Чтение онлайн

– Вот повстречаем орденцев или кого там - и будет тебе максимальная конспирация...
– проворчал он, сдаваясь.
– Так и быть, уболтал. А вот кольчугу ты у меня напялишь.

– Ага. Уже. Обожаю в железе бегать, знаешь ли.

– А кто меня в телохранители подписал? Уж если стрелять будут, так пусть в глаз бьют. Чтоб шкуру не испортить. И все же насчет автомата - это ты со зла.

– Да не бойся ты, есть у меня волына. Будешь себя хорошо вести - так и быть, дам подержать.

– А ты кольчугу-то надевай, надевай...

Вопреки всем ожиданиям, когда я натянул грубую кожаную рубаху и кольчугу, то почувствовал себя куда как лучше: тяжесть кольчуги на плечах словно разбудила меня - такого, каким я до всех этих заморочек был. Приятно все же снова, пусть и ненадолго, ощутить себя вольным стрелком, кондотьером, солдатом удачи.

А снаружи уже совсем стемнело, поливало, как из гигантского душа - ледяного, естественно. Малыш поежился, надвигая капюшон на глаза:

– Ничего ночка. Только для темных дел.

– Это ты правильно заметил... Если за полминуты так вымочило, что ж дальше-то будет?

– Растворит к чертовой матери.

Из густой мокрой темноты вынырнули четыре фигуры, остановились под дождем, в пятне слабого красноватого света, падающего из приоткрытой двери. «Экспедиционный корпус» плюс Этелред. Тесно сбились, точно свет этот - наше последнее пристанище, последняя связь с домом. Лиц почти не видно, но даже при таком освещении можно разглядеть, что Ильмира словно постарела лет на десять - лицо осунувшееся, напряженное, в углах рта складки залегли:

– Все готово, Мик. Надо идти. Долго я морок не удержу.

– Надо так надо... Поехали, что ли?

Этелред остановился перед Ильмирой, приобнял ее за плечи, потом повернулся ко мне и почти безнадежно напутствовал:

– Ну, удачи...

Ночка и в самом деле как на заказ - непогодь, темнотища... В самый раз для жутких историй с привидениями, и усугубляется это тем, что «напускатели тумана» времени даром не теряли. Стоило только спуститься в предгорья - и даже у меня душа в пятки ушла. Знаю, конечно - все это морок, но что уж говорить, если даже Прокаженные явно нервничают... А вы бы что сказали, если б по сторонам время от времени возникали непонятные силуэты - то светящиеся, то даже чернее окружающей темноты? Это-то ладно, это еще детские штучки - весь фокус в том, что они еще и Силу излучают, причем именно для нежити и характерную, узнаваемую даже. Что уж говорить, если не только я - мой Камень на них реагирует!..

В общем, пришлось зажмуриться и чуть ли не за руки себя хватать - непривычно чуять позади стаю волколаков и сидеть спокойно. И направление, куда эти мороки стягиваются, я тоже определил - к Южному тракту, ведущему через перевал в Гэлфост. К тому самому, где мы с Душегубом дрались. Сработано исключительно на совесть, орденцам явно не до нас будет...

И все ж мы - просто стадо лопухов, вот что я скажу. Все продумали, кроме одного: а как мы будем возвращаться? На обратном-то пути такого прикрытия у нас не будет...

Морок мороком, но мы и сами вполне можем за призраков сойти - мутанты несутся быстро, как могут, так, что только ветер и дождь в лицо хлещут. И это ладно бы, но движемся мы в стороне от тракта, и лес тут весьма густой, не говоря уж обо всяких колючих кустах - я на них уже половину плаща оставил... Что делать - кратчайший путь. Начало Тропы, как выяснилось, мутанты не хуже моего знают, хотя в сам лес и не суются. Да еще мешает постоянное чувство опасности - понимаю, так и должно быть, если морок наведен с толком, но примешивается еще что-то, пока не очень понятное.

Мы, кажется, подошли к Зачарованному уже вплотную - и тут ощущение опасности конкретизировалось, локализовалось и превратилось в опасность реальную: я почувствовал Чародеев. Близко. И, что куда хуже, Чародеи почуяли нас - голос из темноты рявкнул:

– Стоять! Именем Ордена!

– Стоим, - негромко приказал Грентвиг.
– В драку не торопитесь.

Я соскочил с мутанта и выдернул Хельмберт. Все ж привычней, когда землю под ногами чувствуешь... Малыш тут же оказался рядом буркнул:

– Вот тебе твоя конспирация... Говорил же - автомат взять надо.

– Ага, - рассеянно обронил я. Чародеи, кажется, немного озадачены - на чужаков мы не похожи...

Грентвиг гаркнул командно:

– Кто здесь Лиге препятствует?!

Отозвался хрипловатый старческий баритон:

– Если вы друзья, почему тайком пробираетесь? Кстати, я, похоже, кое-кого из вас знаю... Огня, - вполголоса скомандовал он кому-то. Щелкнул кремень (Силу не тратят), оранжевое коптящее пламя разрослось и заметалось на ветру. Пока можно разглядеть смутно только пару всадников, но на самом деле их там явно побольше...

Мы с Тораном заняли места справа и слева от Малыша - оружие наготове, - с флангов выросли Прокаженные, выставив копья. Вообще-то с налету мы могли б и прорваться... Хотя тогда Грентвигу с Тораном пришлось бы с нами за компанию в Зачарованный топать, а кому оно надо?

Факел приблизился, вижу троих конных, пеших, наверно, с полдесятка - это не считая тех, кто там, в темноте остался. Определенно не наш расклад... Огонь холодно отсвечивает на панцирях, на клинках. Ну что ж, если что - и подраться можно... Я перевел дух и взялся обеими руками за рукоять Хельмберта.

Всадники подъехали настолько, что я уже смог разглядеть лицо главного, в центре: круглая, коротко остриженная голова, мясистые щеки, короткая сивая борода, на лбу - серебряный обруч Магистра. Точно ведь, уже встречались - один из моих экзаменаторов в Берлоге, «отставной боцман», как я его тогда окрестил. Многовато старых знакомых...

Он остановил коня в паре метров от нас и, в упор не замечая остальных, обратился к Грентвигу:

– Приветствую, Грент. Странная компания для Магистра, не находишь?

– Бывшего Магистра, Рэм... Не знал, что ты с востока вернулся.

«Отставной боцман» чуть усмехнулся:

– Я здесь, как видишь. А фокус с наведенным мороком - очень хорошо. Даже мне понравилось. Но на меня ты не рассчитывал, верно? Получается, зря ты, Грент, Силу расходовал...

– Это верно, - согласился Грентвиг.
– Тебя на таком не проведешь. Но встретились наконец хотя бы...
– а голоса у обоих нарочито спокойные, даже с этакой ленцой - словно не под дождем в чистом поле и перед дракой беседуют, а за бокальчиком у камина.