Чтение онлайн

Постепенно отряд Артиса достиг конца туннеля и, миновав округлое отверстие выхода с ещё одной пограничной заставой, но состоявшей уже из большего количества стражников, мы вступили на территорию обширного отсека, выполнявшего в давние времена, помимо всех прочих, также и функцию стадиона, причем сам стадион, точнее то, что от него осталось, — большое, вместительное поле овальной формы, размеченное хорошо сохранившимися линиями для проведения различных спортивных мероприятий (и это несмотря на всё прошедшее время с момента создания ковчега), — было по всему периметру окружено постройками разнообразных форм и размеров.

Здесь возвышались жилые дома и хозяйственные помещения, сооружённые из всевозможных материалов: деревянных досок, грубо обтёсанных брёвен, а также составных частей и элементов внутренних конструкций звездолёта из металла и других искусственных сплавов, доставленных сюда, скорее всего, из других отсеков. В хаотичном, на первый взгляд, расположении построек всё же угадывался один всеобъемлющий принцип — все они плотным, практически замкнутым кольцом окружали игровое поле. Прямо напротив входа в отсек это кольцо прерывалось, образуя узкий проход в центр всего комплекса. В противоположной стороне от входа находилось самое большое и высокое строение — массивное здание, возведённое из крупных разноцветных блоков, балок, панелей, толстых брёвен и широких досок.

Внутри кольца из домов кипела жизнь — открытая площадь в его центре была буквально заполнена ангелами и их детьми. Все они принялись шумно приветствовать отряд принца, когда мы вступили на поле. Кроме проворных, полунагих детей, снующих повсюду и с настороженным любопытством разглядывающих нашу процессию, я впервые получил возможность лицезреть представительниц прекрасного пола у ангелов.

Это было воистину удивительное зрелище: молодые девушки и женщины среднего возраста — пожилых я почему-то среди них не заметил — имели очень броскую, красивую внешность. Она выражалась в приятных чертах лица, пышных причёсках и стройных, притягательно женственных фигурах. Все они без исключения были босы, а их одежда состояла лишь из короткой кожаной юбки и тонких ремешков из того же материала в нижней части груди, назначением которых было прочно удерживать обнажённый бюст в дерзко выступающем вперёд положении и не позволять ему опускаться вниз под воздействием силы тяжести. Женщины ангелов по большому счёту не сильно отличались от моих соотечественниц, если бы не одежда, причёски и ещё одна удивительная особенность — на кожу их тел, за исключением лица, были нанесены разноцветные узоры, символы, знаки и даже изображения диковинных животных, причём рисунки эти не повторялись, и таким образом у каждой женщины на теле была своя особенная, индивидуальная живопись.

Я в немом изумлении рассматривал как женщин, так и мужчин, обступивших наш отряд. Все эти люди были украшены узорами, но с одной лишь разницей: у мужчин они присутствовали только на лице, а тело оставалось незатронутым, у женщин же всё обстояло как раз наоборот — лицо было девственно чистым, а всё остальное тело разукрашенным. Ещё находясь в деревне, я обратил внимание на то, что краска была нанесена не на поверхность, а внедрена каким-то варварским способом в саму кожу людей. Несмотря на вполне объяснимое инстинктивное отвращение, которое возникало у меня при виде такого издевательства над собственным организмом, я всё же находил какое-то странное эстетическое удовольствие при виде этих нательных рисунков. Каждое женское тело представляло собой практически живую картину. Даже узоры на лицах мужчин перестали казаться мне отталкивающими, и я уже понемногу свыкся с этой отличительной особенностью ангелов мужского пола. Лица и тела детей и подростков обоих полов были лишены каких-либо орнаментов и рисунков, из чего я сделал вывод, что они, скорее всего, наносилась ангелам только по достижении ими определённого возраста.

Люди густой толпой окружили нашу группу, внимательно рассматривая меня, Линду и Конрада и насмешливо комментируя наш внешний вид. Из толпы отделилась одна девушка — ослепительная красавица с длинными огненно-рыжими волосами и, подойдя близко к конебыку, положила свою ладонь на мощную шею животного.

— Принц Артис, добро пожаловать домой, в Цитадель! — произнесла она мелодичным голосом, и толпа затихла при её словах.

Я переглянулся со своими товарищами по несчастью. Мы прибыли в пункт назначения! Комплекс убогих построек вокруг бывшего стадиона и есть та самая загадочная «Цитадель»!

