Чтение онлайн

Данила, явно не ожидавший столь радикального эффекта от своего свисточка, вцепился обеими руками в мой намотанный на руку плащ, и мы повернулись в сторону зала. Там бушевал бродячий зверинец, враз лишившийся своих клеток. Между собой разбирались медведи и волки, лисы и барсуки, огромные подслеповатые кроты и маленькие, но очень активные бычки. Под потолком кружили несколько представителей пернатого царства. Надо отдать должное этому чудному зверинцу хищники никого не пытались сожрать, а парнокопытные не пускали в дело свои рога и копыта. Вся разборка происходила активно, но миролюбиво. Правда, когда я увидел трех здоровенных, не менее метра величиной, светло-рыжих тараканов, гуськом бежавших по стене, спасая свои хитиновые тела из-под лап и копыт, меня слегка замутило.

В этот момент мы разобрали в неистовом хрюканье хряка Пипа главенствующую тему, содержавшую в основном всего два слова - "Хр-р-р-зять хр-р-р-их!".

Мы с Данилой, не сговариваясь, шагнули к дверце, ведущей к нашим апартаментам, но тут к нам подкатил небольшой медвежонок и, ухватив Данилу за рукав комбинезона когтистой лапой, неразборчиво прорычал:

– Принц, за мной!..

Он потянул Данилу к приоткрытому окну, неловко ковыляя на трех лапах и не выпуская из четвертой его одежду. При этом он так на меня поглядывал, что я понял - надо следовать за ним. В таком порядке мы и сиганули в окно на мягкую, разрытую клумбу. Выпрыгнув, медведь припустился по улице, все время оглядываясь на нас. Мы быстро следовали за ним.

Через несколько минут мы, миновав несколько поворотов, подбежали к калитке в невысоком заборе. Наш лохматый сопровождающий с разбегу врезался в нее, и калитка с треском распахнулась. Медведь по короткой, замощенной дорожке подбежал к крылечку небольшого домика, спрятавшегося среди старых, разлапистых деревьев, и заскреб в нее. Следом за ним к дверям подбежал Данила и, словно сговорившись с мишкой, принялся колотить в дверь кулаком. Когда самый старый член команды, то есть я, прибыл к дверям домика, за ними уже кто-то копошился, приговаривая спокойным, мягким женским голосом:

– Уже открываю... уже открываю...

Когда дверь отворилась, мы увидели маленькую опрятную старушку в темном, аккуратном платье с белым воротничком и такими же манжетами. Она внимательно посмотрела на нас поверх больших роговых очков и сказала:

– Ай-ай-ай, как неразумно, Ольва, разгуливать по городу в таком виде, когда у нас в гостях сам апостол Пип со своей шайкой. Быстро все входите!

Мы юркнули внутрь домика, и бабушка быстро захлопнула дверь. И снова раздался хлопок. На месте медвежон возникла наша милая Ольва и сразу затараторила:

– Тетушка Яса, надо спрятать этих...
– Она бросила на нас быстрый взгляд и после короткой заминки продолжила: - ...ребят. Они такое натворили, что, если их найдут, им не миновать алтаря Единого-Сущего!..

Тетушка Яса слушала ее, улыбаясь и покачивая головой. Когда у Ольвы от возбуждения перехватило дыхание и она замолчала, старушка спокойно спросила:

– И что же такого могли натворить эти... ребята? Только ты сначала успокойся и пройди в комнату, а там уже все расскажешь по порядку.

Ольва молча кивнула и направилась следом за двуликой Ясой в глубь дома.

Когда мы прошли в комнату и расселись вокруг стола на изящных хрупких стульях с гнутыми ножками, Яса с улыбкой нас оглядела и кивнула Ольве:

– Рассказывай...

– Эти двое...
– начала Ольва свой рассказ, - пришли к дядюшке Вару где-то за час до начала проповеди. А проповедь у нас сегодня читал сам апостол Пип. Когда они мне сказали, что хотят послушать проповедь, я их отговаривала - ты же знаешь, как этот Пип любит поизмываться, особенно над новыми людьми. Но они все равно пришли. И когда апостол закончил свою проповедь, Данила...
– она ткнула пальцем в сторону Данилки, - ...начал задавать Пипу всякие вопросы. Тот сначала вроде обрадовался, что такой маленький мальчик так заинтересовался его рассказом, а потом понял, что этот малыш просто его дурачит. Ну а когда Данила объявил всю историю про Единого враньем, Единого-Сущего лжецом и жуликом, а самого Пипа назвал дураком, тот вообще взбесился...

Старушка внимательно посмотрела на Данилу и тихо произнесла:

– Ну это-то понятно...

– Апостол Пип приказал мальчику снять капюшон, и оказалось...
– Тут она быстро сдернула капюшон с головы Данилы, и двуликая Яса ахнула:

– Принц...

– Вот-вот...
– радостно подхватила Ольва.
– В таверне тоже так подумали. Пип прям облизнулся, как кот на сметану и тут же приказал своим людям схватить мальчика. И тогда Илья выхватил шпагу и...
– Она замолчала, словно у нее кончились слова, но глаза ее были очень красноречивы.

– И что же Пип?..
– спросила Яса и тут же сама ответила: - Сразу схватился за свой хлыст.

Ольва утвердительно кивнула. Старушка внимательно оглядела на этот раз меня, и мне показалось, хотела что-то спросить, но Ольва, передохнув, снова затараторила:

– Только у Пипа ничего не получилось! Он орал свой "аус", а с ними ничего не происходило. И тогда мальчик достал какой-то свисток и свистнул в него. И знаешь, все, кроме них, перекинулись! А апостол Пип перекинулся в здоровенного толстого борова... с бородавкой на пятаке!!!
– вдруг добавила она.

Восторг Ольвы при этих словах был просто неподражаем.

– Так вот почему ты прибежала в таком виде...
– пробормотала Яса. Потом она снова повернулась в мою сторону и все-таки задала мучивший ее вопрос:

– Почему же хлыст Пипа с тобой не справился? Небывалый случай...

– Может быть, потому, что я - "одноликий"?
– с улыбкой ответил я.

При этих словах она изумленно уставилась на меня. Только что рот не открыла. Ольва тоже, широко распахнув глаза, не сводила их с моей скромной фигуры.

– Ну что вас так изумило? Ну я - "одноликий", ну не могу я перекидываться, не приучен!.. Неужели это такая редкость?..

– До сегодняшнего дня, молодой человек, я знала только таких одноликих, которые потеряли свою способность к перевоплощению на алтаре Единого-Сущего. Других в нашем мире не было. Но все они вместе со своими способностями теряли и определенные человеческие качества. В частности, интерес к жизни. Вы ни разу не видели "возлежавшего на алтаре"?
– Я отрицательно покачал головой.
– И слава Многоликому! Это зрелище не для нервных. Так вот ты нисколько не похож ни на одного из них. Поэтому я и была настолько изумлена. Тем более что ты имеешь, как и этот чудный ребенок, светлые волосы! Поэтому позволь полюбопытствовать, откуда у нас в городке появилось такое чудо?

И мне снова пришлось повторить свой рассказ о нашем появлении в этой стране. Когда я закончил, в комнате наступило обычное в таких случаях молчание. Обе мои слушательницы переваривали услышанное. Наконец Яса повернулась к Даниле с вопросом:

– А что это у тебя за свисток, и откуда...
– но не договорила. Данила спал, положив руки на стол и устроив на них свою белокурую лохматую голову.

Старушка тут же вскочила и шепотом обратилась ко мне:

– Бери его на руки, положим его в постель...