Чтение онлайн

— Ёлочку. Новогоднюю. Молодец! Только не пойму, чем это она украшена.

— Это осенние листья-! Кленовые! Смотри, какие они! Каждый листочек красно-жёлто-зеленый! Правда, здорово?

— Ну не знаю, не знаю… — покачала головой мама. — Рисуешь ты, конечно, хорошо… Но, по-моему, на ёлке гораздо симпатичнее смотрелись бы большие серебристые снежинки и прозрачные сосульки. И вообще не понимаю, где ты мог…

— Ой, что это?! — вскрикнул вдруг старший сын.

Все посмотрели туда, куда он показывал. В комнату бежал ручеёк. По нему, покачиваясь, плыл маленький игрушечный кораблик, а за корабликом, шлёпая по воде, бежал младший сын и изо всех сил дул в паруса.

— Опять?! — возмутилась мама. — Сколько раз я тебе говорила, чтобы ты пускал свои кораблики в тазу!

— Но мамочка! Таз ни капельки не похож на весенние ручейки! А я хочу как весной! Когда снег тает, ручьи бегут и все пускают кораблики!

— Та-а-ак… — протянула мама таким голосом, что все братья испуганно переглянулись. — Значит, нравится тебе, когда снег тает? Я правильно поняла?

Младшенький опустил голову и что-то промямлил.

— Вот что, дети. Признавайтесь: опять ворону наслушались? Или белку? Или синиц этих бестолковых? Или зайца глупого? Цветочки, значит, вам яркие нравятся? Листики кленовые? Ручейки весенние? Молчите? А на кого, как вы думаете, мне бабушка Вьюга сегодня жаловалась?

Младший опустил голову ещё ниже.

— Что глазки прячешь, Февраль? Совсем ты ей не помогаешь. А ведь она старенькая.

— А я маленький! — пробубнил Февраль. И жалобно добавил: — Самый маленький!

— Ничего-ничего, как хулиганить — так большой. Пойдём-ка лучше с тобой делом займёмся, сейчас твоя очередь трудиться. Декабрь, остаёшься за старшего. Уберите с Январём воду, которую этот безобразник разлил: Идём, чудо моё! Да снег не забудь взять, как вчера.

Февраль послушно взвалил на спину рюкзак со снегом. А когда Зима вышла за порог, украдкой сунул в карман кораблик. Кто знает — а вдруг именно сегодня наконец удастся увидеть настоящие весенние ручейки?

Когда мама с папой узнали, что у них родится девочка, они сразу решили, что назовут её Лёлькой. Так меня заранее и звали, даже до того как я родилась. А когда надо было получать свидетельство о рождении, вдруг вот что выяснилось: оказывается, мама считала, что Лёля — это Елена. И хотела меня назвать в честь своей первой учительницы. А папа был уверен, что Лёля — это Ольга. Так звали его первую школьную любовь. И — он в честь неё меня назвать хотел. Стали мама и папа спорить и даже ссориться, всё никак не могли решить, кто же важнее — первая любовь или первая учительница. В конце концов назвали меня Маргаритой. В честь соседки, которая их помирила.

Маргарита — имя неплохое. Говорят, означает «жемчужина». Только вот называют меня все по-прежнему Лёлькой. Поэтому, когда кто-то посторонний спрашивает, как меня зовут, я начинаю путаться или просто молчу: каждый раз не могу решить, что лучше сказать. И тогда все думают, что никакая я не жемчужина, а самый настоящий тормоз. Из-за этого меня даже не приняли в кружок настольного плавания. Там нужна быстрая реакция, а тренер решил, что я соображаю плоховато.

Но на самом деле я сообразительная. И уже сообразила: если я при приёме в школу буду так же тормозить, может, меня туда не возьмут? Это было бы здорово, потому что в школу я идти боюсь. Из-за того, что у меня буквы кривые. Приду — и сразу двоек наполучаю. С другой стороны, там и интересного много, мне девчонки рассказывали. Например, в кабинете биологии есть настоящий скелет. Одни говорят, что это скелет первого директора школы. Он его подарил кабинету биологии, а сам ушёл странствовать по свету. А другие уверены, что это скелет шпиона, которого задержали ученики пятьдесят лет назад. Шпиона забрали в милицию, а скелет оставили школе.

