Чтение онлайн

Наблюдая за сочетаниями типа el p'ajaro mosca, можно заметить, что атрибутивное употребление существительного связано с изменением его качества, выражающимся в его адъективации. Это позволяет ему также выступать в функции определения других существительных. Так, существительные, служащие для обозначения цвета, совершенно свободно сочетаются с любыми словами. Например: la tela rosa 'розовая материя', la blusa rosa 'розовая кофта', el mundo rosa 'розовый мир'. Ср. у А. П. Варела: Quien sabe si no ser'ia mejor que el chico quedase en ese mundo rosa [116] ('кто знает, может быть было бы лучше, чтобы ребенок остался в этом розовом мире'). Ср. также другой пример, свидетельствующий о том, что сочетания подобного рода нередко носят свободный характер: Las ondas plata se disolvian en un creciente fango marr'on [117] ('серебристые волны растворялись в поднимающейся коричневой грязи'). Любопытно сравнить эту фразу со следующим предложением, которое А. Труэба приводит как пример писательского штампа: La luna rielaba en las plateadas ondas del r'io [118] ('отражение луны мерцало в серебристых волнах реки'). Это сравнение показывает жизнеспособность образований интересующего нас типа, которые вытесняют даже привычные сочетания с прилагательными. Однако не только существительные, обозначающие названия цвета, могут определять любое слово. Целый ряд других существительных свободно вступает в подобные сочетания (мы не говорим в данном случае о логических ограничениях сочетаемости слов). Например: el profesor modelo 'образцовый преподаватель', el alumno modelo 'примерный ученик', el padre modelo 'примерный отец', la madre modelo 'примерная мать', и т. д., el viaje rel'ampago 'летучка, молниеносная поездка', la entrevista rel'ampago 'краткое свидание' и т. д. Существительное flor 'цветок', выступая в функции определения, получает значение 'прекрасный, отменный', иногда с ироническим оттенком. Ср., например, следующие случаи его употребления, взятые из романа латиноамериканского писателя А. Варела «Темная река»: Van a pasar una vida flor [119] ('у вас будет прекрасная жизнь'); Susto flor me pegu'e 'ta ma~nana [120] ('я чертовски перепугался сегодня утром'); Los soldados andaban como locos y la gente protestando en Posadas por los cr'imenes y el bochinche flor [121] ('солдаты вели себя, как безумные, и население Посадаса протестовало против преступлений и ужасных беспорядков').

Свободно сочетаются с любым существительным также такие, например, слова, как clave 'ключ', cumbre 'вершина' и др. Ср. Ha sido montado el complot imperialista para invadir Guatemala desde Honduras, tomar lugares clave del pa'is y penetrar en la Rep'ublica [122] ('Был составлен империалистический заговор, чтобы вторгнуться в Гватемалу из Гондураса, захватить ключевые позиции страны и проникнуть в республику').

Степень адъективации ряда существительных, следовательно, оказывается настолько высокой, что позволяет им определять любое слово, образуя свободные словосочетания.

Некоторые существительные, обозначающие названия цвета, могут выступать также и в других синтаксических функциях прилагательных, в частности в функции именной части сказуемого (ср. Rosa, rosa era su vestido [123] 'платье у нее было розовое'), а также соединяться союзом у с другими прилагательными, например, un lago rosa y celeste [124] 'лазурно—розовое озеро'.

Однако процесс адъективации существительного не достигает полного развития. Происходит лишь его ч а с т и ч н а я адъективация, так как нет морфологического сближения с прилагательным (отсутствует флектирование), но есть определенное синтаксическое, иначе функциональное, сближение. Можно, между прочим, заметить, что частичной адъективации подвергаются, как правило, бессуффиксальные существительные одного рода, ср.: modelo 'образец', rel'ampago 'молния', clave 'ключ', correo 'почта'. Если в такое соединение вступает существительное, имеющее соотносительные родовые формы, происходит его полная адъективация, например, el perro 'собака' и репо 'собачий', ср. el caraz'on perro 'собачье сердце', la vida perra 'собачья жизнь', los patrones perros 'подлые хозяева'. Употребление в качестве определения суффиксальных существительных привело в ряде случаев к расширению функции некоторых суффиксов, которые стали служить также для образования прилагательных, например – dor.

