Чтение онлайн

В основе Древнерусской федерации не было основополагающего политического документа (конституции или договора) – в его современном понимании, но такой основой стало завещание Ярослава Мудрого, в котором он «заповедовал» своим сыновьям принципы деления Руси на уделы, исходя при этом из ее единства. Сейчас это может показаться абсурдом, но для средневекового общества возникновение государственно-политических институтов из частноправовой основы было вполне закономерным явлением. Ведь Русь была еще очень молодым государством, а для людей до-государственного общества право – прежде всего обычаи, а не законы. Право в их представлении – это не нормы, установленные государством, а то, что восходит к незапамятным временам и берет начало от Бога или от предков (например, завещание). Для князей Рюриковичей завещание их общего предка, отца-основателя их линии, а заодно и единого Древнерусского государства, имело, пожалуй, не меньшее значение, чем конституция для русских в XX в.

На основе такой средневековой квазиконституции, которая включала лишь принципы территориального устройства и единства Руси, а также систему княжеской власти, Русь просуществовала как федерация с 1054 г. (год смерти Ярослава Мудрого) до конца XI в. К этому временили возникли противоречия между князьями по разделу власти и территорий. Князья, используя процедуру снемов (съездов), решили обновить правовую основу своей власти в Древнерусской федерации на основе договорной. Власть федерального центра (Киева) ослабла и была не в состоянии предложить иной основы деления русского государства и власти в нем, поэтому князья использовали оставшийся в их распоряжении общерусский политический институт княжеских съездов. Однако, в отличие от народов Западной Европы, для русских (славян) договор не имел того огромного правового и нравственного значения, как для англосаксонских или франкских племен, если не в XI в., то в последующие времена.

Для славян огромную роль играла территория, на которой они проживали. Не случайно летописи пестрят словом «земля» и почти не содержат слова «народ». Территориальный аспект у русских превосходит личный, а следовательно, и договорной, поэтому замена «квазиконституционной» основы Древнерусской федерации на договорную не имела успеха: она не только не разрешила имевшиеся противоречия, но и повлекла новые. Сразу же после съезда в Любече в 1097 г. договор нарушается. И не просто нарушается! С ослепления князя Василька Теребовльского, представителя Волынской земли, в которой поучаствовал не кто-нибудь, а сам князь Киевский, начинается череда насилия над князьями-конкурентами. Летописи свидетельствуют, что Владимир Мономах, узнав об участи Василька, воскликнул: «Сего не бывало в Русской земле ни при дедах наших, ни при отцах наших». Действительно, «такого зла» не бывало. Если до того Святополк, убивший братьев Бориса и Глеба, снискал прозвище Окаянный, то после 1097 г. такие вещи вошли в обычай, и хотя осуждались, но не представляли чего-то из ряда вон выходящего. Князь Ярослав Святополкович, Владимир Давыдовыч Черниговский, его брат Изяслав Киевский – вот далеко не полный перечень князей, погибших в усобицах XII в. При этом князья, по тем или иным причинам не явившиеся на съезд, не считали себя связанными его решениями. Даже те, кто присутствовали на съезде и заключили договор, легко его нарушили, исходя из своего интереса [39] .

Киевская Русь представляла собой не политическую, а политико-родовую федерацию. При этом нельзя забывать, что Древнерусская федерация строилась и развивалась на этническом, культурном и религиозном единстве, осознании себя единой нацией всем населением объединенных территорий Руси. Помимо этого, Древнерусская федерация основывалась на общности торгово-экономического и правового пространства, едином гражданстве, единстве бюджетных принципов и схожести организации власти, экономического уклада и социальной структуры общества во всех ее частях.

Далеко не последнюю роль в поддержании целостности Древнерусской федерации сыграл княжеский род Рюриковичей. Его позитивное значение заключалось в том, что он не был связан ни с одним родом Древней Руси. Чтобы усилить единство родственных, но разделенных племен, нужны были управители одного рода. Связь народов через их правителей существовала не только на Руси и не только в Средние века. Людовик XIV думал, что «нет более Пиренеев», когда посадил на испанский престол внука. Наполеон «сажал» своих родственников на престолы покоренных им стран. И таких примеров история знает немало.

