Чтение онлайн

Идя по коридору из подвалов, где были допросные в сторону комнат матери, я еле успел затормозить. За поворотом одна из наложниц прижала к стене Синь.

– Что делает твоя хозяйка, чтобы получать краску из этих никому ненужных раковин?
– спрашивала наложница.

– Я не знаю, она всегда запирается. Даже Маали не знает.
– Хныкала служанка.

– Значит узнай. И расскажи мне. И до того, как распустят гарем.
– Требовала наложница.
– Иначе перед отъездом, я расскажу твоей госпоже о твоих разговорах с Повелителем, и твоих планах стать его наложницей после её смерти. Ты же здесь такая красивая и яркая ходишь в надежде встретить его, не так ли? Вот только очень интересно, что сделает твоя госпожа, когда обо всём узнает?

– Думаю, ничего.
– Сказала видимо идущая в сад Райнис, и благодаря развилке нескольких коридоров в одном месте, также как и я ставшая свидетельницей этого разговора.
– Какое мне дело до того, что будет происходить после моей смерти? А вот попытка обворовать моих детей меня очень интересует.

– Я просто хотела обеспечить свою жизнь, - заискивающим тоном начала оправдываться наложница.

– Иди к себе, - приказала ей Райнис.
– Возможно, мы ещё поговорим на тему твоего будущего.

– Да, госпожа!
– неужели Райнис умолчит об этом? Для чего ей беспринципная и зависящая от неё наложница?

– Госпожа, - испуганная Синь, всхлипывая, опустилась на колени перед Райнис.

– Синь, скажи, ты мало пережила в этой жизни, что не усвоила ни один из жестоких уроков?
– с какой-то усталостью спросила Райнис.
– Ты ещё не поняла, что здесь нет друзей, нет тех, кто поддержит оступившегося? О чём ты только думала? Ты же не только сама подставилась, но и меня чуть не подвела под удар.

– Я... Я думала, никто не знает, - прохныкала служанка.

– Не знает? В гареме?
– голос Райнис сочился злой насмешкой.
– Посмотри на меня, эти стервятницы даже сейчас не оставляют меня в покое, и только и норовят найти слабое место, прощупывают... Во дворце ничего не утаить. Тут отовсюду злые и ненавидящие взгляды. Здесь только и ждут твоей ошибки, ждут, когда ты пошатнeшься, чтобы добить в спину. Так, похоже, в любом дворце.

– Что со мной теперь будет?
– тихо спросила Синь.

– Мне действительно без разницы, как ты распорядишься своей жизнью, которую только чудом смогла сохранить. Хочешь и дальше вот в этом всём...
– Райнис вздохнула.
– Иди.

– Вы накажете меня?
– служанка была явно напугана.

– Да, накажу.
– Задумчиво произнесла Райнис.
– Ты выполнишь моё требование, когда придёт время. Это и будет твоим наказанием.

Служанка быстро удалилась, почти убежала. После и Райнис отправилась, как я и предполагал, в сад.

Что же это за поручения такие у неё, раз вполне заменяют наказания? Райнис всегда была ревнива, те наложницы, что посмели похвастать перед ней моим расположением, погибли от её рук. Но после возвращения из пещер Райнис ни разу не пользовалась даром. Почему? Копит силы? Или наоборот, тратит их на что-то, а всё её поведение лишь отвлекающий манёвр?

И тут меня осенило. А почему напавшие на Райнис наложницы были уверены, что она их не сожжёт, как тех несчастных, что имели неосторожность вызвать её ревность? Может это была инсценировка? Что знали или что пообещали наложницам за это выступление? Почему я сразу не обратил внимания на то, что еле пользующийся клинком Кайрис, вдруг смог за секунды обезглавить трёх девушек. Не ранил, а именно убил. И почему после нападения Райнис не перестала ходить в сад? Неужели маска наконец-то начала сползать?

Все эти вопросы я задал матери.

– Она и сейчас в саду. Который никогда не посещала, а сейчас неожиданно полюбила. Да так, что собственной шкурой рискует!
– каждый вновь озвученный довод казался мне всё более весомым.
– Она что-то замышляет! Уверен, когда её замыслы исполнятся, мы тут все вздрогнем, если выживем!

– Поговори с ней, спроси прямо, а не выдумывай себе какие-то заговоры!
– всплеснула руками мать.
– Ты как будто не хочешь видеть её саму за нарисованным тобой портретом!

– Мама, я тебе говорю, все эти походы в сад неспроста!
– вспылил я.

– Так пойди и посмотри сам, - подняла взгляд к потолку мама.

– Отличная идея! Идём! Надеюсь, ты перестанешь её защищать и бесконечно оправдывать!
– схватил я маму за руку и потянул за собой.

Поиски Райнис в саду заняли некоторое время, но я помнил слова служанки о том, что Ле-Гунн любит гулять у развалин храма. Мы уже зашли на территорию самого храма, мама начала настороженно оглядываться. Про это место ходило столько слухов и разговоров, что его интуитивно боялись и обходили стороной. И тут я услышал смех Райнис.

– Интересно, с чего это она так радуется?
– процедил я сквозь зубы.

Узнали мы это, буквально сделав пару шагов. Картина, открывшаяся нам, поражала. Я и представить себе такого не мог.

Райнис нежилась в одной из купелей храма, той, от которой даже сейчас шёл пар. А через край чаши, расположенной чуть выше, свесил свои щупальца страж храма, огромный осьминог, которого винили во многих странностях, происходящих здесь. Но сейчас он был занят. Он аккуратно массировал голову разомлевшей Райнис. Она положила голову на край чаши под струи, стекающие через края, расположенных выше чаш, и прикрыла глаза.

Я обернулся к матери. Та стояла, сложив руки на груди, и насмешливо смотрела на меня.

– Да уж!
– Рассмеялась мама, когда мы вышли из-под храмовой арки.
– Ты был абсолютно прав! Нет, подумать только, какое жуткое коварство! Купается в храмовых купелях. Про которые, между прочим, говорили, что при благосклонности стража, их воды снимают боли и усталость.
– Мама...

– Юфей, ты сам всё видел. Я могу обманываться, ты можешь обманываться, но не страж храма! Никто не может зайти на его территорию с грязными мыслями и чернотой в сердце.
– Напомнила мне мать.

– Это лишь глупое поверье! Он ластиться к Райнис как ручной.
– Отвернулся я.

– Ты видишь только то, что сам себе придумал.
– Вздохнула мама.

– Не может жестокая эгоистка в один день превратиться в хрупкий цветок подводной лилии!
– напомнил я.

– Может! Если страх, из-за которого она всегда старалась ударить на опережение, потерял над ней свою власть!
– ответила мне мама.

– Страх? Ты сейчас серьёзно? Чего интересно могла бы бояться такая, как Райнис?
– усмехнулся я перед тем, как уйти.