Чтение онлайн

– Да какие люди! – отмахнулся техник. – Я о полиарконовых говорю!

Кенси напрягся, а Шарз внезапно выдохся и замер. Генерал прочистил горло, неспешно потянулся к термокружке и глотнул давно остывшей воды. Кристоф затаился, то ли проверяя реакцию старого знакомого, то ли оттого что сболтнул.

– Что, тоже кажутся подозрительными? – соучастно спросил Кенси в надежде, но исключительно наугад.

– Замечаете, да?

Джареф понял, что не прогадал, когда Шарз понизил голос и слегка ссутулился, будто в разговор закрались намеки на государственную тайну.

– Я-то давно. А вы? – умело поддержал диалог Кенси.

Кристоф помялся на месте, а потом самолично подошел к генеральскому столу, сел напротив в одинокое поворотное кресло, которое пододвинул на магнитных захватах ближе, и оперся локтями на край.

– У нас в бригаде об этом говорить не принято, но подозревают так или иначе все… - заговорщицким тоном начал Шарз, нагнувшись над столом. – Машины эти, командир, дико стремные. А уж когда работать с ними начинаешь, то ни слова ругнуться нельзя.

– Почему нельзя? – спросил Кенси с абсолютно серьезной миной на лице. В помешательство служебного состава он начинал верить с каждым случаем все меньше. Ладно, когда крыша едет у одного – это случайность. Два – совпадение. А вот три – это уже статистика.

Тем более, если речь идет про всю техническую группу.

– Потому что эти гады всё слышат, - повел рукой техник. – До последнего слова.

– Но почему ты просишься на выход именно сейчас? – изумился Джареф. – Почему не говорил мне об этом раньше.

– Да кто нам поверит то, командир? – Кристоф отлип от стола. – После стольких лет службы. По нам же дурка плачет. А в ней гипнозы всякие по прочистке мозгов. Все, сука, на благо личности. Во имя морального спокойствия. Извини, старший, но скажи я тебе такое полгодика так назад, то не знаю, как бы ты отреагировал. Ты ж нарадоваться не мог на те новые железки. Они тебя всем устраивали. Только вот железки эти с нашими мозгами. Человеческими. И у меня даже доказательств наберется. Но штабист тот, который их прислал, уж больно вомпер, и рожа у него паскудная. Мы все прям чуяли, что он может в главный отдел на нас донести. А тебе не говорили, чтоб ты не дергался. Будто я не знаю тебя, старший. Полезешь вопросы задавать умные, а тебя там и примут. А нас в расход. «Метеоритом» собьют. Или реактор на выходе из прыжка перегреется.

Кенси слушал откровения старшего техника и мрачнел. Упаднические настроения и раньше всплывали в мелкой эскадре, но проходили быстро. Как правило, щедрые премиальные после сомнительных операций вновь возвращали людям уверенность в их ценности.

С машинами ситуация выходила иная. Одно дело, Кенси привык получать приказы на ликвидацию и не спрашивать, чем тот или иной пират, капитан, частный извозчик или даже генерал провинился перед Канцлером. Другое дело, когда вопросы возникают даже к оружию, которое дают тебе в пользование. «Не бомбанет?» - хочется спросить в таком случае. Но не спрашиваешь, зная, что сойдешь за умного. А умные в «Белом шторме» не нужны. Нужны исполнительные.

– Так что, звиняй, старший, - покачал ладонью техник. – Ты это дело забудь, по-хорошему. А меня, дурака, отпусти работать. Чет накатило. Постараюсь справиться.

После чего Шарз в самом деле начал вставать, намереваясь свалить из кабинета, пока генерал не передумал.

– Стоять, - приказал ровным тоном Кенси, и Кристоф замер неохотно. – Сядь обратно. И договаривай.

– Что договаривать? – мрачно спросил техник.

– Прецеденты, доказательства, факты, - перечислил генерал. – У меня в памяти странностей о них не меньше, но я хочу подтверждений.

– Зачем вам это, старший? – измученно спросил Кристоф.

Кенси изумленно вскинул брови, и глубокие морщины собрались складками на лбу.

