круг, и пальцы стали белыми, как кость.

Я хотела уйти. Попыталась повернуться, но не смогла.

Что-то заставило меня спуститься по лестнице.

Одна ступенька. Потом еще одна.

Еще одна.

Так вот каково это — потерять рассудок?

— Это у тебя в голове, — прошептала я, отогнав панику, грозившую захватить меня. — Это всего лишь дверь.

Дом добрался до меня. События последних нескольких дней давили на меня.

— Уитни.

Я спустилась на последнюю ступеньку. Толстый ковер заглушил мои шаги, когда я отпустила перила и повернула налево, к окнам и черному болоту за моей спиной.

И тут появилась она.

Старинная синяя краска, вертикальные ряды ветхих замков и засовов на дверной коробке — все это бросалось в глаза. Она была совсем не похожа на остальной дом. Этот маленький кусочек истории был намеренно оставлен в запустении. Я никогда не прикасалась к двери. Сет предостерегал меня от этого, как и Алистер, а однажды и мой отец.

Это место, где я стояла сейчас, следовало обходить стороной, как устрицы на пляже или разбитый кусок тротуара. Место, куда нельзя ступать, иначе рискуешь пострадать.

— Выпусти меня, Уитни.

Я прижала кончики пальцев к прохладной поверхности.

Это была дверь.

Всего лишь дверь. Через мгновение я повернусь, поднимусь обратно по лестнице и найду маму. Мы заварим чашку чая или выпьем по рюмке водки с Фрэнсисом.

— Просто дверь, — прошептала я.

Я перевела дыхание и прижала к ней ладонь, растопырив пальцы, как звезду.

Я изучала ряд латунных замков на дверной коробке. Всего их было одиннадцать, каждый с разными по форме замочными скважинами и механизмами их открывания.

Неужели для того, чтобы их отпереть, потребуется одиннадцать разных ключей?

Или кувалда.

Так бы сказал Сет. Я слегка улыбнулась этой мысли и зажмурила глаза.

БАНГ.

Дверь содрогнулась под моей рукой от громкой, жгучей вибрации.

Я вскрикнула, отшатнулась назад, как будто меня толкнули, и упала ничком на твердый пол.

Кровь хлынула в уши, запульсировала в голове, призвав меня бежать.

Но я не могла пошевелиться.

Что-то ударило в дверь.

Изнутри.

Мой разум умолял меня бежать.

Но я могла только смотреть на дверь в ожидании момента, когда она распахнется, и какой-то полусгнивший монстр рванет вперед и утащит меня в темноту.

Я раздвинула пальцы и поджала под себя ноги, готовясь встать, но замерла.