Ещё в этом же кабинете есть попугай, который читает стихи. Старшеклассники всё время пытаются его перетащить в кабинет литературы, спрятать под партой и заставить отвечать на уроках. Но попугай скучает по шпионскому скелету и всегда улетает обратно.

Конечно, на всё это я хочу посмотреть своими глазами. А значит, наверное, всё-таки придётся пойти в школу. Поэтому каждый вечер перед сном я повторяю: «Я Маргарита, Маргарита, Маргарита». А с буквами, может, справлюсь как-нибудь.

В воскресенье мы с родителями ходили на выставку кошек. По-моему, все кошки ужасно красивые: и пушистые, и короткохвостые, и вислоухие, и голые кошки-сфинксы. Конечно, люблю я только нашу Булку, но нравятся мне все! И названия пород тоже такие красивые! Волшебные и сказочные, только не очень понятные… А когда мне что-то непонятно, я всегда пытаюсь разобраться.

— Пап, — спросила я, когда мы возвращались с выставки, — а почему сиамские кошки так называются?

— Потому что эта порода появилась в королевстве Сиам.

— А что за королевство такое? Я никогда не слышала.

— Это ты только думаешь, что не слышала. Видела рекламу: турфирмы путёвки в Таиланд предлагают? Вот Таиланд раньше и назывался Сиамом.

А… у-у… угу.

Таиланд — это звучало уже не так загадочно. Хотя тоже ничего.

— А персидские кошки из Персии, да?

— Ну-у… да. Только такой страны сейчас тоже нет. Она теперь называется Иран.

Иран — это совсем не сказочно. Про Иран иногда по телевизору говорят, когда про всякую скучную политику рассказывают.

— А абиссинские кошки? — я уже не надеялась, что где-то есть страна с чудесным названием Абиссиния. Так оно и оказалось!

— Абиссинские — из африканской страны Абиссинии. Сейчас она зовётся Эфиопией.

Я решила больше ни про какие породы не спрашивать, чтобы ещё больше не запутаться и не разочароваться. Но тут мы как раз пришли домой. Там нас встретила наша родная кошка Булка.

— Мяу! — возмущённо сказала она, — Где шлялись столько времени, родственнички? Почему от вас чужими кошками пахнет? А кормить меня сегодня кто-нибудь собирается?

Бабушка с дедушкой в этот день ушли в гости, и бедная Булка сидела дома одна. Я побежала её кормить, а мама — разогревать наш человеческий обед.

— Ой, — сказала я, когда мы сели за стол, — а Булка-то у нас кто? Какой породы?

— Разве ты не помнишь? — удивилась мама. — Наполовину ангорская, наполовину сибирская.

— А страны Ангорию и Сибирию во что сейчас переименовали?

— Ну ты географ у меня! — папа расхохотался, и изо рта у него выскочил фонтанчик супа. После этого папа долго кашлял, охал, бегал пить воду и умываться. А вот нечего надо мной смеяться!

Прокашлявшись, он рассказал:

— Город Анкара, столица Турции, раньше назывался Ангора. Ангорские кошки — оттуда. Ну и Сибирь, конечно, тоже не страна — это часть России за Уральскими горами. Никто её не переименовывал и, надеюсь, не собирается. А я ведь там был — на реке Лене. Ох и красивые там места! Но суровые — тайга кругом…

Теперь я чуть не поперхнулась:

— Это что, у реки имя человеческое — Лена?! Её как мамину подружку тётю Лену зовут?

— Ага, — кивнул папа, — А может, не у реки имя человеческое, а у тёти Лены географическое. Да у нашей мамы, кажется, все подружки географические! — Папа совсем развеселился, но есть старался осторожно, плеваться гречневой кашей ему явно не хотелось.