Чтение онлайн

«Праведный учитель» и вся секта в целом подвергаются преследованиям со стороны «нечестивого жреца». Последний занимает свою должность в соответствии с законом, но вскоре становится гордым, делается безбожником, не выполняет пред­писаний закона во имя личной выгоды и наживы, накапливает богатства насилиями и грабежами. Он захватывает богатства народов, а также грабит имущество бедных в Иудее. «Нечести­вый жрец» совершает различные мерзости, пьянствует, вино­вен даже в осквернении Иерусалимского храма. Многие иссле­дователи отождествляют «нечестивого жреца» с первосвященни­ком Иерусалимского храма.

По-видимому, причиной гонений на «праведного учителя» явилось проповедуемое им учение. Такой вывод можно как будто заключить на основе одного не вполне ясного места из Комментария к Аввакуму (II, 1—3). Преследования «праведного учи­теля» и его приверженцев достигают своего высшего пункта во время празднования «дня очищения», когда «нечестивый жрец» является к ним с целью их истребления. Для членов общины этот день был самым большим праздником, но для «нечестивого жреца» считался обычным будничным днем, так как кумраниты и остальные евреи придерживались двух различных календарей.

В Комментарии к Аввакуму в качестве отрицательной фи­гуры изображен также «человек лжи». Подобно «нечестивому жрецу», он выступает как противник и преследователь «пра­ведного учителя». Комментатор упоминает также «проповед­ника лжи». Трудно сказать, идет ли речь о новой личности, или же его можно отождествлять либо с «человеком лжи», либо с «нечестивым жрецом». «Проповеднику лжи» приписывается проведение каких-то строительных работ. Опять-таки неясно, имело ли в действительности место строительство, или же в дан­ном случае комментатором подразумеваются лишь символиче­ские понятия. Наряду с упомянутыми лицами в Комментарии к Аввакуму фигурируют еще «последние священники Иеруса­лима».

Касаясь преследований «праведного учителя» со стороны «человека лжи», комментатор порицает некую вероотступниче­скую группу, которую он именует «домом Авесалома». Основой для порицания служит то, что вопреки ожиданиям членов кумранской общины она не поддержала «праведного учителя» в час его страдания. Одно место из книги Аввакума (1, 13) цити­руется в Комментарии к Аввакуму с небольшим отклонением от библейского текста следующим образом: «Зачем Вы смотрите на злодеев, и ты безмолвствуешь, когда нечестивец поглощает того, кто праведнее его». К этому комментатор добавляет: «Имеются в виду дом Авесалома и его советники, которые мол­чали, когда наказывали «праведного учителя», и не помогали ему против «человека лжи», отвергавшего закон перед лицом всего общества».

Ряд исследователей полагает, что «праведный учитель» был убит по приказанию «нечестивого жреца». Такое утверждение нельзя признать обоснованным. В найденных свитках ничего не говорится о насильственной или мученической смерти «правед­ного учителя». В Комментарии к Аввакуму по существу идет лишь речь о его преследовании, возможно, с целью убийства. На основе двух мест Дамасского документа напрашивается вы­вод о том, что «праведный учитель» исчез либо подвергся изгна­нию. Несмотря на его исчезновение, кумраниты верили, что он в конце концов еще раз придет.

Среди ученых развернулись оживленные споры по вопросу о вере кумранитов в воскресение «праведного учителя». Одни из них утверждают, что кумраниты ожидали воскресения умершего учителя. Другие считают, что такое утверждение лишено вся­кого основания. Споры между исследователями по данному вопросу в значительной мере вызваны их расхождениями в по­нимании и интерпретации одного места из Дамасского документа (VI, 10—11).

С вопросом об ожидании второго пришествия «праведного учителя» непосредственно связан и другой вопрос: верили ли вообще кумранские сектанты в телесное воскресение мертвых. Одни ученые отвечают на этот вопрос отрицательно, другие — положительно. Сторонники первой точки зрения утверждают, что в рукописях Мертвого моря ничего не говорится о веровании кумранитов в телесное воскресение. Сторонники второй точки зрения полагают, что в трех местах Благодарственных гимнов (VI, 29—30, 34; XI, 10—13) засвидетельствованы представления кумранитов о воскресении мертвых.

