Чтение онлайн

14.

– Подъем!

Первая мысль: будет ли сегодня беготня? Но Кеша может не гадать – беготня запланирована и на этот, и на следующий день. Беготня будет каждый день и на день по несколько раз – до тех пор, пока тяжелый на подъем Князь не превратится в борзого, поджарого солдата, каждую секунду готового сорваться с места и с умеренной скоростью гоночного автомобиля мчаться в заданном направлении.

Вот и сейчас на таежной дороге раздается дробный топот солдатских сапог. Растянутая колонна выныривает из-за поворота. На этот раз парни в противогазах. Какие, однако, симпатичные у них мордашки! На плечах – автоматы, за спинами – вещмешки. Полная амуниция. Поляг костьми, но одолей маршрут за тридцать минут. Тридцать первая может означать только одно: отдышаться – и снова крупной рысью. Такая перспектива никому не улыбается, поэтому парни прут так, что пар от них валит.

Перед марш-броском Калинкин непрозрачно выразился в том смысле, что если бы не некоторые из дворянского сословия, то он был бы спокоен: повторного забега не будет. А Князь с уверенностью бывалого марафонца отбрил его: пусть-де всякие там Ягодкины волнуются за себя. А сам подумал: есть же счастливый народ, который перед марш-броском попадает в санчасть с гриппом, переломом рук, ног и даже позвоночника. Он же, который на гражданке не выпускал из рук носового платка, сейчас здоров до неприличия. Секрет, видимо, в том, что по уставу солдату болеть не полагается. А устав всемогущ!..

Уже на пятнадцатой минуте Кеше становится невмоготу. Кажется, он вот-вот ухнет на дорогу, подняв пыль, и пролежит на ней без движения до самого отбоя. Сержант то и дело оборачивается на Князя. Не вытерпев, замедляет бег, чтобы поравняться с ним. Сержанту тоже несладко в противогазе – на шее вздулись толстенные вены. Он машет Кеше : быстрее, дескать, отстал. Кеша делает вид, что хочет догнать колонну, но стоило сержанту уйти вперед, как сворачивает на обочину и снопом валится под куст. Трясущимися руками он стаскивает с головы ненавистный противогаз, обнажая красное, мокрое лицо, ловит ртом воздух, пьет его, как бальзам, глотает двойными порциями. Воздух такой вкусный, что глупо было не замечать этого раньше.

Из противогаза срываются в траву капли горячего пота. Заметив это, Князь с жалостью думает о временах, когда ему некуда было бежать ни утром, ни вечером.

Немного отдышавшись. Кеша вынимает из кармана сигареты и усталым жестом отбрасывает в сторону. Курить он больше не будет. Точка! Кеша не из тех дураков, которые считают, что сигарета – лучшее украшение мужчины. Кто-кто, а он найдет в себе волю покончить с этой заразой, а не то противогаз доканает его.

Натертая пятка – в огне. Князь болезненно морщится, стаскивает сапог. Портянка остается в сапоге. Папа Тур зря демонстрировал ему мастерство мотать портянки – не дошло. Пятка красная, но каким-то чудом мозолью она не обзавелась. Жаль. Значит санчасть по-прежнему будет обходиться без Кеши .

Кеша отставляет сапог в сторону и видит, что там уже стоят два сапога. Но не его. Испуганно вскидывает голову – Шевцов! Подкрался, солдафон!

Сержант только что стащил с головы противогаз и стал похож лицом на сказочного дэва.

– Встать!– командует «дэв».

– Обуюсь и встану,– отвечает Князь, давно не веривший в страшные сказки.

– Курсант Киселев, встать!– грозно командует Шевцов, и Кеша решает, что шутить с дэвом, хоть он и не настоящий, не следует. Он вскакивает, держа в одной руке сапог, в другой – портянку.

– Ты...– Шевцову не хватает подходящих к этому случаю слов.– Ты понимаешь, размазня, что взвод из-за тебя второй раз должен бежать? Живо обуться!

– Ну и нечего орать!– огрызается Князь, хоть сам не на шутку напуган.

Он-то понимает, что не обученный педагогическим приемам взвод может сделать с ним не совсем то, что допускается уставом. Конечно, сам сержант достаточно вышколен, чтобы не сделать Кеше больно, но кто поручится за необразованный взвод?

– Это же подло!– кипятится сержант.– Ты хоть понимаешь?

– Ну и нечего меня тыкать!– совсем не кстати становится в позу Князь.– Ты что, устава не знаешь?

Вот сейчас Шевцов взбешен по-настоящему. Готов зарычать или, на худой конец, затопать ногами. Но дисциплина и тут берет верх – Шевцов предпочитает командовать:

– Смирно! Два наряда вне очереди!

– Есть два наряда вне очереди,– вяло отвечает Кеша .

Кеша может гордиться: до него никто не получал наряды вне очереди вот так – стоя в одном сапоге и с портянкой в руках.

– Живо обуться!

Обуваясь, Кеша все же позволяет себе бормотать под нос:

– Развелось начальства. Плюнь – в начальника попадешь.

– Давай, пошевеливайся!

– Сказал бы сразу, что зуб на меня имеешь.

– Прекратить пререкания! Слушать тебя тошно!

– А ты меня не тычь!– снова хватается за свои права Кеша .

– Тьфу на тебя! Да если хочешь знать, у меня язык не поворачивается «вы» тебе говорить. Пошли!

Шевцов замечает в траве пачку сигарет, поддевает ее сапогом. Покосившись на Кешу , презрительно хмыкает: такие гаврики не бросают. Вернее, бросают сотни раз.

15.

«Карантин» нынче щеголяет в парадных мундирах. Собственно, это уже не «карантин». Кончился курс молодого бойца, и Кеша искренне верит, что с ним кончится и беготня. Теперь все будет по-иному: обслуживание истребителей, масса свободного времени и прочие солдатские удовольствия. Они теперь не курсанты, а сплошь рядовые. Кто-то из них первым станет сержантом? Уж не Кеша ли?

Перед строем стоит торжественный Максимов, рядом – Шевцов и другие командиры взводов. Они сегодня уйдут в свои роты, поскольку «карантин» прекращает свое существование – до следующего года.

– Сегодня вы присягнули верно служить нашей Родине!– едва ли не левитановским голосом произносит капитан.– Поздравляю вас от имени командования батальона!

– Служим Советскому Союзу!

– Я верю, что каждый из вас станет за время службы закаленным, грамотным воином, отличником боевой и политической подготовки. Это ваш долг, ваша святая обязанность!

Кеша ловит на себе мимолетный взгляд ротного. Обычный взгляд, ничего особенного. Но Кеше кажется, что ротный думает: тебя, мол, опальный Князь, это особенно касается, заруби на носу.

– Но с окончанием курса молодого бойца ваша учеба не заканчивается, она только началась,– продолжает ротный.– Учеба будет продолжаться весь срок службы, изо дня в день. Потому что защита Родины – дело трудное и сложное. Современный воин должен обладать глубокими знаниями боевой техники, быть сильным духом и телом, находчивым и выдержанным...