Про две жизни и одну смерть
Шрифт:
Агния опустилась на пассажирское сидение и откинулась на спинку, чувствуя, как догоняет откат.
— Рассказывай.
Пока Свейн говорил, она прикрыла глаза и попросила отвезти её обратно в Бюро. По дороге Агния связалась с Магнусом и передала все, что узнала, в надежде, что в этот раз справятся без неё. На три дня она стала балластом. Когда они добрались до здания Бюро, Агния отмахнулась от вопросов Свейна и вышла из машины. Глупое решение — идти безо всяких сил к нестабильному демону, но она не бросать же Редьярда на это время.
Агния позволила охранным чарам опознать себя, а потом толкнула дверь в импровизированную камеру. Прежде аккуратная комната выглядела так, словно по ней прошел тайфун. Дверь покрывали следы когтей, стол был разломан на две части, содержимое ящиков и шкафа усеивало все вокруг.
Редьярд вскочил с пола, на котором сидел среди обломков.
— Ты посмела запереть меня!
Агния от его громкого голоса поморщилась и подняла руку, приказывая замолчать.
Редьярд подошел к ней почти вплотную.
— Наставница… Агния…
Пол казался зыбким, и Агния приблизилась к кровати, едва переставляя ноги. Сил оправдываться или спорить не осталось.
— Ну, что ты молчишь? — спросил Редьярд, глядя, как она сметает обломки и мусор с постели. — Не подхожу я тебе, значит. Почему не я? — Редьярд пнул остатки сломанного стола. — Свейн или эта парочка инкубов? Кого ты берешь в постель, пока мне не позволено даже видеть тебя?
— Что у тебя за склонности такие? Ты можешь вообразить, что кто-то живёт без секса? — спросила Агния, стараясь не шататься. — Мир не на этом держится.
Словно ему было тесно в этой комнате, Редьярд принялся ходить из угла в угол. Потом замер и посмотрел на Агнию.
— Значит, никого нет?
— У меня от тебя в глазах рябит, — вместо ответа сказала она, прижимая кончики пальцев ко лбу. — Редьярд, я заперла тебя, потому что ты опасен в первую очередь для себя. Пока не научишься контролю, мы отсюда не выйдем.
— Мы? — переспросил Редьярд, застыв посреди комнаты.
Агния с трудом опустилась на постель и указала на свободное место рядом с собой. Хорошо, что у нее в желудке ничего не было.
— Агния?..
Редьярд подошел и присел на кровать.
— Лёг, живо, — приказала она.
Он послушно устроился рядом, оробев до такой степени, что не коснулся её даже кончиком пальца.
— Ты ранена?
— Сильно потратилась. Зато останусь тут, с тобой. Доволен? Видишь, в моей постели только ты.
Редьярд осторожно прижался к ней и обхватил руками, словно не верил, что ему и правда разрешили.
— Ну? Чего еще ты от меня хочешь? — спросила Агния, откинувшись на подушки.
— Это все, что мне нужно, — ответил Редьярд и крепче стиснул её в объятиях.
Стоило Редьярду уснуть, как Агния погрузилась в медитацию. Она пыталась настроиться на течения силы, чтобы пополнить резервы извне, но все без толку. Директор Магнус наверняка заэкранировал комнату, так что Агния бросила бесплодные попытки и теперь лежала на кровати с закрыми глазами, отпустив разум в свободное плавание. Хоть какая-то замена сна. Любому существу нужно время для «недуманья», в противном случае, за столетия разум изнашивался, как двигатель у вечно заведенной машины.
Агния едва настроилась на благословенные «нигде» и «ничто», когда матрас прогнулся и раздался низкий голос Редьярда:
— Неужели ты — подарок мне на свадьбу?
Агния распахнула глаза. Проклятье, и с чего это он решил вспомнить именно этот период своей жизни?
Редьярд нависал над ней, рассматривая с жадным интересом. Всякая мягкость сошла с его лица. Черный халат, небрежно подпоясанный, едва держался на талии, по коже стекали капельки пота — чертили себе дорожки по мощной обнаженной груди и напряженному прессу. Разгоряченный, тяжело дышащий, Редьярд пах терпко и чуть горьковато — Агния думать не хотела, чем именно.
Глянув на изломанную ухмылкой линию губ, Агния задалась вопросом, мог ли этот мужчина вообще называться Редьярдом. Словно подтверждая худшие опасения, он бесцеремонно обхватил её талию.
— Держи свои руки подальше, Разор — велела Агния.
Редьярд никогда бы не стал трогать её вот так бесцеремонно и грубо, стискивать пальцы с такой силой, что у живого человека остались бы синяки. Ей казалось, что от прикосновения на теле осталось что-то мерзко-липкое. Проклятье, ведь в своих воспоминаниях Редьярд только что был в постели новоиспеченной императрицы.
Агния вывернулась из объятий и откатилась на край постели.
— Сегодня я взял себе жену, ты услышала меня? — сказал Разор и снова надвинулся на неё.
— Мои соболезнования Сильвии.
— Ты знала? — сказал он и прищурился. — Знала, что я собрался заключить брак — и ничего?
Да что Агния могла сделать? Это случилось несколько сотен лет назад, а она не обладала властью изменять прошлое. Настроение Разора в один миг сменилось с дерзко-игривого на яростное, и он с силой сжал её запястье.
— Одно твое слово — и у меня никогда не было бы жены!
Агния все меньше хотела знакомиться с этой стороной личности Редьярда, поэтому свесила ноги и собралась встать с кровати, но её резко дернули назад.
— Ты никуда не пойдешь.
— От тебя воняет. Проваливай, — сказала Агния и пнула его, сталкивая с кровати. — Говорить с тобой буду, только когда примешь душ и перестанешь болтать о свадьбе.
Разор прищурился, встретив её взгляд.
— Иначе я уйду.
Услышав это, тот поднялся и сжал кулаки. Они смотрели друг другу в глаза, но Агния не собиралась уступать. Она его не боялась. Она его немножечко любила, даже такого — заколдованного, да еще и с женой.
Разор зарычал, а потом пошел в ванную без единого слова, но у входа не сдержался и хлопнул дверью так, что с потолка штукатурка посыпалась. Агния опустила взгляд и увидела, что её собственные когти пробили ладони насквозь.
* * *
Агния все ещё снилась ему. Не подпускала слишком близко, но и не прогоняла — вместо этого сводила с ума. Наверняка поэтому Редьярд постоянно брал в постель новые тела — не собирался он больше любить кого-то. Любовь — не про него. И «жена» — лишь титул для удобной Сильвии.