– У меня на борту с каждым днем творится все больший бардак, - стальным резким голосом, сказал генерал. – Старшие офицеры срутся как дети. Младшие – ходят с фингалами. Еще этот полиарконовый тип в шлюзе… Весь мостик жадно липнет к Интерсети, и готов перегрызть друг друга. И это только из-за новостей! У меня на корабле никаких карцеров не хватит. Половина народа скоро вообще стрелять откажется! И не вспомнят, на что подписывались. Я уже к бунту начал всерьез готовиться, Кристоф! Втихаря от старпома! Потому что мне его рожа последнее время не нравится. Он явно что-то против меня замыслил!

Старший техник слушал внимательно, не перебивая. Старался держать лицо кирпичом, но получалось плохо.

– У меня не хватает верных людей, Кристоф! – продолжил генерал уже тише. – Верных Мне людей. И между тем, у меня в ангаре сидит целых семь боевых… полиморфов!

Слово подобралось и вылетело так легко, что Кенси сам удивился, как точно оно подходит. А в чем, собственно, разница между тем придурком в шлюзе и его механическими бойцами? Одни скованны кредитами, другие стойкой с блокираторами. Удивительная разница… Что одних за бунтарские настроения грозятся разобрать, что других.

– Гребанные полиморфы… - в сердцах выдохнул генерал.
– С которыми я могу договориться. Теоретически! И я должен с ними договориться! Потому что или это сделаю я, или неблагонадежная часть экипажа. Но если я хотя бы смогу уберечь эскадру от ликвидации кем-то другим и не сдам ее с потрохами в подарок колонистам, то вот в других я не уверен!

– То есть, вы за то, чтоб дальше слепо выполнять приказы Канцлера, даже если мы развяжем войну? – уточнил сдавленно техник.

– Я за то, чтоб разобраться, какого хрена тут происходит! – рявкнул Кенси на Кристофа, отчего тот вздрогнул и прижался к спинке стула. – И за то, чтобы сберечь своих людей. Как живых, так и полиарконовых. И мне всё равно, как их сделали и зачем. Эти люди в моем подчинении. В отличие от остальных, я понимаю, что за невыполнение приказа, нас всех тут уничтожат. Как и за бунт. И сделают это раньше, чем эскадра сдастся колонистам.

– А если вдруг-таки война, а прикажут стрелять по невинным людям? – вжав голову в плечи, спросил техник.

Кенси аж растерялся и натурально обалдел от услышанного.

– Я не понял, старший лейтенант, это ты меня сейчас так нахер послал со своими бунтарскими замашками?

– Виноват, командир! – тут же исправился техник и выпрямился. Хоть и сидя. – Но старпом Вигинс считает, что вы устали думать и цитирую: «боитесь выйти за рамки Закона». А так же «марионетка Канцлера» и «старик, готовый похоронить нас с правдой». Включая правду о полиморфах, - дотошно заметил техник. – Он ко мне сам первый подошел и спросил о них в лоб по своим личным догадкам. И кстати, колонистам он сам сдаваться не хочет. Считает, что не заслужили.

Кенси опустил лицо и тихо под нос выругался. Так глупо он себя давно уже не ощущал. Пожалуй, с тех пор как в юношестве, перед отправкой на флот, рискнул написать однокашнице признание в своей тайной любви, и выяснил, что она все время тоже его любила, но потом устала и вышла за другого. А признался бы раньше, глядишь, и в космический флот бы идти передумал.

– С Вигинсом я сам поговорю, - отмахнулся генерал. – А тебя я ради машин позвал. Говори, куда смотреть и какие файлы искать.

Кристоф тут же подобрался, в надежде, что на борту с экипажем и командиром еще не все потеряно. А временное недопонимание старших на борту – это результат обострившейся паранойи. Попросив жестом у командира повернуть экран его терминала, Шарз по-деловому начал подсказывать, где Кенси стоит искать особо «сочные» моменты про машины. По долгу службы у генерала был полный доступ ко всем базам данных на корабле. Включая некоторые скрытые архивы. А по согласованию с начальником охраны и старпомом, доступы даже к некоторым частным архивам экипажа.