Чтение онлайн

Я вышла в центр зала, постояла немного, ловя волну ритма, и начала исполнять знакомые движения. Переходы, изгибы, тряска, удары грудью и животом...

Я так увлеклась, что не сразу поняла, что рычащее нечто передо мной - это Повелитель, а в зале стоит тишина.

– Ты играешь с огнём, Райнис!
– зло хрипел Повелитель, стоя рядом.

– Вы ошибаетесь. Я не играю с огнём, я и есть огонь! Так что осторожнее, Повелитель, не обожгитесь! Танец окончен.
– Сообщила я прямо в лицо оскалившегося Повелитель и ушла в свои покои.

Глава 20.

Саар-Нали-Юфей.
– Кочевники на границах оживились. Их своры налетают сразу в разных местах, сбивая очередность наших сигналов.
– Докладывал Ла Гуян, мой побратим и старший моей разведки.
– Вестей от наших лазутчиков нет, а моря неспокойны. Полосы глубинных бурь разрастаются, мы не можем должным образом обеспечивать наши гарнизоны.
– А артефакты?
– спросил я не поворачиваясь к другу.
– Их изготовление слишком дорогостоящее. Сам знаешь, там где нужно пять у нас один и то, полуразряженный.
– Наедине мы обходились без церемоний.
– Без займа в Восточных провинциях боюсь не обойтись. Или отводить войска в глубь страны, оголяя границы.
– Отвести войска означает оставить приграничные территории на потеху кочевникам. Завтра совет. Я запрошу у Ле Гунна пополнение в казну в счёт налогов будущих лет.
– прикрыл я глаза, заранее представляя как будет выглядеть очередная просьба к наместнику.
– Он и так уплатил на пятнадцать лет вперёд, - напомнил побратим.
– Не напоминай, а?
– попросил я. Ла Гуян ушёл, а я вышел на балкон. Моря не спокойны и бури захватывают всё больше территорий. Настолько больше, что одна из границ такой полосы похоже находится у меня в душе.
– Я и есть огонь!
– насмешливый голос, упрямый взгляд сверкающих от гнева глаз... Райнис Ле Гунн не давала мне покоя. Насмехаясь над наложницами, пытающимися показать себя в танцах, она явно не ожидала, что я заставлю её саму развлекать меня танцами. И отомстила! Никогда в жизни я не то что не видел таких танцев, я даже не представлял, что такое возможно. От её движений закипала кровь, она манила и дразнила, заставляя прикепать взглядом к её телу! Когда первый шок прошёл, я почувствовал себя так, словно меня снова опоили. Даже решил проверить свой бокал но нет тета, как тета. Видимо сказалось то, что я давно не приглашал наложниц в покои удовольствий. И Райнис об этом знала. Пока она носит моего ребёнка, я физически привязан к ней. Я и так нарушил правила и не отправил из дворца гарем, как подобает. Но на это нарушение я пошёл намеренно, прекрасно понимая, что это демонстративное оскорбление. Только вот Райнис вела себя так, словно этого не замечала. Даже мать уже высказала мне и за гарем, и за ужин, и за этот танец будь он проклят самой глубиной! Неделя прошла с того ужина, а стоит закрыть глаза и перед глазами гибкое тело среди лёгкого порхания алого шёлка. И этот взгляд! Между мириидами ожидающими потомство всегда устанавливается связь, вне зависимости от их воли и желания. Я уже дважды это переживал, но сейчас места себе не мог найти. Злость, ненависть, беспокойство и что-то напоминающее восхищение смешивалось в смесь, поопаснее горящих чернил! Та Райнис, которую я видел сейчас не могла не восхищать. Не капризная и истеричная дрянь, какой она всегда была. Откуда только взялся этот характер и эта манера держать себя так, словно она Повелительница среди беснующейся толпы? Она же всегда демонстрировала свою лживую покорность. А сейчас язвит и жалит, огрызается, словно я не Повелитель, а... Как будто я даже смотреть в её сторону недостоин! Какие-то тайны и секреты вокруг неё только множатся с каждым днём! Таскает с Гремящего берега со своей