Собственно, началом Древнерусской федерации можно считать 1054 г., когда Ярослав Мудрый разделил Киевскую Русь между пятью своими сыновьями. По старшинству они заняли пять ведущих областей Южной и Западной Руси: княжества Киевское, Черниговское, Переяславльское, Смоленское и Волынское. Это и были первые «субъекты» Древнерусской федерации. Все прочие территории Руси, в том числе Тмутаракань, стали своеобразными автономиями в составе пяти княжеств. Они подчинялись не единому центру – Киеву, а пяти указанным выше центрам. В итоге Новгородская земля зависела от Киева; область восточнее Днепра, вплоть до Мурома, и Тмутаракань – от Чернигова; Ростов, Суздаль, Белоозеро и Поволжье – от Переяславля. Эти области управлялись наместниками соответствующих князей и платили им дань. По мере разрастания рода Рюриковичей все более или менее значимые земли имели князей рода и стали полноправными княжествами – членами Федерации.

Особое положение занимало княжество Полоцкое, управлявшееся другой родовой ветвью Рюриковичей – не Ярославичами, а Изяславичами. Поскольку Изяслав умер при жизни Владимира I не будучи старшим в роде, потомство его не могло двигаться по старшинству и менять области княжения. За ними закреплялось Полоцкое княжество, которое, в свою очередь, не могло быть взято другими князьями. Однако и оно было неразрывно связано с остальными землями, вначале выступало своеобразным консолидированным членом федерации, а затем окончательно влилось в Древнерусскую федерацию [40] .

Политическая жизнь федерации протекала весьма беспокойно. Однако общая тенденция была такова, что во второй половине XI в. и на рубеже веков в ней преобладали центростремительные силы, а с 30-х годов XII в. – центробежные. Четкой политико-правовой системы власти на Руси не было, и она выстраивалась во многом под конкретного князя (что характерно и для современной России). Первый Киевский князь Изяслав Ярославич не был удачлив в войнах и не мог найти общий язык с вече. В результате части централизованного государства Ярослава Мудрого стали быстро обособляться. Тот же процесс продолжался и при князе Всеволоде Ярославиче, в делах государственных больше полагавшемся на бояр, которые в то время приобрели огромный политический вес в Киеве. В итоге авторитет и значение Киевского князя в этот период заметно упали как внутри Киевской земли, так и на остальных территориях Руси. Многое сделал для его укрепления в конце XI – начале XII в. Владимир Мономах.

В 30-е годы XII в. центробежные силы начинают преобладать над центростремительными, что привело к частым переменам в Новгороде, причем не только князей, но и посадников. Святополк Мстиславич стал князем Новгородским по воле Киевского князя Всеволода Ольговича. Однако при вокняжении в Киеве Изяслава Мстиславича в 1135 г. князь в Новгороде остается прежним. На Съезде 1196 г. князя «выложиша Новгород в свободу», предоставив новгородцам право самим избирать князей «где им любо», сообразуясь со своими выгодами и военно-политической обстановкой на Руси, причем не только из ставленников Киева. Далее обособляется княжество Владимиро-Суздальское или северо-восток Руси. Волынь отходит от Киева, и судьба этой земли тесно переплетается с судьбой Галича. Даже соседний с Киевом Чернигов обособляется от Киева под властью Ольговичей и Давыдовичей.

До середины XII в., являясь единым федеративным государством, северные и северо-восточные княжества существенно расширились, а южные и юго-западные в целом не утратили своих территорий. Однако во второй половине XII в. все они становятся практически независимыми государствами. Процесс их обособления усугублялся и дроблением самих этих княжеств. Самый наглядный пример – Тмутаракань, раньше всех обособившаяся в силу геополитических причин и вскоре утратившая свою государственность и независимость. Собственно концом Древнерусской федерации можно считать 1169 г., когда войска Андрея Боголюбского, князя Владимиро-Суздальского взяли Киев. С этого момента Русь распалась на два блока: юго-западный и северо-восточный.

Во второй половине XII в. Русь окончательно распадается на отдельные княжества. Попытки образования конфедераций в военных целях не смогли помешать этому процессу. Парадокс краха Древнерусской федерации состоит в том, что к нему привели две противоположные тенденции политической жизни древнерусского государства. Это, с одной стороны, сепаратистские настроения ряда княжеских семей, бояр, вече, а с другой – постоянное стремление к жестокой централизации других князей, их бояр, отдельных представителей духовенства и народа.