Заслуживает внимания тот факт, что о воскресении мертвых ничего не говорится в других рукописях Мертвого моря. Это несомненно затрудняет решение спорного вопроса. Все же, как нам кажется, предпочтения заслуживает вторая точка зрения. Нет основания игнорировать данные Благодарственных гимнов по данному вопросу. Следует также иметь в виду, что идея воскресения мертвых содержится в книге Даниила, в книге Ено­ха и в некоторых других апокалиптических произведениях. Как выше было отмечено, авторы кумранских текстов заимствовали из апокалиптической литературы много идей и взглядов.

Возникает вопрос: считали ли кумраниты «праведного учи­теля» мессией. Ряд исследователей отрицательно отвечает на этот вопрос. Так, например, Молин утверждает, что кумрани­ты видели в нем не мессию, а пророка, который, по их верова­ниям, должен предшествовать приходу мессии. Наоборот, мно­гие исследователи полагают, что кумранские сектанты считали «праведного учителя» мессией. Нам представляется более правдоподобной вторая точка зрения.

По некоторым данным рукописей Мертвого моря, напраши­вается вывод, что кумраниты видели в «праведном учителе» своего мессию. В Дамасском документе содержится термин «мессия». На основе содержания текста можно допустить, что в данном случае имеется в виду «праведный учитель». Кумра­ниты наделяли его чертами избранничества, приписывали ему способность нести откровение. Мессианская миссия «праведного учителя» вырисовывается более четко под углом зрения эсхато­логических чаяний кумранской общины. Члены этой общины надеялись, что в «конце времени» произойдет война мщения против «сынов тьмы», к которым они причисляли не только грешников из иудеев, но и всех «язычников». Кумраниты верили, что «праведный учитель» после своего вторичного пришествия осуществит суд над всеми народами.

На основе анализа текстов комментариев на книгу пророка Аввакума и на 37-й псалом многие ученые делают обоснованный вывод о том, что «праведный учитель» происходил из священни­ческой фамилии. Такой вывод побудил некоторых исследова­телей утверждать, что в глазах кумранитов «праведный учитель» был ожидаемым мессией из рода Левия (из Аарона). Однако одно важное соображение не позволяет присоединиться к мне­нию этих исследователей. Согласно Дамасскому документу, ка­кой-то промежуток времени отделяет приход мессии из Аарона и Израиля от дня кончины «единственного учителя», т. е. «пра­ведного учителя». Это место едва ли будет понятно, если допустить, что «праведный учитель» и священнический мессия из Аарона являются одним и тем же лицом.

Отдельные ученые считают, что в представлении кумранитов «праведный учитель» был одновременно пророком и мессией из Аарона. Однако против этого мнения говорит одно место из Устава общины, в котором друг за другом перечисляются про­рок и мессии из Аарона и Израиля. Это перечисление трех мессианских лиц дает основание утверждать, что кумраниты не отождествляли пророка ни с одним из обоих мессий.

Для идеологии кумранитов характерны эсхатологические представления и чаяния — ожидание «конца дней» и будущего суда над миром. На протяжении длительного времени своего существования кумранская секта много раз ошибалась относи­тельно осуществления своих эсхатологических мечтаний. Несмот­ря на это, она все тщательнее вырабатывала представления о скором пришествии мессии, о конце времени отступников и о смене старого мира новым.

В рукописях Мертвого моря неоднократно высказывается идея наступления «назначенного», «тайного» времени, когда произойдет последнее решающее сражение между «сынами све­та» и «сынами тьмы». Кумраниты считали себя избранным войском, предназначенным для того, чтобы во время этого сра­жения выступить совместно с ангелами против Велиала и его воинства. В представлении кумранитов осуществление мессиан­ских чаяний произойдет раньше всего в пустыне. В изображе­нии автора Военного трактата, эсхатологическая война начнется, когда «сыны света» возвратятся из «пустыни народов», чтобы устроить лагерь в «пустыне Иерусалима». Кумраниты верили в то, что они останутся в живых после очистительного «божьего суда в конце дней».