служанкой ракушки, которые никому не нужны! Убегает тайком в сад, причём к развалинам храма, куда по доброй воле ни один дворцовый мириид не сунется! Вот что она там делает? А ведь у неё дар, и если она смогла Чена раскачать, то кто заверит, что мы точно знаем о её силах? Вспомнив о сыне невольно поморщился. Мальчишка как с цепи сорвался. Просыпаешься, он уже тренируется, засыпаешь, он ещё тренируется! И хвостом вьётся за Райнис. Даже во время того танца, именно он отбивал на барабане ритм! Устав от собственных мыслей решил пойти и навестить мать или сына на его занятиях. Но в коридоре натолкнулся на одну из служанок Райнис. Девушка словно невзначай кинула в мою сторону быстрый взгляд на меня и склонилась в поклоне, пряча лицо. Как предписывали правила, демонстрируя девичью скромность. Которую ровно точно так же демонстрировала каждая из наложниц. Покорность подданной перед Повелителем, и женщины перед мужчиной. Одна Райнис после своего возвращения открыто демонстрировала, что считает себя равной мне во всём. Каждым словом, каждым жестом показывала, что если я хочу её уважения, я должен его заслужить. Усилием воли я выкинул мысли о жене из головы.
– Ну, достаточно. Забыл, как твоё имя?
– я и не знал его никогда, но кто в этом дворце может знать о Райнис всё, как ни её служанки?
– Синь, Повелитель. Простите, но вы знаете кто я?
– удивлённый взгляд.
– Конечно знаю. Даже твоя скромность не может утаить твоей красоты. Скорее наооборот, привлекает.
– Льстил я девице, каких по дворцу бегали толпы.
– Я всё хотел узнать, не обижает ли тебя твоя госпожа? Если она жестока с тобой, скажи мне, хорошо?
– Хорошо, Повелитель.
– Раскраснелась служанка Райнис.
– Спасибо за вашу заботу и внимание, ведь я простая служанка.
– Волна капризна, и сегодня служанка, а завтра жемчужина гарема, - закинул я наживку.
– Ведь кажется именно тебя Райнис планировала отправить ко мне в ночь оплодотворения.
– Да, Повелитель. Но я не хотела обманывать вас!- зачастила она.
– Я верю. Тебе, Синь, верю. Я бы уже сейчас забрал тебя в свой гарем, но ты сама прекрасно знаешь наши законы. Пока твоя госпожа вынашивает будущего принца, я не могу взять ни одну наложницу. Да и забрать близкого и доверенного мириида в такой момент...
– замолчал я, предоставляя служанке возможность самой придумать мне оправдание.
– Конечно, ведь перед законом равны все, и даже вы, Повелитель!
– покивала головой Синь, но по изменившемуся взгляду я понял, что мысленно она уже переселяется в покои наложниц.
– "Ну-да, ну-да, вот только поэтому я ещё и подарил тебе дворец, трон и полцарства в придачу".
– усмехнулся я про себя, но вслух сказал совсем другое.
– Да, но главное запомни, если Райнис будет жестока или срывать на тебе свою злобу, или будет посылать куда-то, найди меня!
– напомнил я служанке.
– Кто знает какие мысли в её голове, может она сейчас уже замышляет что-то. В конце концов свои любимые бои она уже очень давно не посещала.
– Ой, да она сейчас только ерундой какой-то занимается! Бегает в сад через окно, всегда с едой. Перемалывает ракушки и что-то мудрит со всякими склянками... Повелитель, мне кажется, что она повредилась в уме!
– тут же подтвердила мой вывод о себе служанка, начавшая выбалтывать всё о своей госпоже.
– Мастер Линьe, мастер Линьe!
– пробежала мимо нас вторая служанка Райнис.
– Кани Маали, что за крик?
– остановил её наш мастер над редкостями и искусству.
– Моя госпожа...
– пыталась отдышаться служанка.
– Волна! Что с ней? Целителя!
– рявкнул я.
– Не надо целителя! Госпожа изобрела пурпур! Настоящий, разных оттенков!
– с восторгом выпалила Маали.
– Пурпур? Как? Как она это сделала?
– остолбенел я.
– Это же госпожа!
– развела руками в стороны девушка.