— Я вижу, что твой отряд уменьшился и почему-то исчезли все боевые коты. Ты оставил их всех где-то на полпути сюда? — с недоумением в голосе спросила рыжая красотка и погладила морду верхового животного предводителя ангелов.

— Прекрасная Рея, а также вы, жители Цитадели, у меня есть для вас плохие и хорошие новости, — громко провозгласил Артис. — Начну с плохих. Нам пришлось прервать охоту, так как до меня дошла тревожная весть о том, что на одну из наших ферм проник отряд отщепенцев. Моим воинам пришлось принять неравный бой с выродками, которые хотя и уступали нам в числе, но имели на своей стороне превосходных бойцов и одну отвратительную ведьму, уничтожившую при помощи своих колдовских навыков многих дружественных нам кочевников, всех боевых котов, которых мы им предоставили, а также несколько храбрых ангелов!

Люди зашумели, громко выражая своё негодование и потрясая кулаками в нашу сторону, а некоторые дети даже стали плевать в нас троих. Линда закрыла лицо руками в тщетной попытке защититься от гнева и презрения толпы.

— Спокойствие! Утихомирьте свой праведный гнев! — прокричал лейтенант Робур. — Принц Артис ещё не закончил свой рассказ!

Словно по мановению волшебной палочки все смолкли и приготовились слушать дальше.

— Любимые мои подданные, ангелы! — театрально вскинув руки вверх, продолжил принц, и я заметил, как лекарь Теорис, стоявший неподалёку от нас, скептически скривил губы. — В ходе ожесточённого боя мы уничтожили мерзопакостную ведьму и одного из могучих воинов-отщепенцев! Кроме того, мы взяли в плен троих из них — двух самцов и одну самку! Посмотрите, вот стоят они, привязанные к седлу моего конебыка, в ожидании допроса у верховного правителя Одреда, за которым, как вы знаете, неминуемо последует неотвратимая кара для всех них!

Принц указал пальцем на нас, и люди буквально взбесилась. Они стали истошно кричать, плеваться и буквально поливать нас отборной бранью. Особо расторопные из них пытались даже добраться до нас, чтобы ударить, и им наверняка удалось бы это сделать, если бы не гиганты-берсерки, предупреждающе зарычавшие и направившие свои чудовищные копья на толпу. Ангелы вновь успокоились, а я взглянул на Артиса и увидел, что он, похоже, испытывает истинное наслаждение от всего происходящего — торжествующая, самодовольная ухмылка не сходила с его надменного лица.

— Но довольно уже плохих вестей, мои друзья! — заявил принц. — У меня имеются и хорошие. Сегодня вечером мы устроим шикарный пир, чтобы достойно проводить души наших павших воинов на тёмную сторону Мета, а также отметить окончание охоты и взятие в плен этих троих дегенератов! Во время пира состоятся внеочередные бои на Арене. Тем воинам, которые сегодня особенно отличились в битве, предоставится право лично позабавиться с рабами на Арене и окропить свои доблестные мечи их поганой кровью!

Мужчины в толпе, а также воины из отряда Артиса взревели в едином порыве воодушевления. Они громко смеялись, обнимались, а некоторые из них даже пустились в пляс. Берсерки рычали и потрясали копьями, дети радостно вопили звонкими голосами, и даже женщины широко улыбались и казались чрезвычайно обрадованными этими словами. Меня поразила эта бурная волна веселья, а Конрад и Линда удивлённо оглядывались вокруг, пытаясь понять причину столь яркого проявления эмоций. Складывалось такое впечатление, что все на мгновение позабыли о нас. Но, как оказалось, это было не совсем так — один из них всё это время не выпускал нас из виду, и этим человеком являлся не кто иной, как лекарь Теорис.

Среди всеобщего ликования он незаметно для других приблизился к нам и тихо проговорил:

— Вы, трое, слушайте меня внимательно, если хотите остаться в живых! Уже сегодня вечером, до начала пира, вас поведут на допрос к Одреду. Не пытайтесь перечить ему и соглашайтесь со всем, что он скажет. Особенно это относится к тебе! — Он выразительно посмотрел на Конрада. — Тебе, воин, скорее всего, предстоит в будущем биться на Арене. Если покорно примешь эту участь, тебя оставят жить. По крайней мере, ещё некоторое время… Вам же, двоим, — лекарь перевёл взгляд на меня и Линду, — придётся труднее. Тебя, женщина, возможно, отправят в дом принца. А вот, что будет с тобой, красавчик, я не знаю…