Чтение онлайн

Не все растения гостеприимно развешивали свои плоды для потребителей. Были и такие, которые не особенно привечали животных, а только терпели их возню в своих кронах. Кроме того, появились еще большие недотроги, которые для защиты от потребителей выработали ядовитые вещества в плодах, корнях и стеблях. Такие вроде бы съедобные части растений имели горький вкус из-за наличия в них алкалоидов, таких как стрихнин, бруцин, никотин и хинин, (последний не самый ядовитый из перечисленных веществ).

Обоняние приматов далеко не лучшее в природе, но по сравнению с вкусовыми ощущениями это верх совершенства. Чтобы вызвать возбуждения из-за их воздействий на рецепторы человеку необходимо, по крайней мере, в 25 тысяч раз больше молекул, чем при создании обонятельного ощущения. Это еще и притом, что вкусовые ощущения носят контактный характер непосредственно на языке. Упадок обонятельных функций позволили уменьшить носовой отдела черепа, что, в свою очередь, уменьшило лицевую часть по отношению к мозговой части, что было необходимо больше, чем обонятельные функции.

Соленое, сладкое, кислое и горькое вот те 4 вкусовых ощущения и их многочисленные варианты, которые мы можем оценить по достоинству. Причем ощущение горечи во рту возникает при концентрациях вещества в 1000 раз меньших, чем необходимо для ощущения сладкого, соленого или кислого. Представьте себе, что этот эффект, как защита от ядовитой пищи, у нас существует лет миллионов 60 как минимум, с того момента, когда предки низших приматов стали обживать экологические ниши на деревьях. Там кроме своей основной пищи­ – насекомых, стали использовать растительную, где встретили горькие, а значит ядовитые растения или ядовитые плоды.

Дополним и освежим в памяти некоторые моменты нашего повествования, освещенные в главе «Область компетенции экологии», подробностями, которые мы имеем в нашем «арсенале».

Предками млекопитающих и приматов в том числе, были древнейшие из плацентарных насекомоядных - эндотерии, или близкие с ним виды. Их останки обнаружены в верхнеюрских и нижнемеловых отложениях в Северо-Восточном Китае и горах Лаоса. Вообще в Мезозое существовало более 20 семейств примитивных млекопитающих, занимавших разные экологические ниши. Нас же интересуют те их виды, которые питались насекомыми, а особенно те, кто обитал от крон до их корней среди растений ценофобов - цветковых и покрытосеменных. Отсюда и крайняя специализация некоторых древнейших млекопитающих – насекомоядных.

В связи с тем, что до начала массового распространения покрытосеменных растений они имели небольшие размеры и существовали в ландшафтах рискованного состояния, а это именно там, где ютились растения ценофобы. Древние насекомоядные в основном были наземными животными.

Насекомые конца Мезозоя из-за экспансии цветковых растений стали приспосабливаться к новым условиям существования. В связи с овладением новых пищевых зон появились и новые виды, которые начали активно осваивать ресурсы новой флоры, количество их видов резко возросло и как пищевая база, стали очень притягательны. Поэтому вслед за ними поднялись на деревья и предки низших приматов, которые свой «эволюционный бег» стали приноравливать к темпам распространения растений - продуцентов и их спутников насекомых. В этот период в качестве адаптационного фактора стало активно изменяться вестибулярное чувство, которое представляет информацию о движении тела в пространстве. Органы этого чувства расположены в ухе, где полукружные каналы и вестибулярные мешочки преобразуют сигналы об относительном движении и передают их в мозг. Куда пока не ясно, но вполне возможно в мозжечок и участок коры находящийся в височной области. (Carlson, 1991). В дальнейшем вестибулярное чувство еще раз изменилось при переходе к новому образу жизни, в котором основным было прямохождение и просуществовало неизменным до архантропов.

По сравнению с эволюционными процессами, которые протекали на поверхности земли, появление новых видов животных на деревьях было довольно медленным. На это влияли определенные факторы. Их эволюция пошла по освоению экологических ниш, обусловленных ярусными членениями фитоценозов раннего Кайнозоя, что предполагало разную по виду растительность, от кустарников и редко растущих деревьев до густых и влажных тропических лесов. Разные растительные формации, а значит, и разные способы добывания пищи, заставляли по-разному передвигаться. Поэтому разделение наших далеких предков пошло, в первую очередь, по способу передвижения в ветвях растительности.

Ранняя Кайнозойская флора по данным палеоботаники была более однородной по своему видовому составу, чем современная. То есть растений пригодных в пищу было еще не много. Однообразие пищевых ресурсов не способствовало видообразованию, а какие и появились виды, различие между ними были не очень существенными и нечетко выраженными. Скорее всего, различия критериев видов наших далеких предков в ту эпоху, формировались, в общем, и целом только в различных ландшафтных районах и климатических зонах. В принципе ранних приматов можно назвать трансзональными видами потому, что расселение их происходило во все климатические зоны Палеоцена.

Не будем утверждать, что можно ответить на вопрос где родина приматов. Данных очень мало. Вообще считается, что начало всех начал, это центральная Азия. В Монголии в верхнемеловых отложениях были найдены останки животных похожих на современных тупай, насекомоядных примитивных млекопитающих. Полагают, по этому, что предки приматов распространились из Азии во многие районы Старого и Нового света и составили основные популяции переходных видов, из которых впоследствии развились предки лемуров и долгопятов и которые в дальнейшем дали большое количество видов обезьян.

В процессе эволюции видов низших приматов происходила полная переналадка органов чувств, инстинктов, безусловных рефлексов. Необходимо было перестроить видовую морфофизиологию, генетическую информационность, поменять в корне все процессы жизнедеятельности и, прежде всего размножение. В связи с изменением видов потребляемой пищи необходимо было изменить биохимию внутренних процессов. Самое главное, что необходимо было сделать, это изменить структуру мозга и нервную систему. Как видите, задача была поставлена грандиозная и требовала большого количества времени. По - этому-то с момента появления низших приматов (80 миллионов лет назад) и до того времени, когда по веткам запрыгали истинные долгопяты и лемуры, прошло, как вы уже знаете из предыдущей главы, примерно, 20 миллионов лет.

Некоторые из низших приматов стали передвигаться прыжками, а это способствовало увеличению размеров задних конечностей. Когти на них теперь только мешали, и они постепенно превратились в ногти, хотя на передних конечностях сохранились. Этих примитивных приматов считают родственниками современных тупай.

Были и другие группы насекомоядных, у которых в силу специфики окружающей растительности или ярусного обитания, специализация в прыжке вызвала не только увеличение задних конечностей, но и удлинение пяточного отдела стопы. Так, что задние конечности представителей таких видов, стали представлять двойной рычаг, что позволило им совершать огромные прыжки.

Большие скорости приземления заставили изменить и передние конечности. Когтей для фиксации при приземлении оказалось недостаточно, пальцы передних конечностей стали удлиняться, что способствовало более прочному захвату ветвей и позволило раздельно манипулировать ими. Дальнейшее приспособление к лазанию сформировала кисть передних конечностей таким образом, что большой палец стал противостоять остальным, что позволило обхватывать более тонкие ветки. Таким образом, сформировались представители подотряда долгопятовых, или тарзиоидов.