Чтение онлайн

– Как хорошо, что я до вас дозвонился. В Дувре наши с Алёной телефоны не работали.

– Странно, на Урбанову не похоже. Чтобы у нее что-то сбоило? – оборонительно отпарировала подруга.

– Это моя вина: мы поздно выехали и попали в пробку.

– Понятно.

Моложавый голос сбивчиво продолжил:

– Алёна опоздала на паром, приедет на следующем. Он только что отчалил… Я ее проводил. Вы сможете ее дождаться?

– Куда же я денусь. Конечно, не извольте беспокоиться. Я ее встречу. (Везучая она на заботливых мужиков!)

Урбанова поднялась на верхнюю палубу, чтобы занять место на носу, надеясь, что там меньше качает. Каждый раз, летая самолетами или попадая на корабль, она мучилась от морской болезни. Таблетки не помогали.

Громадина парома запыхтела, заурчала, забурлила водой и по-английски величественно вышла в море. Волна была небольшая, но искательнице приключений и этого было достаточно. Она стояла, крепко вцепившись в поручни, и, не шевелясь, смотрела вперед. Любое движение головой или телом вызывало приступ тошноты.

– (Не надо было оставлять Кристофера в Лондоне. Он хотя бы отвлек меня от качки!)

Лягушка-путешественница сходила с парома, слегка пошатываясь. На твердой земле ей навстречу спешила довольно крупная, высокого роста тетка в модной куртке покроя размахайки.

– Ты в порядке? Там что, был бесплатный бар? – не очень удачно пошутила она, отметив неровный шаг Урбановой.

Алёна догадалась, что это Стелла, хотя узнать в ней некогда первую красавицу университета было непросто.

Запомнился восторг, который она испытывала, глядя на подругу в прошлом. Если, скажем, они договаривались встретиться где-нибудь в центре Будапешта или Москвы, то это выглядело примерно так: Стелла всегда опаздывала, Алёна терпеливо ее ждала, но всегда знала, когда та приближается, – ее появление в конце улицы или подземного перехода легко пеленговалось тем, что все без исключения мужчины, проходящие мимо, выворачивали шею, разглядывая ее, будучи не в состоянии оторвать глаз от модельной фигуры. Как тогда говорили, у нее ноги росли из подмышек.

Теперь перед Урбановой была весьма упитанная особа со странными пигментными пятнами на руках и лице.

– (Ничего, Стеллчик, я тобой займусь и приведу в исходный вид), – решила Алена.

Подруга бросилась обниматься:

– Ты совсем не изменилась!

– (А что мне прикажете сказать в ответ?) Как хорошо, что ты меня дождалась. Я уже вся извелась: мы опоздали на паром, дозвониться не могла, – нервно тараторила Алёна.

– Расслабься, – ласково притянула ее к себе Стелла.

– У тебя отличная машина, – заявила Урбанова, забираясь в салон BMW. – Она с ручкой или автоматом?

– С ручкой, – огорчила хозяйка автомобиля.

– Жалко, с ручкой никогда не водила. Тогда тебе придется одной по Европе рулить. Я в этой машине не помощник.

– Не страшно. Я привыкла. Уже сколько лет мотаюсь сама по странам без границ.

Алёна предполагала, что сейчас они выскочат на шоссе и понесутся с ветерком по просторам Франции к Парижу. К Парижу! Однако скорость на двухполосной неразделенной дороге была ниже всех ожиданий.

Вторым удивлением для Алёны стали цены на бензин. Таких она не видела в Штатах даже в самые проблемные времена.

– (Плевать, – подумала она. – Я во Франции, с подругой, среди прекрасных французов, и это главное).

Из-за небольшой боли в спине после первой же бензоколонки она перебралась на заднее сиденье и устроилась поудобнее в полулежачем положении, соорудив за спиной импровизированную подушку из курток и свитеров.

Ехать и сознавать, что ты пересекаешь поля весенней Франции, страны, о которой мечтала с детства, было приятно.

– (А говорили, что в Европе места мало), – думала Алёна, рассматривая виды за окном машины, летящей на свидание с волшебным Парижем.

Мысленно она «нацепила» на окно позолоченную раму в стиле ренессанс. Мелькающие пейзажи магически превращались в полотна.

– Господи, так это же просто Моне! – она даже вскрикнула от неожиданного открытия.

– Где Моне? С тобой всё в порядке? – Стелла, оторвав взгляд от дороги, оглянулась на подругу.

– Пейзажи… Представляешь, когда выхватываешь картинку за окном и ее размазывает скорость, то это уже импрессионизм. Даже в музей d’Orsay можно не ходить!

– Ты совсем рехнулась в своей Америке, – заключила Стелла и повернулась к рулю.

Вплоть до вечера, пока сумерки не начали «фотошопить» мелькающие виды морщинами теней, Алёна наслаждалась обожаемыми ею в юности художниками. Ей представлялось, что мимо пронесся побелённый домик Ренуара с корявым частоколом вокруг. Машина поднялась на горку, столкнувшись с «Порывом ветра» мастера. Шквал воздушной массы был настолько мощным, что снес воображаемую раму с окна. Склон в Варжемоне пролетел мимо, практически не замеченный цепким взглядом Урбановой. Ее заботила «исчезнувшая рама». Мысленно найти другой ренессанс ей не удавалось, и она согласилась на модерн. Рамка никак не хотела повторять непрямоугольные контуры окна, пришлось включить фантазию и изогнуть ее, как податливую змею. Результат Алёне понравился, и она «перешла к вечерним полотнам» Сезанна. Мелькнул высвеченный позолоченным взглядом уходящего солнца его знаменитый «Черный замок» – Ch^ateau Noir. Из пещеры покатились доисторические валуны…

– Стелл, уже вечер, у тебя есть идеи, где мы будем останавливаться? До столицы еще далеко?

– Понятия не имею. Ты же у нас отличница, вот и думай.

– Да я привыкла, что в Штатах нет проблем с придорожными мотелями. Мы пользовались компанией ААА, так они перед путешествием составляют карты и дают книжки с адресами и телефонами гостиниц. Обычно Алекс рулил до тех пор, пока силы не заканчивались, а я искала, где остановиться. А как это здесь работает?

– Вообще-то я заранее ищу в Интернете и заказываю. Но ты же сказала, что берешь дорогу на себя? Я и не беспокоилась об этом.

– Ой, извини, осечка вышла. Ты права. Давай я буду смотреть по сторонам, что-нибудь найдем, – уверенно сказала Урбанова. – Только мне надо будет пересесть на переднее сиденье. Как здесь отели обозначают? – Она всматривалась в дорожные знаки и мелькающие строения.

– Нормально, как для идиотов. Простенький такой рисунок кровати из шести палочек.

Дорога вилась среди полей и угодий с виноградниками и ещё какими-то плодово-ягодными бурно цветущими деревьями. Стемнело. Жилья что-то не было видно. Наконец-то появился указатель гостиницы.