В целом процесс адъективации существительных опирается на общую тенденцию языка к структурному сближению существительных и прилагательных, к распространению общих для этих двух частей речи словообразовательных типов. Подобное сближение существительных и прилагательных ведет в конечном счете к их функциональному смешению и взаимозаменимости даже при сопротивляемости определенного класса существительных морфологической унификации с прилагательными. Это вызывает к жизни сочетания типа el p'ajaro mosca, la casa cuna, el padre modelo и пр., в которых существительное выступает в функции прилагательного, не меняя, однако, своей морфологической формы. [125]

На основании всего вышеизложенного можно сделать вывод о том, что в современном испанском языке образования типа el p'ajaro mosca являются не сложными словами, а свободными или устойчивыми словосочетаниями определительного типа, между членами которых отсутствует согласование в роде и числе. Второе существительное адъективируется лишь частично, не сближаясь морфологически с прилагательными. Вполне естественно, что чем меньше степень адъективации второго компонента таких образований, тем более устойчивыми они являются.

Не пытаясь решать вопрос о дальнейшей судьбе сочетаний типа el p'ajaro mosca, укажем лишь, что раньше они обладали большей склонностью к слиянию в одно слово, ср. verdemar 'цвета морской воды', verdemonta~na 'медная зелень' и др. В современном испанском языке сочетания данного типа обнаруживают несколько иные тенденции, и сцепление их компонентов идет по линии своего постепенного ослабления. Второй компонент получает все большую свободу соединения с другими существительными, не переоформляясь, однако, морфологически. Поэтому процесс частичной адъективации имеет в данном случае некоторую тенденцию к изменению своего характера из словообразовательного в грамматический, то есть к созданию нового типа синтаксических словосочетаний. Однако пока нет достаточных оснований для того, чтобы в этом смысле делать какие—либо определенные выводы, поскольку в современном испанском языке тенденции соединений типа el p'ajaro mosca нельзя считать полностью выявившимися.

Касарес 1958 – Х. Касарес. Введение в современную лексикографию. М.,1958.

Casares 1950 – J. Casares. Introducci'on a la lexicograf'ia moderna. Madrid, 1950. P. 173.

Darmesteter 1875b – A. Darmesteter. De la creation actuclle des mots nouveaux dans la langue francaise. Paris, 1875. P. 160. Vаlle Incl'an 1940: – R. del Valle Incl'an. El ruedo ib'erico. Viva mi due~no. Vol. I.

Buenos Aires, 1940. P. 103. Hatcher 1946 – A. Granville Hatcher. La type «timbre—poste» // Word. 1946. № 3. Lenz 1935 – R. Lenz. Oraci'on у sus partes. Madrid, 1935. Meyer—L"ubke 1921 – V. Meyer—L"ubke. Historische Grammatik der franzosischen

Sprache. Bd. II. Heidelberg, 1921. Trueba 1865 – A. Trueba. Cuentos campesinos. Leipzig, 1865.

Испанский синтаксис гибок и выразителен, в нем имеются многочисленные способы передачи не только тонких оттенков значения и эмоциональных нюансов, но и целый ряд особых конструкций, отражающих распределение акцентов в предложении. Ниже мы попытаемся дать предварительную систематизацию и описание основных типов эмфатических конструкций и предложений в испанском языке. Эмфатическими будем считать конструкции, соотносимые с нейтральными построениями и отличающиеся от них только по одному признаку – распределению акцентов, которое выражается синтаксическими средствами языка. Различие в построении нейтральных и эмфатических конструкций может быть сформулировано в правилах преобразований. Совокупность этих правил составит грамматику эмфазы. Метод преобразований здесь вполне уместен, поскольку главным условием выделения эмфатических конструкций является наличие в языке соотносимых нейтральных структур. Принцип системной организации языка в этом случае выступает особенно наглядно. Как мы увидим ниже, в испанском языке имеются сочетания, совпадающие по строению с эмфатическими конструкциями, но не выражающие эмфазы ввиду отсутствия пар.

Нельзя забывать, впрочем, что эмфатические и нейтральные конструкции представляют собой самостоятельно функционирующие в речи синтаксические модели, обладающие независимыми перспективами развития, которое может отдалять, а затем и совсем отрывать эмфатические построения от нейтральных.

В данном очерке не будут затронуты способы эмфазы, связанные с порядком слов, поскольку эта категория синтаксиса вызывает особый круг проблем. Изучаемая нами эмфаза состоит в выделении членов предложения или целых предложений. Выделение может происходить в пределах разных синтаксических структур – словосочетания, простого и сложноподчиненного предложения. В зависимости от этого изменяются и сами способы эмфазы. Отмеченные два признака – какая единица подвергается выделению и какова та синтаксическая среда, в которой происходит выделение, – могут быть использованы в качестве принципов систематизации материала.

В словосочетании возможна эмфаза атрибутов, осуществляемая по двум моделям, одна из которых применяется для выделения определений существительных со значением лица, а другая служит для выделения определений существительных со значением не—лица.

Mi tonto hermano > el tonto de mi hermano;

el buen se~nor vicario > el bueno del se~nor vicario