Глава 21.

Саар-Нали-Юфей.

В покои Райнис я вошёл вслед за мастером. Её служанка провела всех в комнатушку без окон и мебели. Ну не считать же мебелью несколько полок прямо на стене?

Чем была эта комната раньше было непонятно, но сейчас всё было уставлено чашками с каким-то порошком и тазиками с водой разного оттенка пурпура.

– Саари Райнис, ваша служанка сообщила мне странную новость. Но я вижу...
– растерялся мастер.
– Простите, госпожа. Приветствую прекраснейшую...

Мастер от удивления забыл даже поприветствовать Ле-Гунн.

– Пффф... Моей красоты меньше не станет, если мне забудут об этом напомнить, - рассмеялась Райнис.
– Маали совершенно верно вам сказала, смотрите сами.

Пока я пытался взять себя в руки и выкинуть из головы картину где Райнис, с перепачканными щеками и мазком краски на лбу, искренне и открыто смеётся, демонстрируя очаровательные ямочки, она потащила мастера к тазикам.

– Вот смотрите, это растворы с красящим порошком. Мы опустили туда кусочки разной ткани, и вот что получилось.
– Протянула она ещё влажные тряпки пурпурного цвета.

– Окрасились, действительно окрасились.
– удивлённо протянул мастер после долгого и внимательного осмотра.

– Эти куски после стирки, ещё несколько лежат на улице, хотим посмотреть, быстро ли ткань будет выгорать.
– Радовалась Райнис.

– Стирки?
– переспросил я просто потому что Райнис и слова стирка или уборка были несопоставимы. Словно из разных миров.

– Да, вот смотрите, Маали сказала, что это сильный раствор, при помощи которого можно отстирать даже кровь.
– С этими словами Райнис прямо на моих глазах взяла из рук мастера ткань, опустила её тазик и начала усиленно тереть в руках.

– О, Волны!
– чуть ли не в священном ужасе просипел мастер и я чуть было не присоединился к нему.

Более бредовой и невероятной картины, чем Райнис Ле-Гунн собственными руками стирающая что-то я даже предположить не мог.

– Госпожа, позвольте, я лучше сам, - решил остановить мою супругу мастер Ланьe.
– Этт удивительно, и конечно, нужно ещё много чего проверить, но мне кажется, что вы действительно... Но как?

– Ракушки, - улыбалась Райнис.
– Как вы наверное знаете, мой временный супруг подарил мне Гремящий берег под строительство моей гробницы.

– Райнис, - попытался я хоть сейчас объяснить, что тогда слишком вспылил, и подобное поведение было неуместным и недостойным.

– Вот из ракушек, что усеивают этот берег мы и делаем основу для краски. Просто берёте ракушки и перемылываете в пудру. Если нужен более насыщенный цвет, то перемалываете как есть, если нужны более нежные оттенки, то нужно очищать.
– Райнис словно не заметила моего обращения.

– И вы так открыто говорите о том, как получить краску?
– удивился мастер.

– Так это очевидно. Секрет же в том с чем и как смешать!
– улыбка Райнис стала хитрой и какой-то игривой.
– Правда теперь мне нужно организовать красильни и сбыт крашенных тканей, и...

– Я организую.
– Прервал её я.

– Спасибо за заботу, но обойдусь. Краска, секрет её изготовления и всё сопутствующее, включая деньги за продажи, принадлежит мне, а не короне.
– Сообщила мне Райнис с насмешкой.
– Престол Морей и так уже как мне кажется достаточно с меня поимел. Не совсем же с одной овцы семь шкур снимать!

– Удачи в начинаниях, супруга!
– еле сдержал раздражение я.

Из её покоев я вылетел, словно меня ошпарили! Какая наглая и дерзкая девка! Да откуда это только взялось! Сколько она жила при дворце до вступления в гарем, сколько лет прошло с того момента, как она стала моей наложницей? И за всё это время она только один единственный раз позволила себе сеять маску со спокойной полуулыбкой и покорно опущенными глазками! А сейчас мне уже иногда хочется ей намекнуть, чтобы нацепила обратно, хотя бы на пару дней.

По собственным покоям я метался взбешённой акулой. Обойдётся она, как же! Знаю я и как, и с чьей помощью. Зря что ли папенька её здесь? Да и братец не смотря ни на что ошивается при дворце, хотя место наследника в провинциях. Тем более, что именно этого сына старого Ле-Гунна никто и никогда не воспринимал всерьёз. Но погибшие в один день с моим отцом братья Ле-Гунны были не единственными в череде потерь. Сейчас у старика остались только один сын и дочь. Дочь, которой тоже осталось не так много времени.

Всё таки мама права, я не должен так относиться к Райнис. Я обязан сделать всё, чтобы беременность принесла Райнис как можно меньше горя. Хотя сказать подобное о Ле-Гунн было бы ложью. Впервые я видел ту, которая буквально наслаждалась своим положением. Да я сам, лично и не один раз, видел как она гладила ещё совершенно плоский живот и что-то с улыбкой говорила. С мягкой, нежной улыбкой, которую невозможно соотнести с тем чудовищем, которым она была до ночи оплодотворения.

Мне нужно понять, что произошло с Райнис и Райнис ли это вообще! Иначе я просто сойду с ума! Ну не бывает такого, чтобы мириид взял и так резко изменился. Да даже её служанка, дура дурой, и то заметила и считает что моя жена повредилась в уме.