Чтение онлайн

Вернулась в приемную. Делать было нечего, поэтому просто сидела в кресле и смотрела в потолок, пока не вернулся Эберт.

– Кто-то приходил? – точно так же на ходу спросил он.

– Нет, – ответила я. – Мы еще долго?

– Нет, не очень. Отвезу тебя домой, а потом нужно заехать в пару мест.

И скрылся за дверью кабинета. Наверное, не будь проклятия, Эберт заперся бы в этих четырех стенах и не выходил никогда. Пойти пообедать, что ли? Вот только отпустит ли? Или хотя бы вспомнит, что, кроме работы, есть сон и еда?

Дверь кабинета открылась. Я уже собиралась было задать свой вопрос, но Эб просто схватил меня за руку, втолкнул в кабинет и запер дверь. Что за шутки? Приступ? Но жаром от него не веяло. Скорее, холодом.

– Ты входила в мой кабинет? – спокойно спросил Эберт, но от его спокойствия стало жутко. Потому что в знакомом взгляде плескалось нечто, чему я пока что не находила названия. Ярость? Ненависть?

– Нет, конечно, – ответила очевидное. – Эб, что случилось?

– Видишь папку у меня на столе?

Глянула ему через плечо.

– Вижу.

– Когда я уходил, в ней лежали исправленные чертежи. Теперь их нет. Папка пуста, Элис. И единственная, кто был здесь, это ты.

Забыла, как дышать. Что значит, пуста? Сначала захотелось высказать Эбу все, что думаю о его нелепых обвинениях. А затем в голове вдруг начал складываться некий пазл, запущенный появлением Рика.

– Подожди. – Вцепилась в руку Эба. – Я не все время была здесь. Понимаешь, пришла моя подруга по работе. Я спустилась, и…

– Какая подруга по работе, Элис?

Вот теперь мне стало страшно. Потому что я не знала человека передо мной. Эберт смотрел на меня, как на преступницу. И хотелось признаться в чем угодно, лишь бы перестал.

– Просто… – пробормотала я.

– Я просил тебя пока ограничить круг общения? Просил?

– Да, но…

– Ты меня послушала?

– Эб, я же не думала… Тут же охрана.

– Конечно, охрана. Вот только на двери защита, Элис. Внутрь то угодно не пройдет. И настроена она была на тебя.

Что? На меня? То есть, Эб дал мне доступ, ничего не сказал… Я перестала вообще что-либо понимать. И даже та мысль, за которую пыталась зацепиться, куда-то исчезла. Мне было просто страшно. Тряслись ноги, дрожали руки. Я хотела сказать хоть что-то в свое оправдание – и не могла. Открывала и закрывала рот.

– Эберт, я не…

– Убирайся.

Эб сел за стол и обхватил голову руками.

– Что?

– Убирайся, я сказал. И постарайся не попадаться мне на глаза. Сколько тебе заплатили, Элис?

– Ты с ума сошел?

Злость вернула способность разговаривать. Я едва сдерживалась, чтобы не вцепиться ему в лицо.

– Я сошел? Элис, полгода моей работы пошло коту под хвост. И пока тебя здесь не было, у меня чертежи не пропадали. Не улавливаешь связь?

– Если бы я хотела тебя надуть, зачем мне подписывать контракт? – выпалила ему в лицо.

– Нe знаю! Я уже ничего не знаю, Элис.

– Зато я знаю! Ты сам виноват, Эб. Сам! И ищешь того, на кого переложить вину. Все время. Сейчас, раньше. Знаешь, я даже начинаю поимать твою невесту, потому что с тобой невыносимо разговаривать! Ты слышишь только себя. Корона не жмет, Эб?

В комнате стало жарко. Но это был не приступ – я понимала явно. Нет, это была ярость и злость техномага, который пока что просто меня слушал. Пока что.

– Все сказала? – спокойно, холодно спросил Эб.

– Нет. Я не брала твои чертежи, Скайден. Мне они не нужны. Мне нужна только моя свобода. Терпеть твои выходки полгода? Да я с ума сойду раньше.

Хотелось укусить побольнее, потому что мне самой было больно. Так больно, что готова была волосы на себе рвать. Но вместо того, чтобы оправдываться – нападала.

– Что ж, я позабочусь о твоем душевном здоровье. – Эб медленно поднялся из-за стола, и почему-то на мгновeние показалось, что он меня убьет. Но Скайден только провел ладонью в воздухе, и на неё опустился лист бумаги. Я его узнала сразу – наш контракт. Всего один щелчок пальцев – и бумага вспыхнула, а затем осыпалась на пол серым пеплом. Я смотрела на Эберта. Как это понимать?

– Контракта больше нет. – Передо мой снова стоял незнакомец, которого встретила в борделе Ральфа. – Иди. Тебя ждут друзья, подруги, женишок. И лучше нам больше не встречаться, Элис Блейн.

Эберт прошел мимо. Я хотела бы его удержать, но не смогла даже пошевелиться. Ноги стали, будто не мои. Как во сне, спустилась по ступенькам и вышла на улицу. И только тогда наваждение исчезло. Магия? Да когда же он перестанет мной манипулировать? Ну, Эберт! Понеслась обратно в «Скай», вот только охранник на входе преградил дорогу.

– Я же только что вышла! – выпалила ему в лицо.

– Простите, у меня приказ, – ответил тот.

Как оперативно! Что же охрана проглядела момент похищения особо ценных чертежей? Идиот! Придурок! Чтоб он провалился вместе со всей компанией! Я пнула ногой вазон у входа и пошла прочь. Злость затапливала сознание. Очень хотелось дождаться Эберта у входа и высказать, что я думаю о подобных жестах благородства. Закатить истерику, в конце концов. Имею право! С другой стороны, контракта больше нет. Я остановилась. Попыталась осознать. Меня больше ничто не держит, кроме глупых, неуместных чувств, которые могли быть и не моими. Мало ли, какую магию использует Эб. Мало того! Меня еще и обвинили в воровстве. Меня!

Из того сумбура, который царил в голове, сложно было выхватить какую-то одну мысль. Я получила свободу – и не знала, что с ней делать. Радоваться? Рыдать? Нет, надо успокоиться. Сесть, обдумать все, что случилось. И понять, как дальше жить. До своей квартирки я шла пешком. Теплый ветер немного освежал голову. Подставляла ему лицо, стараясь успокоиться, нo снова и снова прокручивала в голове разговор с Эбом. Он не имел права так со мной разговаривать! Ему его исследования дороже людей. Дороже… меня.

На дверях квартирки висела серая табличка: «Продается». Просто замечательно. Сорвала её, ещё и потопталась сверху. Вот доберусь я до Рика. Обязательно доберусь, раз у меня больше не связаны руки. Но сначала – душ. Надо остудить голову. Теплая вода приносила покой. Хорошо, хоть кристаллы за время моего отсутствия не перегорели. Зато вид запыленной комнаты только усиливал уныние. Я вытрусила накидку дивана и только потом села. И снова задала себе главный вопрос: что делать?