Пробегая между тучами
Шрифт:
– (Ой, не нравится мне этот взгляд. Мальчишка вожделеет меня всё больше и больше, – отметила она. – Это ни к чему хорошему не приведет. Наше расследование рассыплется в прах).
– Дорогая…
– (О-о, что-то новенькое в нашем обращении друг к другу), – она положила вилку параллельно с ножом на тарелку, показывая этим, что завтрак закончен. – Пошли наверх паковать чемоданы. До отъезда остается мало времени, – сухо предложила спутница.
– Как раз об этом я и хотел с тобой поговорить, – робко начал Кристофер.
– Хм??? – последовал немой вопрос.
– Звонил Грэг, мой брат.
– Я помню имя твоего брата. После пожара врезалось на века.
– Отлично! Он предлагает нам задержаться здесь и по горячим следам разобраться с документами на лондонскую недвижимость.
– Мы занимаемся поисками твоей матери (смешно получилось) или наследством? – в голосе зазвучало раздражение.
– Я думал, и тем, и другим, – как двоечник под пристальным взглядом преподавателя, потупился молодой человек.
– Дай мне подумать. В любом случае пошли наверх.
– Ко мне в спальню?
– (Придурок, гормоны играют, один секс на уме). В разные стороны коридора, – прочеканила каждое слово прирожденная училка.
Урбановой совсем не хотелось оставаться в промозглом Лондоне с молодым спутником, столь нацеленным на близость. Нужен был весомый предлог, чтобы улизнуть подальше, как Колобку от волка, зайца и медведя. Поэтому она долго мучилась с поисками нового телефона Стеллы, в конце концов нашла и соединилась с университетской подругой.
– Стеллка, как дела?
– Алёна, это ты?! Как ты нашла мой номер?
– Позвонила твоему первому мужу. У нас же остался контакт с Лайошем, после того как он уехал из Москвы.
– Ага… – комментарий прозвучал невыразительно.
– И зачем ты только с ним разошлась? Он так здорово потом в Москве устроился. У него была какая-то высокая позиция в СЭВе, четырехкомнатная квартира на Кутузовском, трое детей, а у меня – полный допуск к внешторговским кормушкам. Я часто о тебе вспоминала. С тобой и Лайошем было бы гораздо веселее, чем с этой его нынешней Марьяной.
– Дело прошлое. Как-нибудь при встрече расскажу в деталях. Ты где сейчас?
– Как ни странно, я в Лондоне. У меня тоже много чего произошло за это время.
– Тоже развелась?
– Не-е, я одномужняя. Даже слово такое новое придумала. Слушай, я послезавтра собираюсь во Францию.
– С Алексеем?
– Не совсем, но это в данный момент не важно. Кстати, он теперь Алекс.
– Алекс мне даже больше нравится.
– Обсудим при встрече.
– Это как? – удивилась Стелла. – Ты же в Лондоне?
– Хочу проехать по Франции с севера на юг, а потом, может быть, еще немножко Испании и Италии прихватить. Ты как, работаешь или в свободном плавании? – Урбанова решила сделать вид, что ничего не знает про Стеллкины тюремные «приключения», а заодно просто отвлечь ее от удручающей действительности и сбежать от Кристофера.
– У меня уже давно нет нормальной работы. С этой вашей перестройкой у нас в Венгрии всё по швам трещит. Мой институт практически закрылся. Я находила себе разные способы заработка: то переводами занималась, то дома продавала, то сопровождала состоятельных туристов и так далее, а еще работала в ювелирном магазине. Но сейчас я в простое. У тебя есть какие-то предложения?
– Да, есть! Как же это я и без идей? Ты что, меня совсем забыла?
– Тебя забудешь!
– Стеллка, у тебя машина на ходу?
– У меня трехлетний BMW. Вас, мадам, такой транспорт устроит? – с налетом некоторой гордости спросила подруга.
– Меня даже «Запорожец» устроит. Главное, чтобы двигалось. Сколько тебе до Кале ехать? Ты сможешь меня там встретить завтра?
– Это на севере Франции? Там, куда приходят паромы из Англии?
– Именно так.
– Давай лучше через два дня. Машину у техника проверю и подъеду. Идет?
– Конечно. А тебя устроит, если машина твоя, но бензин, отели и питание – на мне?
– Вполне. Вспомним годы молодые.
Они договорились о встрече в порту и обменялись телефонами.
Алёна купила билет на паром.
Алена и Кристофер медленно тянулись в пробке.
– Так я и на «пароход» опоздаю.
– Не страшно, – спокойно ответил молодой человек. – Они здесь ходят через каждые 40 минут.
– А билет как же? У меня на 10.30.
– По-моему, они годятся на любой рейс.
К отплытию своего судна она всё-таки не успела.
– (Приключения продолжаются), – то ли с сожалением, то ли с радостью поздравила себя Урбанова.
Вдобавок до Стеллы ей дозвониться не удалось: телефон затаился и молчал.
– Крис, дай мне, пожалуйста, твой телефон. Я что-то не могу дозвониться до подруги.
Тот протянул ей мобильник.
– Твой еще хуже, сигнал здесь вообще не ловит, – Алёна опустила руку с трубкой и с досадой выдохнула. – И что это у них в Англии за покрытие такое? Вышек, что ли, мало понастроили? У тебя какая компания?
– Oxygen, – взглянув на телефон, сообщил Кристофер.
– Тогда бесполезно сражаться. У меня такой же.
Стелла топталась около причала. Она приехала заранее и с нетерпением ждала встречи. Подошел паром: огромный, белый, многоярусный. Хлынул поток людей. Заурчали и потащились машины из трюма, клубящегося дымом выхлопов. Стелла отчаянно всматривалась в лица:
– (Вдруг не узнаю? Столько лет все-таки прошло).
Все пассажиры вышли, все машины выехали. Но Алёны не было.
– (Что там у нее случилось? И не звонит, как обещала в случае изменений или непредвиденных обстоятельств).
Стелла отправилась разыскивать место, где можно было бы скоротать время и раздобыть информацию о следующем рейсе.
– (Надеюсь, это не урбановские шуточки и я не останусь тут ночевать?)
Она зашла в кафе на берегу. Море было спокойным, солнце ярким, и ожидание не утомляло. Завибрировал телефон.
– Это Стелла? – спросил незнакомый мужской голос по-английски.
– Да, я Стелла.