Чтение онлайн

— Нет… это натуральный цвет и структура, я ничего с ними не делаю! — я не могу сдержать улыбки, девчушка явно в восторге и, словно пытается впитать каждую мою рыжую прядку в свою память, чтобы воскресить этот момент.

— Я – Калиста, — заявляет она таким официальным тоном, что у меня вырывается смешок. — Зови меня просто Кэлли, а это… — она подымает взгляд на Элли и улыбается, — моя тётя, сестра папы, Элинор!

— Зови меня Элли! — усмехается она, и я поднимаю взгляд уже на Элли.

Необычно. Все в этом доме, включая прислугу смотрят на меня враждебно, пожалуй, только Джанна добра, а эти девушки, должны меня обе ненавидеть, я – их враг, из-за моей матери мой отец убил их отца, и, получается, деда Кэлли, но в отличие от Кассиана, в них нет ни капли злости, напротив, они очень добры, и это выбивает меня из колеи.

— Хорошо! — отвечаю я, и снова не могу сдержать улыбки. — Зовите меня Милана!

— Хорошо, Милана, — произносит Кэлли, и мой взгляд невольно приковывается к её большим, наивным глазам. В них столько детского любопытства, так много невинности, которой я лишена.

— Ты невеста папы, да? Вы скоро поженитесь?

Этот вопрос застаёт меня врасплох. Слова застревают в горле, я судорожно пытаюсь подобрать хоть что-то внятное.

В голове клубятся, отнюдь, разные мысли, каждая следующая мрачнее предыдущей:

«Твой папа купил меня, как скотину на рынке, пообещал, что моя жизнь превратится в череду нескончаемых унижений, отказался выкупить мою сестру, наслаждаясь моей болью и отчаянием. Он поклялся посадить меня на поводок, как бешеную собаку, и ты спрашиваешь, не собирается ли он сделать мне предложение? Наверное, мечтает поклясться в вечной любви и умереть со мной в один день, не иначе!»

Но, собрав остатки самообладания, откашливаюсь и выдавливаю из себя совсем другое:

— Нет, Кэлли, твой папа не собирается на мне жениться. Я здесь… уже работаю. Просто работаю, и всё!

Вру, как дышу, но что мне ещё остаётся?

— Вот и идиот! — от этих слов я вздрагиваю и мой взгляд тут же перескакивает на Элли, стоящую чуть поодаль. Не ожидала от неё такой прямоты.

— Ну а что? Он точно идиот! — с жаром повторяет она, и я невольно хмурю брови. — Но на самом деле, Кассиан не такой уж и плохой, да… он может быть… жестоким, но… — Она запинается, подбирая слова. — Он преданный своей семье, он заботливый и… ты просто ещё не растопила его сердце. Вот увидишь, если ты приложишь немного усилий, он на руках тебя носить будет! Это правда!

В её глазах столько неподдельной искренности, что я на мгновение теряюсь. Она действительно верит в то, что говорит? Верит, что Кассиан способен на нежность и доброту, по крайней мере, по отношению ко мне? Возможно, как брат, как отец, он и проявляет эти качества, но я… я для него враг, всего лишь пешка в его сложной, жестокой игре. И топить сердце этого монстра в мои планы никак не входит. Я собираюсь сбежать. Сбежать отсюда, как можно дальше и как можно скорее. Плевать мне на Кассиана, плевать на его чувства, если они вообще у него есть. Я не позволю ему использовать меня в своей изощрённой мести моему отцу. Так что… ничего я не собираюсь делать, и носить меня на руках ему точно не придётся. Я и сама прекрасно справлюсь.

— Я понимаю, Элли, — говорю я ровным, спокойным голосом, словно успокаивая капризного ребёнка. — Может быть, твой брат и добрый к тебе, к своей дочери, но мне от него ничего не нужно!

Последние слова вырываются из меня с какой-то неприкрытой горечью, с почти осязаемой болью. Словно… сама мысль о том, чтобы стать для Кассиана кем-то большим, кем-то значимым, вызывает во мне отвращение.

— Он не нравится тебе? Мой папа некрасивый?

Перевожу взгляд на Кэлли, которая смотрит на меня с явным недоумением. Чёрт… "Не нравится?" "Некрасивый?" Мои щёки мгновенно покрываются предательским румянцем. Его трудно назвать некрасивым, это было бы нечестно. Но думать о нем в таком ключе… это слишком опасно. Это может выдать меня с головой. Я поднимаю взгляд на Элли, и мне кажется, что она видит меня насквозь, читает все мои мысли, как открытую книгу. Её улыбка становится какой-то хитрой, зловещей, словно она знает мою тайну, моё постыдное, тщательно скрываемое влечение к этому человеку.

К счастью, этот странный, неловкий разговор обрывается в самый неподходящий момент. В кухню врывается Кассиан. Хмурый, как сам чёрт, он, кажется, готов испепелить всё вокруг своим взглядом.

— Элли, Кэлли, оставьте нас.

Его голос строгий, ровный, не терпящий возражений. Девочки переглядываются, в их взглядах читается что-то вроде "удачи", прежде чем послушно покинуть кухню. Ледяной взгляд Кассиана прикован только ко мне.

Тишина в кухне становится почти осязаемой, давит на барабанные перепонки. Кажется, только стук моего сердца нарушает этот зловещий покой. Что его так взбесило? Неужели мой разговор с Элли и Кэлли? Надеюсь, я не сказала ничего лишнего…

Кассиан прожигает меня взглядом. За его спиной возникает Джанна. В её руках сложена форма, и она совсем не похожа на ту, что сейчас на мне. Тёмно-серая, почти чёрная, без намёка на игривую отделку, строгая и мрачная. Траурная форма.

— Это что, моя новая униформа? — спрашиваю я нарочито вежливо, стараясь скрыть за дежурной улыбкой ехидное любопытство. — Думаешь, в ней я буду выглядеть менее... броско?

Моя улыбка, кажется, делает Кассиана ещё мрачнее.

— Примерь! — рявкает Кассиан.

Джанна вздрагивает и роняет форму на пол.

— Решил, что с такой формой я стану незаметнее? — огрызаюсь я, не в силах сдержать колкость. Может, тогда ему не нужна буду я вовсе. — А может… ты её вообще с трупа снял?

На его лице появляется подобие улыбки, и бровь приподнимается в немом вопросе. Короткий, леденящий душу смешок, а затем снова беспросветная тьма во взгляде.

— Переодевайся, — коротко бросает он, словно я – нерадивая служанка.

— И что, ты снова будешь здесь стоять и ждать? — спрашиваю я, испытывая его терпение.

Он выхватывает форму из рук испуганной Джанны и в один шаг оказывается рядом со мной. Моё сердце замирает. Кассиан хватает меня за талию, притягивая вплотную к себе. Моё тело вздрагивает от неожиданного прикосновения, от его силы. Он наклоняется к моему уху, и его обжигающее дыхание опаляет чувствительную кожу шеи.

— Не заставляй меня повторять дважды, — шепчет он, и в его голосе слышится неприкрытая угроза.

Я вскидываю голову, заглядывая в его глаза цвета коньяка. В них пляшут черти, смешиваясь с нескрываемым... желанием? Только не это! Но от этого зрелища по спине пробегает дрожь. Время останавливается. Мы застываем на месте, не в силах пошевелиться, не в силах оттолкнуть друг друга или приблизиться ещё теснее. Взгляд Кассиана становится горячим, обжигающим, но одновременно яростным. Яростным, как бушующий пожар.

— Переодевайся, — повторяет он, и в этот раз его голос звучит почти умоляюще.