Чтение онлайн

— Агата… — прошептал Данила.

— Даня! Агата! Он возвращается!

Предупреждение Тины протрезвил его от печали. Это не конец. Прах Вентиуса как намагниченный собрался воедино в одну горку, и он, застилаемый дымом, который раз сложился в высокого грозного мужчину. Тина, освобождённая от пут, вновь защищала тело Марка, которое так и оставалось источником силы для Вентиуса.

— Какие же вы удачливые, — зашипел Вентиус, долго выбирая, на кого наброситься.

Отметив взглядом Тину, он выпустил длинные когти из левой руки.

— Остановись! — перед готовым бежать Вентиусом выпорхнул алый огонёк и предстал призраком Анны. — Ты уже освобождён от Дома Слёз. Ты свободен! Что тебе ещё нужно? Зачем тебе эти души?

— Анна, — заговорил он более естественно, — ты прекрасно знаешь, что они — залог моей силы. Тьма и Свет всегда существуют за счёт человеческих душ. Без них они ничто! Без них они никому и ничему не нужны! А мы нужны людям, и Тьма в том числе.

Вентиус схватил Анну и, словно в вальсе, сотканном из пепла и дыма, закружил с ней вокруг оси.

— Скажи мне, Анна, разве я не был тебе нужен? — замер он и склонил её к заиндевелой земле. — Я собирал эти души для нас с тобой, чтобы мы стали сильными, свободными, всевластными. Так зачем ты предаёшь меня? Сейчас, на самом пороге?

Анна нахмурилась и с отвращением обнажила зубы.

— Ты мне больше не нужен, Вентиус. И я больше не нуждаюсь в твоей власти.

— Ах, вот оно, как… Что же, все эти смерти в честь тебя!

— Нет!

Замахнувшись на Тину, Вентиус ударил Анну, вставшую на её защиту. Ведьма и её бывший покровитель встали на путь сражения.

Данила был заворожен их конфронтацией, но ни в коем случае не забывал поглядывать на Агату, опасаясь, что совершенно в любой миг либо она потеряет сознание, либо Вентиус придёт за ней, чтобы добить.

— Чёрт возьми… Почему же я не могу защитить тебя? Почему я, Агата, не могу защищать тебя так, как ты защищала меня?!

Данила закричал это в таком порыве эмоций, что его сердце ощутимо подпрыгнуло. Он чувствовал боль Агаты, он чувствовал её мысли, как если бы страдал он, а не она. Как же он хотел забрать её боль наяву…

— Возьми меня за руку, — вдруг сказала Агата.

Данила сделал то, что она просила. Их руки засияли, а между их сердцами зажглась мощная связь. Прилив забытой энергии проник внутрь него, отгоняя страх и тревогу. Казалось, их души сплелись в этой нити, в этом рукопожатии, в этом взгляде, когда они смотрели друг на друга.

Агата улыбнулась:

— Моя сила теперь и твоя сила. Ты тоже можешь…

Она отпустила руку, и сияние прекратилось. Откинув голову, Агата закрыла глаза с неувядаемой улыбкой на алых от крови губах.

— Агата, не уходи! Агата!

Она не ответила. Но она была жива. Её сердце билось в груди Даниила вместе с энергией, которую она ему передала.

Послышался крик Анны. Вентиус придавил её к земле, сжимая горло. Тина, магически истощённая, стояла на коленях позади него, не в силах более биться.

Тина, которая вырастила в себе полутень из-за проклятия Дома Слёз. Агата, которую чуть не убил этот душегуб. Те несчастные, включая Марка, которые поневоле стали жертвами Тьмы… В Данииле проснулось новое чувство. Чувство мести. Чувство правосудия. Его душа жаждала возмездия.

— Вентиус! — выкрикнул он.

Тот обернулся. Ослабленная Анна окинула Даниила сожалеющим взором.

— Простите меня.

И после этих слов осколками мозаики разлетелся последний свет из её души. Анна превратилась в угасшую тень без энергии и воли. Вентиус приподнял её и, убедившись, что она утратила своё сознание, грязной тряпкой выбросил за пределы зрения потоком грязи.

— Вентиус! Посмотри на меня!

И Вентиус снова повернулся к Даниилу. На прокажённом лице духа отразилось откровенное удивление:

— Ваша связь душ. За столько лет не видел я ничего подобного.

Данила так и думал, что ему понравится.

— Потому что мы уйдём лишь вместе. Но не сегодня.

Даниил резко развёл руки, и в его ладонях распустился Небесный огонь. Тёплый вихрь взметнулся вокруг ног, поднимая кверху его волосы, траву и деревянные щепки. Ему подчинялась магия, о которой он и мечтать не смел. Из его души через кровь и плоть отзывались самые сокровенные чувства.

Агата жила, пока жил он. Но Агата погибнет, если не умрёт Вентиус. И он сделает всё, что в его силах, чтобы спасти её. Её и те чужие души, ради которых она пожертвовала собой.

— Даня! — окликнула Тина, пролетев за спиной Вентиуса.

У неё явно созрел план спасения, и Данила без капли сомнения последовал ему, единственно верному и удачному.

Зарядившись энергией Воздушных рун, Тина на скорости влетела в отравленное тело Марка. Она стала вирусом для сгустившейся в нём тьмы, которая всячески отталкивала её из тела. Каким-то чудом она заставила Марка подняться, и Данила выпустил в него огненный шар.

Пламя выбило из него Тину, укутанную в чёрный дым. Однако, вылетая из тела Марка, она успела вытащить из него душу Тимофея. Небесный огонь сжёг часть заклятия, в клочья разорвав искусственную связь Тимофея с Марком.

Вентиус рухнул на колени, так и не добежав до Данилы. Он снова начал растворяться.

— Негодяй… Что же ты делаешь! — из его искривившегося рта пошла чёрная пена.

— Делаю то, что должно, — холодно ответил Даниил.

Возведя руки, он подчинил себе пылающий огонь Дома Слёз. Ему откликнулись белыми вспышками, и из руин погибающего особняка вознеслись все искалеченные души, попавшие в его плен. Тридцать призраков, нашедшие свой свет, вернувшие себя и готовые к битве за своё полное освобождение.

— Твой ход, Сирил! Я знаю, что ты рядом.

Тот, чьё имя назвал Даниил, всегда был рядом с ним и рядом с Агатой. С высоты лунного неба падающей звездой приземлился призрак со шрамом на щеке. Выступив впереди собравшихся в армию душ, Сирил воскликнул с присущей его времени пылкостью:

— Пора очнуться ото сна, друзья! Так свергнем же мы Зло!

Мятежные призраки окружили духа снежной пургой. Он сопротивлялся, распуская тени и жгучие реки гнили. Полные Небесного света души оставались непоколебимы, кружа вокруг него, бьющие по его глазам, дёргающие за руки, рвущие на нём волосы. Сила Вентиуса, которой он так и не насладился вдоволь, неумолимо истощалась. Ловкий Данила, поддерживаемый Сирилом, продолжал биться. Пусть Данила и не понимал до конца, каким образом магия, будто давно забытая песня, вырывалась из него, совершенно непривычного к ней, но она была с ним одним целым. Магия на его стороне. Он собрал в одном месте весь свет, который смог позвать.